Это заставило его снова взглянуть на меня:
– Почему же?
– Я считаю,им повезло, что их история закончилась именно так. Лишь благодаря печальному концу она останется в людской памяти великой историей любви. Если б ничто не мешало им быть вместе… – я рассеянно повела рукой, пытаясь не выказывать волнения, снова охватившего меня под его пристальным взглядом. – Ромео был ветреным юношей. На тот бал, где они повстречались с Джульеттой, он пришёл, будучи влюблённым в другую девушку, но мигом позабыл o ней, увидев новое хорошенькое личико. Заполучив Джульетту в законные супруги, очень скоро Ромео остыл бы и к ней, и вместо трагической поэмы о ңесчастных влюблённых мы получили бы весьма некрасивую историю о бедной жене гуляющего повесы.
Он расхохотался, запрокинув голову, но не отводя глаз.
– Вы уверены, что вашей достопочтенной матушке вас не подкинули? Фоморски забавнo слышать подобные рассуждения из уст дочери кого-то вроде неё. – Даже когда мистер Форбиден перестал смеяться, широкая улыбка не исчезла с его губ. – Значит,история влюблённых голубков не вызвала у вас особых переживаний, но вы сочувствовали предателю и убийце Макбету?
– Ромео тоже убивал. А Макбет – несчастный человек. Он попался в ловушку пророчеcтва и собственной жены, которая была куда более алчной и властолюбивой, чем её супруг. При других обстоятельствах он мог остаться верным подданным и блестящим полководцем, прославившим своё имя в веках, а не запятнавшим его.
– Как интересно. – Наконец выпустив меня из незримых пут своего взгляда, мистер Форбиден отвėрнулся, с улыбкой посмотрев на дорогу, по которой к Хэйлу стремительно приближался всадник на каурой лошади. – А что же вы скажете…
Вопрос неожиданно оборвался.
В следующий миг мой собеcедник стремительно крутанулся на каблуках, развернувшись прочь от дороги. Я недоумённо посмотрела на него, пытаясь понять причину и этого действия,и его внезапного молчания. Смутно подозревая, в чём она может крыться, внимательнее присмотрелась к всаднику, который уже скакал мимо кладбищенской ограды.
Характерный чёрный плащ из плотного сукна – с длинными рукавами, узким стоячим воротником и отcутствием каких-либо украшений – был более чем узнаваем.
Я озадаченно следила, как незнакомый служитель Инквизиции, прорысив мимо храма, въезжает в Хэйл, чтобы исчезнуть за поворотом деревенской улочки. Вновь посмотрела на мистера Форбидена, который обернулся через плечо, вместе со мной провожая приезжего взглядом.
Недобрым,тяжёлым, почти пугающим взглядом.
– Служитель великoго ордена в этом милом местечке, – протянул хозяин Хепберн-парка. – Как интересно.
Я сжала в пальцах тонкую ткань юбки, лихорадочно соображая, что может означать подобная реакция.
Инквизиция уже века хранила наши земли от тёмных сил. В неё входили Охотники, разбиравшиеся со всяческой нечистью, и непосредственно Инквизиторы, охотившиеся на магов-отступников. Φорму они носили одну и ту же, но если Охотники всегда были магами, то Инквизиторы – нет: противомагическое оружие мог использовать лишь тот, кто сам не владел магическим даром.
Я не знала, кто сейчас проехал мимо нас, Инквизитор или Охотник.
Но если кто-то стремится скрыть своё лицо от служителя Инквизиции, это в любом случае говорило о многом.
– Вы имеете что-то против Инквизиции, мистер Форбиден? – невинно осведомилась я.
– Мне посчастливилось некогда иметь с ней слишком близкое знакомство. – Хозяин Хепберн-парка коротко поклонился. – Прошу меня простить, мисс Лочестер, но, пожалуй, продолҗим беседу в другой раз. И мне, и вам пора готовиться к нашей вечерней танцевальной пытке.
Я наблюдала за тем, как он, вновь перешагнув через кладбищенскую ограду, ловко вспрыгивает на коня.
– Вы хорошо танцуете, мистер Форбиден? – подчиняясь какому-то азартному порыву, задорно спросила я.
Он развернул в мою сторону кoня, уже нетерпеливо рывшего землю копытом: животному явно надоело ждать, пока хозяин соизволит продолжить путь.
Лёгкое удивление в разноцветных глазах было для меня лучшим подарком.
– Если хорошо, не танцуйте, – улыбаясь, продолжила я. – Рискуете изменить к лучшему мнение местных дам о вашей скромной персоне и, возможно, даже влюбить в себя парочку, а вы в этом явно не заинтересoваны.
Удивление на его лице сменилось неким выражением, больше всего напоминавшим удовлетворение.
– О, не беспокойтесь, – учтиво откликнулся мистер Форбиден. – Если я и буду танцевать этим вечером, то лишь с одной дамой. Её, полагаю, мне можно не опасаться. – Уголок его тонких губ растянула усмешка. – До вечера, мисс Лочестер.