— Она жива? — произнес кто-то высоким голосом.
Шею обожгло от прикосновения руки. Она была такая теплая.
— Пульс прощупывается, — сказал другой голос. — Нужно доставить ее в больницу, прямо сейчас.
В больницу? Сеймур первым делом обыщет больницы. Больница — это плохая идея.
— Хорошо, терпеть не могу больницы, но ты прав, — произнес человек с писклявым голосом.
Я услышала хлопок и звук рвущихся тканей, а потом почувствовала, что тело оторвалось от земли. Я хотела очнуться, крикнуть: «Помогите!», но помощи не будет, будет наказание. А после того, что я сделала с теми тремя, меня отправят прямо на арену и выберут для следующей жатвы, я это понимала.
На ум пришло снова моё пламя, но для его создания я сейчас была слишком слаба.
Чувствовала, как тело слегка покачивает при движении. Я все ещё могла слышать сердцебиение того, кто нёс меня. Ему страшно. Это совсем не адреналин от предвкушения предстоящего веселья. Виверне страшно. Я совсем ничего не понимала.
Движение прекратилось, и я почувствовала лёгкий ветер в лицо. Тёплый ветер.
— Она так замёрзла, какая больница ближе? — спросил тот, что держал меня.
— Та, что в Тите, конечно, — ответил его дракон.
Тит!
Я снова дома. Как хотя бы приблизительно это возможно?
Не помню, чтобы я пересекла какие-либо границы. Меня никто не останавливал. Возможно, я все ещё была объята пламенем, люди испугались и разбежались, но я ничего подобного не помнила. В памяти ничего не осталось о том, как я вернулась домой.
Последнее, что я помнила — это ощущение жуткого истощения и разбитости.
— Кем бы ты ни была, пожалуйста, держись, — мягким голосом произнес мне кто-то на ухо.
Снова вспомнилось убийство Блейка. Какое наказание ждёт меня здесь? Мне все ещё было страшно, верите или нет, но встреча со ждущими моей смерти злодеями показалась мне лучше, чем встреча со ждущими моей смерти любимыми мною людьми. Я больше не могла убежать, потому что лежала в полной беспомощности на руках у кого-то да ещё и на спине у дракона.
Мужчина ахнул.
— Что, что там!? — всадник был в шоке.
— Нет, это невозможно! — произнес тот, что держал меня.
— Что невозможно?
Он не ответил.
— Кто это? — снова спросил дракон.
— Лети быстрее. Это принцесса.
Дракон снова взвизгнул, и я почувствовала, что он поменял направление.
— Нет, в больницу. Быстро. Нужно спасти ее.
— Ты совсем не соображаешь, он нас обоих убьет.
— У нас нет выбора, он убьет нас обоих, если она умрет у тебя на спине. А теперь разворачивайся к больнице, и я обещаю, что защищу нас обоих от его ярости.
О ком они говорили? Об Эмануэле? Наверное, об Эмануэле или сэре Роберте. Нет, скорее, об Эмануэле.
Я так долго не вспоминала о них.
Дракон снова поменял направление, и через пару минут я услышала шум машин вдалеке. Он все нарастал и нарастал, а потом к нему присоединился шум голосов.
Больница уже близко. Врачи раздавали распоряжения по лечению, аппараты в то же время пищали. Звук был таким чётким, словно я сама находилась внутри палаты.
Дракон приземлился.
— Нам нужна помощь, скорее. Думаю, это принцесса Елена.
Я услышала быстрые шаги и стук сердец, а ещё слегка поскрипывающую каталку, когда к нам поспешили люди.
Я почувствовала покачивание, когда меня передавали кому-то. Послышались ещё удивлённые вздохи.
— Почему она такая худая? — задала вопрос женщина.
Парень хмыкнул, снова посыпались медицинские термины, набор непонятных слов, но судя по его голосу и тону, все не очень хорошо.
— Что с ней случилось?
— Мы просто нашли ее. Мы были на утренней пробежке, а она лежала под деревом. Мы привезли ее так быстро, как могли. Что с ней, это принцесса?
Ответа не последовало, потом в глаза стали светить фонариком.
— Да, это принцесса, правильно. Где бы она ни была, я рад, что не мне придется иметь с ним дело.
Ну вот, снова. Что вытворял Эмануэль, раз его так все боятся?
Врач отвернулся и крикнул кому-то:
— Немедленно вызовите Констанс, и ни в коем случае здесь не должны появиться журналисты, ясно?
— С ней все будет в порядке? — услышала я издали голос того, кто держал меня во время полёта.
— Скоро мы это выясним. Не переживайте, мы скажем ему, что вы просто нашли её.
Они, наверное, снова говорили об Эмануэле, потому что сэр Роберт больше никогда не заговорит со мной после того, что я сделала.