Тем временем пришедший в себя орк ухватил табурет и с бешеным рыком устремился к обидчику, намереваясь огреть по затылку. Скучающе закатив глаза, тот сделал неуловимый шаг в сторону и, ухватив нападающего за шиворот, помог приземлиться на кучу-малу, приперев к полу скрещенными на манер ножниц клинками.
– Кажется, кому-то пора домой, правда? У вас ведь наверняка есть неотложные дела, – обнажив ровный ряд зубов, осведомился чужак.
– Я тя запомнил. Ты покойник, – мрачно пообещал орк, утирая разбитую физиономию.
– Ага. С самого рождения. А теперь проваливайте.
– Шаргам, – окликнула орка Этаси, указав на торчащий из столешницы окровавленный клык, – убери за собой!
Скривившись, словно от нового удара, орк бочком-бочком обогнул стоящего с мечами наголо данмера и направился к стойке, где покорно выковырял зуб и так же бочком удалился. Приятели последовали за ним, одарив не в меру боевого незнакомца уничтожающими взглядами. Судя по всему, они еще встретятся. Но это будет потом.
Девушка бесцеремонно разглядывала гостя из-под полуопущенных ресниц, и только сведущий в подобных делах мер смог бы заметить, что безупречным тёмным лезвиям клинков она уделила едва ли не больше внимания, чем всему остальному. Впрочем, тонкая улыбка всё же скользнула по её губам. Она незамедлительно стёрла её острым кончиком язычка и на миг спряталась за бокалом флина:
– Кажется, надо сказать «спасибо», – вздохнула она, – от вида этих неудачников пропадает всякий аппетит.
– Всегда пожалуйста, – подмигнул гость, усаживаясь через один стул от нее и отхлебывая флин.
В тот же самый момент из глубин кухни появилась хозяйка заведения, пропустившая всё веселье.
– Жаль, всё закончилось так стремительно, что я не успела как следует насладиться зрелищем, – усмехнулась Этаси. – Ты всегда такой быстрый?
– Смотря в чем, – слегка прищурившись и беззастенчиво разглядывая ее с головы до ног все с той же беспечной улыбкой, ответствовал незнакомец.
Новый глоток обжигающим теплом разлился внутри, и данмерка подумала, что стоит немного притормозить с выпивкой. Самоуверенный вояка уже начинал казаться ей симпатичным, а это означало только одно – за прошедший месяц она совершенно одичала без впечатлений и мужчин.
– Если тебе есть, что рассказать, с удовольствием послушаю, – и она уселась поудобнее вполоборота к нему, подперев голову кулаком. Одета она была в тёмную рубашку и такого же цвета узкие брюки, схваченные на талии замысловатым ремнём нетчевой кожи. Тень от барной стойки скрывала от глаз любопытных посетителей узкий кинжал на поясе девушки и пару амулетов, закреплённых там же сбоку. Из украшений на белокурой красотке было одно лишь кольцо, горевшее в жарком пламени светильников изумрудом редкой чистоты.
– Я больше привык действовать, чем языком молоть, – парень отхлебнул флина, облокотившись на стойку вполоборота к ней и слегка подавшись вперед. – Как, если мне это не показалось, и ты. Но если вдруг есть какие вопросы – спрашивай, отвечу, – он слегка склонил голову набок, не спуская с лица теплой простодушной улыбки – вполне искренней с одной стороны, но вряд ли определяющей – от его внимательного взгляда не укрылась ни одна из деталей.
– Там, откуда ты пришёл, происходит что-нибудь стоящее внимания? – она слегка пожала плечами, показывая, что будет рада любым новостям, лишь бы они были свежими, а не протухшими триста раз, как носки Шаргама, вонь от которых так и не выветрилась из заведения, несмотря на то, что орк его покинул.
– Откуда я пришел? – вояка потер подбородок, переведя взгляд пониже и с явным удовольствием пялясь на выгодно подчеркнутые одеждой формы данмерки. – В Гнизисе ничего, в Маар Гане ерунда… а, вот, в Альд’Руне было дело на днях. Один редоранский Отец Дома – не помню, как его там, то ли Хлерас, то ли Ллерас, – завеялся к любовнице, да так прямо на ней и помер в процессе. От сердечного приступа. Ну, ясен-красен, скандал большой, семейство в шоке, жена в ярости… а самое любопытное то, что он всю жизнь здоров был, как бык, и никаких проблем с сердцем не имел. Такие дела. Неплохо сработано, да? – ухмыляясь, он с некоторым усилием вернул взгляд на ее лицо, глотнул еще и подпер щеку кулаком.