Хэлен судорожно обняла себя за плечи. И зачем только он рассказал ей? Зачем?! Она отдала бы Стаю не задумываясь. Зачем ей Волки, когда нужен только один из них? Но нужен весь целиком, без оговорок и вопросов. А вдруг Тир ошибается? Вдруг он любит её, а остальное просто совпало так некрасиво и подло?
Любит?.. Проснись, Хэлен. Разве он говорил когда-нибудь об этом? Вспомни! Хоть раз?
Да... Однажды они говорили об этом.
“...Я не насытился тобой ещё. Никак не могу привыкнуть...”
И до сих пор не насытился. Днём и ночью... Утром в душе и в гостиной вечером. Уехать смотреть фильм и вернуться с середины потому, что стало слишком тесно в маленьком зале, и люди стали оборачиваться на них... И наплевать было на таксиста, который откровенно пялился в зеркальце заднего вида. Хорошо, что ехать было три квартала, иначе в машине всё и закончилось бы.
Но разве тебе жалко чуточку силы? Ведь ты не чувствуешь потери, значит, не настолько она и велика. А он не убивает по ночам, он смеётся, когда ты отпиваешь слишком горячий кофе и выкатываешь глаза от боли; он целует ушибленный локоть и закутывает в свой же халат, не позволяя носить другой: “Тебе мои вещи идут больше, чем мне. Да и вытащить тебя из них проще”.
Неужели, это так важно? Берёт он что-то или нет? Ведь вы счастливы были.
Были. И теперь так, как раньше, уже просто невозможно!
А подсознание уже шепчет: “Это всегда так. Один любит, а другой... Другой берёт за это плату, позволяя быть рядом. Чем ты лучше других? Люби! Но и платить не забывай. В конце концов, всё не так уж плохо, ведь правда? Тир получит свою Стаю, Дэро будет с тобой, а ты будешь знать, что это просто зависимость. Может быть, когда у Волков появится новый Бог, который будет с ними щедро делиться своей силой, Дэро и уйдет. Тогда ты будешь точно знать, почему он был с тобой. А может быть, и не уйдет. В любом случае, секс был просто невероятным. Так почему отказывать себе в нём?”
Это унизительно. И это, рано или поздно, переродит любовь в ненависть. Так что же тогда остаётся? Отдать Стаю и уйти.
Уйти?! Да ты смеешься! Куда? Или ты думаешь, он тебя не найдет? А как же балет?
Вот уж о чём теперь можно совсем забыть, так это о балете.
Чёртов Тир! Какого хрена он всё это ей рассказал?! Так, значит, остаться – совсем не вариант? Хэлен, ты, хоть представляешь, как вновь вернёшься в своё глухое одиночество? В немоту и холод...
И Брай. С ним-то что делать? Чёрт, чёрт, чёрт! Плати, Хэлен, плати! Две недели – это тоже много...
Девушка смотрела вниз, на суетливо пробегающие машины и автобусы.
А если не отказываться? Тир сказал, что всё станет не так уж важно потом. Надо найти Брая. И попрощаться.
Телефон ожил. 57 пропущенных звонков и лишь одно сообщение: “ГДЕ ТЫ?”
*Тир, я не отдам Стаю. Прости.
Хэлен и не заметила, как перешла на ты.
- Сам не понимаю, почему не удивлен. Ты хочешь всё сделать сегодня?
*Как можно быстрее. Если подожду ещё – передумаю. Надеюсь, ты не воспользуешься этим.
- Нет. Тогда – сегодня ночью, на крыше моего дома. Дверь будет открыта.
*Хорошо. Тир... Я должна проститься.
- Конечно. Хэлен, если ты хочешь встретиться с ним, я могу пойти с тобой.
*Зачем? – девушка сжала губы, чтобы не зареветь прямо в трубку. Решение не стало облегчением от боли.
- Он не отпустит тебя.
*Я хочу его увидеть, но только не наедине. Где-то, где людно. Он не станет устраивать сцен. В худшем случае – просто убьёт на месте.
- Тогда иди на Потдамер Платц. Я буду рядом и, если что, вытащу тебя. Он будет там минут через сорок. У него там встреча. Будь рядом с фонтаном, – указания сыпались, как сухой горох на пол.
*Откуда ты знаешь?
- Он собирает Стаю. Невиданное дело... Так что у тебя не так много времени.
Город уже почти привели в порядок. Сломанные деревья распилили и вывезли, порванные провода – заменили. Вот только столики на улицу уже не выставляли. Зима яростно взялась за промокший ночью город. Лёд звенел под каблуками. Солнце слепило и выжигало глаза своей чистотой.
