Изабо застонала от злости, фрейлины переглядывались, радуясь её унижению, но они ещё не знали, что последует дальше. Дейн удовлетворённо хмыкнул и продолжил:
- Я пожалел её и разрешил поцеловать мои сапоги. Как и положено в таком случае. Но она отказалась, так я узнал, что она и бесплодна. Это же позор! И я опять пожалел её, хоть она и пустышка. Я решил, что она будет ухаживать за моей лошадью, а когда ей будет одиноко ублажать моих рабов. Ну, кому ещё будет нужна такая невоспитанная и бесплодная. С отцом я бы договорился.
Тишина была такая, что слышно было, как кто-то за дверью тронного зала сдавленно охнул.
Королева-мать посмотрела на свою игрушку и обнаружила потрясение на его лице. Ну, уж если даже на Белоснежку это так подействовало, то это действительно самое великолепное унижение для Изабо. Шелковым голосом она пропела:
- И что же невеста?
- Она не поняла моей щедрости. Стала суетиться. Я и моя семья оскорблены, и мы требуем, чтобы она извинилась. Конечно, она мне не нужна. Что мы не найдём мне среди твоих подданных красивую и плодовитую девку? – оркен похотливо оскалился. - Вон смотри, какие красотки, не то, что эта бледная тля.
- Ах, тля?! - зарычала Изабо.
В полной тишине, нежный голос белоснежного красавца пропел:
- Какая же она неблагодарная! Ай-ай! - оркены удивлённо уставились на говорящего, а юноша усмехнулся. - Королева, да пусть Изабо поцелует сапоги достойных господ, они у них не такие уж и грязные. Среди фрейлин мы найдём невесту для оркена, яркую, как цветок, и плодовитую, как кролик, и инцидент будет исчерпан.
Королева взглянула с удивлением на свою игрушку. Он что же ненавидит Изабо? Тот поцеловал её руку и шепнул:
- О, королева, не желающая быть красавицей, я развеселил тебя? Смотри, твоя фрейлина сейчас умрёт со злости,
Изабо, действительно, прижав руки к груди, задыхалась. Королева-мать подтолкнула Белоснежку, тот в недоумении посмотрел на неё.
- Что ты хочеш-шь, прекраснейшая?
- Покажи, как Изабо может любить, и от чего отказался оркен. Утешь её.
Юноша встал и лениво подошёл к Изабо, та отскочила:
- Я тебя убью! Не смей! Не смей прикасаться ко мне! Колдун поганый!
- Ты только игрушка первой красавицы королевства, - и он властно подтянул к себе девушку.
Изабо бросила в него заклятьем столбняка, но юноша отвёл заклятье рукой, мысленно приказав «Томись от жажды меня. Теряй разум!». Его поцелуй заставил Изабо упасть на колени, обнимать и целовать его ноги.
- Не ноги, обувь! - приказал юноша.
Изабо стонала от восторга и целовала его туфли. Юноша отпихнул её и вернулся к коленям королевы, а Изабо поползла за ним, плача от ненависти и от желания.
Оркены потрясённо переглянулись, а Дейн рявкнул:
- Ах ты, гадёныш! Как посмел унижать, ту, которая ещё не извинилась? Сначала я, а потом кто угодно.
Королева, веселясь от души, приказала:
- Изабо, очнись! – и резко хлопнула в ладоши.
От удара ладоней маленькие искры осыпали молодую колдунью, и та очнулась. Огляделась, увидела лица присутствующих, покраснела и склонилась в глубоком реверансе перед королевой. Королева всплеснула руками.
- Ну, если тебе понравилось целовать обувь моей игрушки, то поцелуй сапоги оркенам, а я на день подарю мою игрушку тебе.
- Если я захочу, то он и так будет моим! - вскричала колдунья.
- Неужели? - холодно удивился Белоснежка, фрейлины, злорадно переглядываясь, захихикали.
Королева бросила взгляд на оркенов, на их лицах была такая брезгливость, что она улыбнулась от пришедшей мысли.
- Изабо, ты права. Я не могу так наказать свою фрейлину, но могу за тебя попросить прощение, - она хлопнула в ладоши. - Шатёр для моих гостей. Отвести мою игрушку к ним, пусть Белоснежка развлечёт достойных оркенов.
Она счастливо улыбнулась, увидев отвращение на лицах оркенов.
- Нет уж, королева, нам не нужен этот сопляк! Мы не извращенцы, - презрительно пробасил седой оркен.
Королева встала и сообщила, как уже давно решённое:
- У нас будут балы. Достойнейшие дочери королевства прибудут, чтобы вы выбрали невесту, а моя игрушка просто вас развлечёт, вы забудете о грубости Изабо.