— Отвернись, — не дав мужчине проговорить хоть слово, отрезала я. Странно, но он не задал ни единого вопроса и даже ничего не проворчал, а терпеливо простоял, разглядывая узор на двери, почти полчаса, пока я умывалась, причесывалась и одевалась. Когда я зашнуровала рубашку и сапоги, алед обернулся. Я окинула его внимательным взглядом. Замечательно, он более-менее успокоился.
— Так в чем, собственно, проблема? — поинтересовалась я, скрестив ноги садясь на ковер. Мьоллен опустился напротив.
— Понимаю, что орать на тебя бесполезно…
— Тогда перейдем сразу к сути, хорошо? Что ты с Алемидом делаешь в Длаире, я примерно понимаю, но как вы вышли на этот мир и почему сейчас мы не можем вернуться?
— Да, нас послали, так как я единственный алед в Долине, а Алемид — лучший ученик мастера. Нам нужно добиться одобрения Дуэта на восстановление свободного перехода между нашими мирами, и для этого только на нас был настроен главный портал.
— Это я понимаю. Но как вы вышли на этот мир?
— Мы знали о нем с самого начала, поскольку упоминания сохранились еще со времен войны за Долину. Работа идет уже третий год, но только недавно нам удалось отыскать действительно стоящие сведения.
— Где?
— Что ты знаешь о том призраке, которого вызывала во время того обряда, когда испортила один из важнейших артефактов?
— Ты об Илешаде? Маг-телепат, живший в… — я призадумалась, припоминая. — Илешад жил во времена той войны?!!!
— Именно. И ради того, чтобы получить его воспоминания, нам было не жалко жезла.
— Понятно. Об остальном я догадываюсь. И почему мы теперь не сможем вернуться?
— Потому что на починку портала уйдет огромное количество времени, от трех недель до нескольких месяцев.
— Почему так долго? Он же всегда налаживался за пару часов.
— Понимаешь, ты была незапланированной личностью, и из-за этого портал блокировался. Теперь его придется практически заново восстанавливать по крупинкам, а это займет много времени. Нам же отсюда никто портал в наш мир открыть не сможет, поскольку между Аллотаром и Длаиром была возведена глухая ментальная стена, пробить которую может только тот, кто имеет связь с этим миром. И наоборот тоже. Так что мы, теоретически, можем открыть выход в Аллотар, но практически этого не сумеем, поскольку не владеем здешней магией.
— Возможно, нам удастся уговорить здешних магов помочь нам с обучением…
— Ты собираешься научиться колдовать здешними методами?
— Почему нет? Времени у нас как минимум три недели, я никуда особенно не тороплюсь. Ты, судя по всему, тоже. Так что нам мешает заняться дополнительным магическим обучением?
Алед только пожал плечами. Другого выхода у нас все равно не было, так что лучше уж что-то, чем ничего.
В комнату постучали. Интересно, это нас с Мьолленом пришли убивать за то, что мы устроили с утра пораньше внизу, наверняка перебудив всех? Других мыслей насчет того, кто может прийти в шесть часов утра, когда всем нормальным усталым людям еще положено вполне спокойно и крепко спать, у меня не нашлось, поэтому я встала, тяжело вздохнув, и направилась к двери, мысленно попросив поддержки у Стихий.
Даже не спрашивая, кто там, я распахнула дверь. Наверное, сейчас у меня было очень выразительное лицо, поскольку Орлен смущенно кашлянул и сделал неуверенный шаг назад.
— Доброе утро.
— Доброе, — я посторонилась, пропуская его внутрь. — А тебя не учили тому, что в шесть часов утра ходить в гости как-то не принято?
— Но ты сама говорила, что тебе нужна помощь Художников или Музыкантов, а принимают они с самого утра.
— С шести часов? — я скептически изогнула бровь. — А если бы я еще спала? — естественно, Орлен не был осведомлен о моей привычке вставать рано, которая в последнее время стала подозрительно часто нарушаться, и чуть смутился.
— Каиса? — вопросительно повернулись ко мне сразу двое мужчин, наконец узревшие друг друга.
— Ах да, извините. Мьоллен, это Орлен, Орлен, это Мьоллен. Познакомились? Вот и чудесно, — я снова повернулась к Орлену. — У нас возникла небольшая проблема. Это правда, что ни один человек из этого мира не может открыть портал, ведущий в мой мир?
