Люсьен поставил стакан, его пальцы вдруг стали медленными, осторожными.
— Ты уверена, что это они?
— А кто это может быть еще? Это их методы нападать в темноте! — Виолетта скрестила руки.
Элиана сжала кулаки:
— Значит, Грок их предупредил.
— Или сам работает на них, — добавил Люсьен. Его голос стал низким, опасным.
Виолетта резко выдохнула, откинув со лба прядь волос.
— Нам нужен охранник. Кто-то, кто знает их методы. Кто-то...
— ...кто уже сталкивался с «Черным Железом» и выжил, — закончил Люсьен.
В углу землянки тень шевельнулась. Все повернулись.
В дверном проеме стоял Молчун. Его массивная фигура, обычно такая незаметная, теперь казалась вытесанной из камня. Он не сказал ни слова. Просто поднял руку и медленно развернул ладонь.
На внутренней стороне, пересекая старые шрамы, чернело клеймо — перечеркнутый молот.
Элиана замерла.
— Ты...
Молчун кивнул. Один раз. Тяжело.
Люсьен медленно ухмыльнулся.
— Ну что ж. Похоже, у нас уже есть охранник.
Виолетта изучала Молчуна, ее глаза сузились.
— И почему мы должны тебе доверять?
Молчун впервые за все время открыл рот. Его голос был глухим, словно доносящимся из-под земли.
— Потому что я их предал. А они убивают предателей медленно.
Глава 20. Тяжелая сделка
Утро выдалось хмурым, с низко нависшими тучами, цепляющимися за вершины скал, словно серая вата. Люсьен, затягивая потуже ремень на ножнах, щурился от порывов ветра, гнавшего по дороге клубы пыли. Элиана, поправляя перевязь через плечо, где еще неделю назад зияла рана, бросила взгляд на Молчуна. Тот стоял неподвижно, его новые – купленные на последние серебряные – кожаные наручи туго обхватывали запястья, а тяжелый топор за спиной отбрасывал на землю короткую тень.
– Готовы? – спросила Элиана, поправляя мешок с рудой, лежавший у ее ног.
Молчун кивнул, не удостоив взглядом. Люсьен фыркнул, подбирая с земли камешек и запуская его в ближайший куст.
– Если Грок снова окажется сволочью, первым делом прибью его ящик с бухлом к полу.
Дорога в Нижний город, петляющая между холмов, казалась длиннее обычного. Ноги вязли в размокшей от недавнего дождя земле, а солнце, пробивающееся сквозь тучи, не грело, а лишь слепило глаза. Молчун шел впереди, его широкие плечи заслоняли Элиану от ветра, а рука то и дело непроизвольно тянулась к топору при каждом шорохе в кустах.
Рынок встретил их привычным гомоном, запахом жареного мяса и перепревшего тряпья. Грок, сидевший за своим прилавком, заваленным странными механизмами и свертками с травами, поднял голову, увидев их, и его толстое лицо расплылось в улыбке, обнажив золотой зуб.
– Ну-ну, – проворчал он, отодвигая кружку с чем-то мутным. – Думал, вас уже в канаве с ножом в боку нашли.
Люсьен, не отвечая, швырнул мешок с рудой на стол.
– Проверяй.
Грок, не торопясь, развязал веревку, высыпал часть содержимого на ладонь и поднес к глазам. Синеватый отблеск руды лег на его потную кожу.
– Качество хуже, – заявил он, но пальцы уже сжимали камень крепче.
– Врешь, – отрезала Элиана. – Такая же, как в прошлый раз.
Торговец хмыкнул, но не стал спорить. Вместо этого он бросил взгляд на Молчуна, замершего позади, и его веки дрогнули.
– Новый знакомый?
– Наш, – коротко сказал Люсьен. – И если снова кто-то решит отобрать руду, он первым разобьет твою башку, даже не поморщившись.
Грок закашлялся, отхлебнув из кружки, и вытер рот рукавом.
– Мне ваши разборки до лампочки. Я просто покупаю.
– Тогда скажи, кто мог сливать информацию о наших поставках, – встряла Элиана, пристально глядя на него.
Торговец на мгновение замер, потом рассмеялся, но смех его был сухим, беззвучным.
– Детка, у "Черного Железа" свои глаза везде. Им даже сливать ничего не надо – они сами все унюхают.
Молчун, до этого молчавший, сделал шаг вперед.
– Он говорит правду.
Грок, не ожидавший поддержки, даже приподнял брови, но быстро оправился.
– Вот видишь? – Он шлепнул ладонью по столу. – Давайте без нервов. Я предлагаю вам договор – вы мне руду, я сам забираю у вас в лагере. Без риска, без лишних глаз.
Элиана и Люсьен переглянулись.
– Цена? – спросила она.
– Та же. Но забираю раз в неделю, партиями не меньше пяти мешков.
Люсьен скривился.
– И как мы будем уверены, что ты не поведешь за собой тех же ублюдков?
Грок, не моргнув, достал из-под стола нож и, не спеша, провел лезвием по ладони. Кровь выступила тонкой линией.