Ровный холод стен, гладкие отполированные тысячи ног камни ступеней – всё так привычно и обычно. Но внезапно зверь внутри встрепенулся и обнажил клыки в предвкушении добычи. Чужое желание убивать – он чувствовал его. Будто по щелчку пальцев, он весь внутри подобрался и чувства его обострились. Он видел её – чёрно-лиловая взвесь в воздухе. Альков. Незваный гость притаился в алькове чуть ниже, за поворотом и, как только он минует его, в спину прилетит удар. Неплохой план…был.
Он усмехнулся. Покрыл голову. Азарт будоражит кровь, сметая всякие душевные треволнения. Притворившись и как будто ни в чём не бывало прошёл мимо сокрытой в тени ниши. Чужая рука занесла кинжал над спиной, ещё мгновение и…ошарашенный взгляд противника – не церемонясь, одним выверенным движением Титр отбросил нападавшего на лестницу. Полёт был стремительным, а посадка довольно жёсткой. Короткий клинок, благоразумно поддетый носком, с металлическим обиженным бряцаньем проскользил по ступеням вниз.
Титр, плотнее надвинув капюшон на глаза, закрывая верхнюю часть лица, присел на корточках, уперевшись коленом в грудь, не давая встать нападавшему, ловко поправляя под плащом цепляющиеся за пол ножны – сей жест не остался не замеченным.
- Итак, кто тут у нас… - он поддел шарф, которым несостоявшийся убийца замотал почти всё своё лицо, и незаметно выпустил коготь, распарывая полотно. – Ну надо же, это Обрим…я разочарован. А старина Ликс возлагал на тебя такие надежды.
На по-деревенски простом с крупными чертами лице читался ужас и оторопь.
- Откуда…моё имя? – сумел лишь прохрипеть тот.
Отлично, он всё ещё инкогнито, хотя с ударом всё же переборщил.
- Самое главное – кто тебя послал и для чего, - холодно процедил Титр, выпрямляясь, глядя на оппонента сверху вниз. – Поверь, в твоих интересах отвечать на мои вопросы и говорить только правду. Надеюсь, я понятно выражаюсь?
- Даже если бы меня пытали, я не смог бы сказать, - отвечал Обрим, садясь кряхтя на ступень и взглядом шаря в поисках путей к отступлению.
- Хм, «не смог бы» говоришь. Давай зайдём с другого края. На кого ты по-твоему напал? – привычная менторская манера говорить брала верх.
- Я не знаю. Честно, - и он отвёл глаза, незаметно потирая ушибленную грудину. - Дали амулет, приказали схорониться здесь и ждать пока камень не засветится…
- Амулет, - и требовательно протянул руку.
Тот не спешил шевелиться и Титр его поторопил, пнув в бедро.
- Амулет, - повторил он. - Я жду.
Рука исчезла в складках одежды, нехотя вытащила и протянула маленькую, тускло светящуюся синим, безделушку. Оценив её звериным взглядом и не найдя подвоха, Титр всё же взял её, но за тонкий кожаный шнурок. Где-то на задворках сознания шевельнулись обрывки воспоминаний. Не его, не этой жизни, но…определённо полезные. Перед ним был его волос, точнее то, что когда-то было его волосом, скреплённый Печатью с простенькой подвеской – минимум усилий, но весьма эффективно…в таких делах. Титр сжал в ладони камень и вытряхнул уже мелкую пыль. Обрим шумно сглотнул.
- Любопытно. Всё думал кому же я перешёл дорогу, что пошли на подобное… - глухо проговорил Титр, неспешно хлопком оттерев ладонь об штанину. – Но теперь всё стало на свои места, - и поймал на себе затравленный взгляд припёртого к стене. - Не хотелось мне этого делать с тобой, но всё же…
- Ты убьёшь меня… - обречённо прошептал тот.
- Увы, не в это раз – не хочу марать руки … - и невольно плотоядно улыбнулся.
Эмоции пёстрой взвесью заполняли пролёт. Страх за собственную шкуру, смятение, досада и недоверие, но не желание убивать, нет. Нельзя винить пешку в излишней преданности или слепому следованию приказу, особенно подкреплённого Печатью.
- Оголи торс, живо, - тоном, не терпящем возражений, приказал Титр.