Орлен чуть опустил голову.
— Именно это я и пришел тебе сказать. Я был у Музыкантов вчера вечером, и они сказали, что, конечно, примут тебя, но помочь смогут вряд ли. Поскольку ни у одного из нас…
— Нет существенной связи с тем миром, — закончила я. Глаза Орлена чуть расширились от удивления.
— Откуда ты знаешь?
— Мне уже Мьоллен рассказал, — я пожала плечами. — Ах, да. Мьоллен, Орлен — Младший Музыкант. Орлен, Мьоллен — это посланник из моего мира в наш. Один из посланников, поскольку второй не может пока сюда перенестись. В принципе, конечно, может, поскольку он мой родной брат, а значит, связь между мирами у нас есть, но это будет бессмысленной тратой маны. Уж лучше пусть он там вместе с мастером восстанавливает портал, поскольку восстанавливать его все равно придется. А мы… Орлен, возможно обучиться вашему Искусству за короткий период времени?
— Насколько короткий?
— Примерно за пару недель, — я наконец закрыла дверь и опустилась в кресло с резными подлокотниками. Откинулась на спинку, внимательно посматривая на мужчин.
— За сколько? — лицо Музыканта вытянулось, и он чисто машинально сел в кресло, стоящее напротив. Мьоллен взирал на нас немного снизу вверх, так и не поднявшись с ковра, на котором вольготно расположился. — Нет, это нечто невероятное…
— Орлен, я же не прошу научить нас всему, что вы умеете. Мне нужна только одна область вашего чаровничества — чары открытия порталов, остальные меня интересуют мало. То есть интересуют, конечно, но не в данный момент.
— Я не знаю… можно, конечно, поговорить с Мастерами…
— Лучше с Дуэтом, — вставил конструктивное предложение Мьоллен. Что-то в последнее время лицо Орлена подозрительно часто стало вытягиваться. Кашлянув, алед пояснил: — Дело в том, что встреча с Дуэтом у меня все равно была запланирована, и в моей комнате лежит пропуск в официальную резиденцию. Я и Алемид собирались поговорить с Дуэтом сегодня, он как раз должен был пару часов назад переместиться в Длаир, — мужчина кинул на меня многозначительный взгляд. А что я? Я же не знала.
— Но так как мой брат не появился, то с тобой иду я, — совершенно спокойно внесла я предложение. Мьоллен только пожал плечами, и взглянул на Орлена, чуть приподняв бровь.
— Думаю, если встреча была запланирована, вас примут. На какой час она была назначена?
— На десять часов утра.
— Чудесно, значит, у нас еще есть время для того, чтобы привести тебя в приличествующий вид, — Орлен серьезно посмотрел на меня. Я вжалась в спинку кресла и мысленно застонала. Только не выбор подходящего наряда… Стихии, за что? Я посмотрела на лицо Музыканта, относящегося к таким тонкостям, судя по всему, с предельной серьезностью, и резко захотела очутиться на Той Стороне. Уж слишком неоптимистичные перспективы маячили вдалеке…
Странно, что при всей своей любви к красоте и красивым вещам я ненавижу сотни раз примерять различные тряпки…
— Ты уверен, что нас примут с радостью? — я с волнением посмотрела на Мьоллена, которого держала под руку. Выражение лица у того было абсолютно спокойным, словно он шел не на встречу, от которой зависели ближайшие недели нашей жизни, а на дружескую пирушку. А вот я почему-то волновалась, хотя волноваться было и незачем. Будто бы никогда не ходила на аудиенции к правителям…
— Нет, но думаю, что относится к нам будут достаточно лояльно. Кстати, зачем ты спрятала татуировку? — специально для этой встречи я выбирала платье с длинными рукавами, в которое при случае можно было бы спрятать руки до кончиков ногтей.
— Понимаешь, я не знаю, как относятся в этом мире к Серебряным Детям. Именно по этой причине я и не показывала татуировки Орлену, поскольку если в Длаире отношение людей к Детям Смерти такое же, как и везде, не видать нам помощи, как своих ушей, — действительно, я еще ни разу не закатывала рукава в присутствии Музыканта. Не знала, чем это может обернуться, и не хотела рисковать. — Серебряные волосы никого не насторожат, а вот татуировка вполне может.