Хэлен шла, натыкаясь на людей, пряча взгляд и замирая сердцем внутри.
Он собирает Стаю? Зачем?..
Площадь была полна людей, голубей и ветра. Фонтан уже отключен и закрыт на зиму тентом. Хэлен беспокойно оглянулась – где же Тир? Или совсем не пришёл? В кармане нервно тренькнул телефон.
- Где ты, Хэлен? – голос спокойный, словно позвонил спросить, не опоздает ли она к ужину.
*Я здесь, у фонтана.
- Обернись.
Девушка выдохнула и обернулась – как в чёрную зимнюю воду. Вот он стоит, спокойный и уверенный – куртка распахнута, руки в карманах брюк, чёрная рубашка свободно и мягко спадает поверх ремня. Холодный взгляд пригвоздил её к месту. Губы сжаты в белую линию. Хэлен опустила телефон и безвольно шагнула навстречу. Голуби со всхлипом взлетели грязной кучей с мостовой, плеснули крыльями. Осталось три шага... Всего три.
Две девушки с радостным визгом подскочили, невесть откуда, преградили дорогу.
- Дэро, то есть, Штефан! Это вы? Это, ведь, вы? А можно сфотографироваться? Мы вас очень любим!
Хэлен остановилась, как вкопанная. Мужчина не слышал, что ему о чём-то говорят и теребят за рукав.
- Потом, всё потом. Девушки, отойдите, – он говорил и отодвигал одну из них подальше от себя, с дороги.
Так вот, как всё, оказывается...
*Так вот, как всё... Вот, как всё, – она повторяла бессмысленно и пятилась от него в толпу. Рукой вцепилась в свою куртку на груди, сжала пальцы. Ах, да замолчи ты! Скоро всё кончится.
- Хэлен, стой! – рявкнул, не обращая внимания на людей, что любопытно оглядывались на них.
Никогда... Никогда... Никогда ...
Никогда не верьте тем, кого любите! Они вас подпустят не ближе, чем им это удобно. Никогда не впустят внутрь себя.
- Хэлен!
Два шага. Надо бежать. Какое унижение... Какая боль.
Тир вынырнул из-за какого-то полного мужчины, что преграждал Хэлен путь к отступлению.
- Не подходи к ней, Волк, – тихий голос остановил не хуже любой стены.
- Пусти меня, Черноглазый. Она моя. Мы поклялись друг другу! – Дэро стоял не в силах двинуться с места. Ни руки, ни ноги его не слушались. Только чёрные холодные глаза не позволяли даже вздохнуть поглубже. Мальчик с серебряными волосами встал между ними хрупкой тенью.
- Мы сейчас уйдём, а ты сможешь двигаться через полчаса. Повтори, Волк.
Хэлен уже исчезла из виду.
- Вы уйдёте, а я останусь и смогу двигаться только через полчаса.
- Молодец. И не думай, я не причиню ей зла. Ты всё уже сделал сам.
Парень развернулся и растворился в толпе.
Дэро закрыл глаза.
Чего уж теперь остаётся? “...Когда лёд уже провалился и ты не можешь выплыть, остаётся только вдохнуть воду...”
Грудь Хэлен была полна воды. Кажется, она всё ещё слышала треск льда под собой.
Штефан? Так сколько же было правды? Или её не было вовсе? Она шла, не разбирая дороги, лишь бы подальше от людей, от него. За угол – и можно остановиться, выдохнуть из себя хоть часть пепла, закрыть глаза руками, притвориться, что ничего не помнит.
Тир нашёл её, спрятавшуюся между водосточной трубой и грудой ящиков из-под фруктов. Она стояла прижавшись лбом к стене и задыхалась. Воздух никак не хотел проходить в сведённое горло. Парень схватил её за плечи, встряхнул:
- Что с тобой?
Хэлен отчаянно пожала плечами.
*Я не знаю, – одними губами, а воздух с бульканьем застрял где-то на середине дороги в лёгкие.
- В глаза мне смотри! Что видишь? Видишь ночь? – Тир всё ещё встряхивал её слегка, но лицо было так близко, что глаза заняли полмира, – Смотри! Это сейчас так больно. Но будет ночь, и ты поймешь, что это не навсегда. Смотри! Видишь море? Оно смоет всё. Оно настолько огромно, что вся твоя боль там поместится, растворится в нём вместе со слезами. Просто почувствуй, как пахнет солью, водорослями, солнцем и свободой. Вдохни поглубже.
Хэлен почти услышала его, шорох воды о гальку. Воздух хлынул внутрь горькой волной.
*Спасибо.
- Неужели настолько больно? – тёмные брови сошлись недоверчиво над переносицей.