Рыцарь добродушно улыбнулся.
- Не надо ему мешать. Думаю, что этот юноша планомерно стравливает членов колдовского ковена[2].
На другой день после безумной ночи на острове, Сенкорейн предложил всем покататься на лодке по каналу, который петлял по парку и, заметив толстяка мага, позвал его с собой. Дейн, видя, что у мага периодически дёргается глаз, приказал Белоснежке:
- Помоги ему!
Мишель чувствовала себя странно, проснувшись на острове, она никак не могла вспомнить, как там очутилась, помнила только…
- Господи, опять этот извращенец! Но как его проворонили виверны? Хотя, что с него взять, он видно и вивернов соблазнил. А я-то дура, ну почему я, как овца безмозглая, только от его прикосновения теряю рассудок? Проклятье, кто же знал, что это так прекрасно!
Хорошо хоть виверны загнали её в озеро, и она пришла в себя и не стала выяснять отношения с графом.
Сидя в лодке, она тихо бесилась, но когда оркен заставил её ухаживать за магом, подумала, что это хорошо. Надо и магу затуманить сознание и заодно довести оркена до кипения. Белоснежка поцеловал графу руку, отчего тот побелел, и подошёл к магу. Старик что-то брюзжал, а она массировала его затылок и ласкала старческие уши, потом холодно спросила:
- Старейшина, ты ведь теперь Старший Советник?
Маг перестал рассказывать и замер. Действительно, он среди всех во дворце, и даже в королевстве теперь самый могучий маг. Нежные руки ласкали его затылок, запах фиалок, исходящий от рук юноши, кружил голову.
- Нет, меня пока не назначили.
Он ожидал, что сейчас последуют вопросы и заранее насторожился, однако странный юноша поклонился оркену и спросил:
- Господин, доволен ли ты мной? - и получил пощёчину от оркена, который счёл этот вопрос, как намёк на его извращённость.
- Не смей! Э-э… при всех… не смей, - прохрипел он.
- Страдаешь и стесняешься?! Погоди у меня, - мстительно прошептала Белоснежка, располагаясь у его ног.
Оркен впал в глубокое отчаяние, а его рука помимо воли прижала к себе юношу, а вторая подтянулась к жемчужным волосам холодного красавца и ласкала их. Юноша нежился в его объятьях и томно прижимался нему.
Рыцарь и оруженосец переглянулись.
- Может ему сказать? - шёпотом спросил Жейкар, жалея оркена. – Ведь спятит!
- Нет! Пусть научится ценить, что дарит Луна, - возразил Рыцарь.
Потом, желая помочь Белоснежке, Сенкорейн завёл разговор с погруженным в размышления магом.
- У вас старшинство предполагает какие-то почести?
- Что значит почести? - удивился маг.
- Деньги, земли, замки?
Маг пожал плечами, не зная, как рассказать дикарю, что магия даёт ему всё, но потом удивился. А почему бы и нет? Почему таких почестей нет? Разве он не заслужил? К вечеру вопрос всплыл в его памяти, и он, не раздумывая, изготовил кубок со сложным заклятьем, убивающий того, кто выпьет из него только после третьего наполнения обычным вином.
Вечером оркены пригласили на прогулку двух фрейлин, и если одна довольствовалась пылкими ласками молодого оркена, то вторую оркен приказал целовать Белоснежке, тот беспрекословно подчинился. Спустя мгновение красавица стонала от его поцелуев, но при этом рука жемчужного юноши ласково скользнула по плечам, той которую обнимал молодой оркен. Вторая фрейлина после мимолётного прикосновения забыла о поцелуях оркена и вскипела от зависти к подруге.
Белоснежка, целуя обнажённую грудь красавицы, спросил оркена:
- Тебе нравится, как я это делаю господин? Ты доволен?
Скрипя зубами, Дейн отвернулся, боясь, что убьёт подарок королевы. Ему невыносимо было это видеть. Однако привычка анализировать заставила его принять версию Рыцаря - Белоснежка действительно стравливал членов ковена.
Наступила ночь, Дейн и Мишель не спали, боясь силы Луны, но утром проснулись обнажёнными в объятьях друг друга.
- Черт, ну только на минутку прикорнул! - прошипела Мишель, злясь в основном на себя. - Что же ты такой кобель неуёмный?
Ей особенно обидно было от того, что она ничего не помнила, только чувство пережитого наслаждения. Подробности полностью исчезли! Дейн расстроенно прогудел:
- Я и сам не знаю, как это произошло! - и с ужасом рассматривал следы своей сокрушительной сексуальной озабоченности на теле юноши. Да и сам он был исцелован весь. В результате у него родилось предложение. - Слушай, это какой-то лунатизм! Давай ночью мы сразу того и спокойно поспим.