— Это я понял и так. Меня волнует другое — этому можно как-то воспрепятствовать?
— Не уверен, хотя я попробую. Главное сейчас — вернуть ее в сознание, тогда она сможет сама решить, где ей нравится больше. И у нее будет право на это решение.
— Какие гарантии, что моя сестра останется жить? — голос Алемида стал ледяным. Мастер развел руками, заставив беспокойство в трех парах глаз вскипеть бурной волной.
— Гарантий нет. Я не могу ручаться за ее решение. И я не уверен, что мне удастся вернуть ее в сознание, хотя пару раз уже проделывал подобное. К сожалению, те личности не были Серебряными детьми, и их связь с Той Стороной не была так сильна.
— Можем ли мы как-то помочь? — спросил молчавший до этого Мьоллен. Мастер кивнул.
— Если сейчас уйдете отсюда. Мне нужны тишина и одиночество.
Алемид кивнул, жестом показывая всем, что нужно выйти. Естественно, что спорить никто не стал. Князь мигом удалился в свой кабинет, и Алемид проводил его сочувственным взглядом, прекрасно зная, что отец корит себя за то, что воспитал в дочери страсть к порой необдуманным и рискованным поступкам. Мужчина сам много раз ругал себя за то, что позволяет сестре слишком многое.
— Пойдем, — он хлопнул аледа по плечу. — Я найду тебе сухую одежду.
Мьоллен кивнул, судя по всему, чисто машинально. Он весь был в своих мыслях, каких-то очень отстраненных и глубоких.
— Если бы мой народ сейчас не вымирал так глобально… — проговорил он, и зелено-золотые глаза наполнились тоской о чем-то былом. — Если бы ситуация сейчас была такой же, как хотя бы пару веков назад… лекари аледов вытащили бы ее с той стороны, даже не задумавшись о том, что делают.
— У твоего народа была такая власть над Той Стороной?
— Не совсем. Мне довольно сложно объяснить религию нашего народа, но в данной ситуации сила богов помогла бы. К сожалению, боги моего народа ушли с его остатками.
— Возможно, былое величие еще возродится? — Алемид чуть приподнял кончик губы. Мьоллен грустно усмехнулся.
— Я уже не верю в это. Нас осталось слишком мало.
— Пойдем, мастер сделает все, как нужно, — маг не позволил вырваться наружу даже нотке неуверенности. Нельзя думать о том, что все может сорваться, слишком многое зависит от этого. — Во всяком случае, я на это надеюсь. Пойдем, пойдем, я налью тебе вина. К тому же просто необходимо найти сухую одежду. Ты же не хочешь, чтобы вслед за Каисой в горячке слегли уже мы? — он улыбнулся, в серых глазах промелькнула веселая искорка.
И только сам наследный князь знал, сколько сил пришлось вложить в эту улыбку, чтобы не дать ей перетечь в болезненную гримасу. Впрочем, если бы Каиса была в сознании, она бы, наверное, безошибочно угадала настоящее настроение брата.
Да алед и сам уже догадался. Но не сказал по этому поводу ни слова, лишь снова кивнул и пошел вслед за Алемидом, на ходу вновь погружаясь в свои мысли.
Жарко, и вновь под сапогами перекатываются камешки. Я снова иду, но иду не на пляж, а прочь с него. Прочь от моря, расстилающегося вдалеке под вечным небом, прочь от свободы и грозы, которая звала меня.
Я слышу другой Зов. И он куда сильнее, чем тоска о прошлой жизни, которой я-человек не помню. Вдалеке возвышается Сумеречный Чертог, оплетенный бледно-голубыми цветами… неизменная женская фигура на ступенях. Она стоит, и я вижу ее лицо, оно серьезно, как и обычно. Впрочем, нет. Сейчас оно… печально, на лице лежит печать какой-то скорби и искреннего сожаления. Интересно, чем же оно вызвано?
Татуировка на правой руке горит ярким серебряным пламенем, буквально обжигая, и я невольно опускаю глаза на руку. А когда поднимаю взор на Чертог, фигуры на ступенях уже нет. И голубые цветы словно бы поблекли.
Я должна, это место зовет меня… только сейчас стала ясна причина всех моих недомоганий, и я удивилась тому, что не ужаснулась этой догадке. Подумаешь, связь с Той Стороной. Сейчас я даже хочу здесь остаться. Тихо, спокойно…
— Каиса! — громкий окрик заставил меня вздрогнуть и отдернуть руку, уже потянувшуюся к резной ручке двери. — Это не выход, и ты этого не хочешь!
— Откуда ты знаешь? — говорю я в воздух, почему-то совсем не удивляясь тому, что слышу голос из Реальности. Все мои чувства притупились… кроме одного.
— Потому что ты всегда хотела жить! А если ты шагнешь туда…
— И что тогда? — безразличие, различимое даже в моем голосе. — Серебряные Души и находят здесь покой.
— Твое время еще не пришло! Эти желания не твои, так хочет твоя Серебряная половина! — я узнала интонации в голосе. Мастер Артол.
Мастер Артол?.. ко мне резко вернулись эмоции, которых не должно было быть в такую минуту в этом странном месте. Я вспомнила также и то, почему оказалась здесь. И то, как хорошо в том мире. И приказала Серебряной Душе замолчать.
Мастер Артол вынырнул из подсознания Каисы, и удовлетворенно улыбнулся, когда девушка чуть приоткрыла серебряные глаза, а затем погрузилась в глубокий то ли сон, то ли обморок. Вполне закономерным было и то, и другое: сил на поддержание бодрого состояния у девушки уже не осталось. Мастер подумал также, что не меньше недели ей придется провести в кровати, восстанавливаясь. Гуляя по ее подсознанию, мастер заметил, что силы выпиты самой девушкой настолько, насколько это было вообще возможно. Даже странно, что последний день она еще смогла простоять на ногах.
Мастер прекрасно знал повадки Той Стороны и мог совершенно точно сказать, что с Той Стороны станется выпить все силы из человека за пару дней. Каиса продержалась несколько дольше, исключительно благодаря упрямству. А может быть, еще чему-то. Возможно, сильнейшей воле к жизни. В конце концов, на фоне событий пятилетней давности эта проблема с Зовом Той Стороны казалась практически несущественной. Мастер Артол даже сам удивился тому, насколько легко ему удалось лишить эту проблему. Не совсем легко, конечно… как минимум на неделю он теперь лишен магии.
Но даже несмотря на это, мастер улыбнулся половинкой губы. Всех своих учеников немолодой уже мужчина считал своими детьми, которых у него никогда не было. Каиса и Алемид не были исключением.
Глава 15
— Мастер, — голос ученика звучал немного настороженно. Его мастер сделала быстрое движение, оборачиваясь.
— Да?
— А чего в вашей жизни было больше — побед или поражений?
Она задумалась, лоб прочертила едва заметная морщинка. Но затем женщина подняла голову.
— Наверное, всего было поровну.
— Мьоллен, — позвал Алемид, делая глоток вина и откидываясь на спинку дивана, на котором сидел. Алед на несколько секунд обернулся, но затем снова устремил свой взгляд в окно, за которым до сих пор буйствовала стихия. Материализованные неизвестно зачем крылья сделали непонятное движение и снова замерли. — С ней все будет в порядке.
— Я знаю, — сказал он, не отводя взгляда. Затем отбросил с лица волосы и резко обернулся, неуловимо быстрым движением опустился на диван рядом с Алемидом.
— Кстати, как твои исследования в области астрономии? — поинтересовался Алемид, прекрасно понимая, что эта тема меньше всего подходит сейчас для разговора.