Тело на ступенях заёрзало, сбросив накидку и неумело, закусив от боли губы, судорожно стаскивая с себя лёгкую броню и рубашку. На смуглой коже виднелись крупный кровоподтёк и пару ссадин. Всё же надо быть поосторожнее…с обычными людьми. На правом плече виднелась мелкая россыпь родинок, но это лишь на первый взгляд. Значит, Печать наёмника. Самонадеянный выбор, хотя наложивший Печать и не мог ожидать, что кроме него и короля может кто-то обнаружить подобное.
- На колени и лоб в пол, - пренебрежительно бросил Титр и устало потёр переносицу.
Он не хотел этого делать, не хотел, но время поджимало, а пока дозовёшься Нимату и их тут вполне могли застать врасплох, так что приходилось действовать наверняка…
Обрим замер, стоя на коленях.
- Умоляю…господин, не надо, прошу…я не хотел…всё что угодно… - руки дрожат, взгляд исподлобья то и дело косится на меч в ножнах.
- Я же сказал, что не буду убивать тебя, - Титр начинал выходить из себя. – На колени и склонись в поклоне – большего от тебя не требуется. Можешь глаза закрыть, если перетрусил.
Замявшись, он наконец-то сделал то, о чём его собственно просили. Спина вздрогнула, услышав лязг меча о ножны, но голову он всё же не поднял.
Титр никогда не делал этого ранее – приходилось действовать по наитию. Вспыхнул меч, выжигая и оплавляя концом острия чужую метку. Нужно опережать соперника хотя бы на полшага. В голову пришла дурацкая идея, но нет времени медлить и искать варианты лучше. Обрим у ног его зашипел от боли и инстинктивно вцепился в правое плечо, ожидая реки крови, но тут же отдёрнул и в замешательстве осматривал абсолютно чистую ладонь. И всё же определённо не лучшее, далеко не лучшее, но вполне оптимальное решение дилеммы. Он сам, своими руками разрушал стену, что старательно воздвигал камень за камнем в надежде укрыться за ней от чужих глаз - синее пламя вязью растеклось по склонённой перед ним спиной, оставляя на коже витиеватый охровый узор, отныне и навеки сковывая связью слугу со своим господином.
- Тебе никто никогда не давал амулет и не приказывал ждать меня в засаде. Ты не был сегодня тайно во дворце и не видел меня. Если спросят, то сегодня ты самовольно отлучился из казарм повидаться с другом детства, что проездом был в городе; когда увидят узор на твоём теле, то скажешь, что на память с другом вы расписали спины у одного мастера. Ты всё понял, Обрим? - низкий властный голос с пренебрежением отдающий приказ самому жалкому смертному пробирал до озноба.
Дрожа от нахлынувшего ужаса, мужчина, стоящий на коленях сдавленно выдавил, запинаясь:
- Да…да, мой господин.
Глубокий вздох. Спокойствие. Ему нужно спокойствие моря, погруженного в сон под толстыми льдами зимы. Он не хотел, ему это было не нужно, но так сложились обстоятельства. Да, так сложились обстоятельства.
- Одеваешься и немедля отправляешься в казармы.
- Слушаюсь и повинуюсь, мой господин.
Титр уже повернулся, собираясь уходить, как почувствовал немой вопрос.
- Тот человек больше не имеет над тобой власти. Не имеет и никогда больше не будет, - смягчившись, он ответил.
Меч легко вернулся в ножны, лязгнув, знаменуя конец разговора.
Ступени всё так же тверды и холодны под его ногами, стены всё так же держат каменный свод. Пролётом ниже он взглядом нашёл кинжал – тот послушно сам скользнул к нему в протянутую руку и, чуть коснувшись пальцев, рассыпался серебряной пылью.
Пуская пока всё будет так. Но всё же мысли чётче и яснее при холодном лунном свете…
- Я думала, что ты уже не придешь.
Серая тень отделилась от стены деревянной пристройки, откинула изящным движением капюшон плаща подставляя длинные золотистые волосы под солнце.
- Прошу прощения за заминку – были дела, не терпящие отлагательства.
Архаб насмешливо фыркнул и спросил:
- Ты всегда такой жеманный?
В ответ получил лишь холодный взгляд.
- Не вижу причин быть таким хмурым, - и миролюбиво улыбнулся.
Убедившись, что они одни, Титр одними губами проговорил:
- Король приказал мне обучать и подготовить наследного принца для дел государственных…
- Неожиданно, но вполне логично. Ты явно не в восторге. А Синха?
- А Синха успел подсуетиться и послал ко мне наёмника под Печатью.