- Это не тот ли плащ, что я даровал тебе?
- Да, мой повелитель, это именно он.
- Любопытно… - неспешно ответил король и с хитринкой посмотрел на него. – А мой советник не так прост каким кажется. И кто она?
- Не совсем понимаю о чём вы…
Не успел он договорить, как из стройных рядов книжных полок, шурша юбками выпорхнула Барха, счастливо прижимающая к груди книгу и запнулась, обнаружив, что они уже не одни.
- А я думал кого это фрейлина караулит у входа в библиотеку, - король Леон говорил медленно, задумчиво переводя взгляд то на принцессу, то на советника.
- Прошу меня простить, господин Леон, - девушка смущённо залепетала, нервно вцепившись в переплёт. - Меня одолела бессонница и я пришла в библиотеку в поисках книги. Я никак не ожидала встретить в столь поздний час господина советника и не могла подозревать, что у вас здесь назначена встреча. Прошу простить меня, я уже покидаю библиотеку и не смею тревожить вас более своим присутствием… - спешно сделав пару шагов, она выхватила плащ и, сделав поклон, метнулась на выход.
- Она забрала твой плащ, - улыбаясь, король с вопросом смотрел на Титра.
- С пару недель назад госпожа вымокла и оказалась здесь. Я был вынужден предложить свой плащ, чтобы она не продрогла и не подхватила простуду, - отчитался как по написанному. – Плащ пришёлся по нраву принцессе, и я был вынужден уступить его дабы не прогневать и сохранить благоприятно расположение королевской особы…
Король жестом прервал его и, сидя в кресле, наклонился к нему.
- Давай оставим весь этот официоз хотя бы для утра. Скажи мне честно: по нраву она ли тебе?
- Мой повелитель, я нахожу невозможным проявлением с моей стороны симпатии к кому-либо, - он снова стоял, покорно склонив голову.
- Титр, оставь это и поговори со мной не как с королём, но как с давним другом отца твоего, - и устало потёр висок. – И сядь ты. Чего опять вскочил?
- Как первый советник короля я должен неукоснительно…
- Довольно, - сухо отрезал Леон и, взмахнув рукой, легко пальцами начертил в воздухе Печать Уединения, та вспыхнула изумрудными искрами и отрезала библиотеку от остального мира невидимой глухой стеной. – Ты знаешь что это?
- Один из видов Королевской Печати? – осторожно уточнил Титр.
- А ты сообразительный. Королевской печатью можно не только подтверждать свой статус или подчинять чужую волю, но у неё есть ряд очень удобных вариантов. Например, эта называется Печать Уединения и позволяет не бояться, что чужие уши услышат наш разговор. Так что забудь про этикет хоть не на долго, хорошо, Титр?
- Как вы пожелаете, мой…
- Титр! – перебил его король.
- Как пожелаете…Леон.
- Так-то лучше, - и он вздохнул, откидываясь на спинку кресла, разглядывая своего собеседника и погружаясь в размышления. - Порой мне кажется, что я о тебе очень многого не знаю, хотя казалось бы — с малых лет при дворе под моим присмотром. Всё, что дал своему сыну, я стремился дать и тебе. И что в одному вбивалось чуть ли не силой, то другой чуть ли не с большим рвением отбирал… - правитель грустно усмехнулся своим мыслям. - И вот сегодня, мне кажется, я взглянул на тебя под совсем иным углом. Как-то забывается, что ты уже далеко не перепуганный ребёнок, что однажды был доставлен во дворец. От того ребёнка остался лишь только тяжёлый взгляд очень тёмных синих глаз, что столь в диковинку здесь.
Правитель Леон подпер щеку кулаком и добавил:
- Ты, как и прежде, смотришь на меня с учтивым вниманием, а что за ним, за этим взглядом — одним Всевышним ведомо. Всегда холодный, строгий и нелюдимый, но тем не менее многие придворные дамы ищут твоего общества, но не ты их. Наверное, повышенному вниманию ты обязан своему отцу.
- Простите, не совсем понимаю…
- О, всё очень просто. Ты унаследовал многие его черты, что столь по нраву дамам. Он тоже в своё время не знал отбоя от барышень, но, что уж тут таить, периодически нет-нет, да пользовался сложившейся ситуацией, - и тут король довольно хохотнул, видимо вспомнив что-то крайне забавное. – Конечно, мне и о тебе кое-что любопытное доносят, - многозначительно подчеркнул свои слова. – …но это столь непохоже на тебя, что я до сих пор склонен считать, что это всего лишь дамские выдумки, даже не смотря на столь очевидный плащ, пропахший женскими духами.
Повисло неловкое молчание.
- А чего мы тут, собственно, сидим. Давай сядем у камина, распалим его, выпьем, тем более есть повод, - и с этими словами за Титром в укромной части залы у стены вспыхнул камин; король же из воздуха вытащил пару резных стаканов и большой бутыль зелёного стекла. – Ну, пошли.
Титр был вынужден следовать за ним. Мысленно он звал своего взбалмошного проводника, но безрезультатно. На столик у камина король небрежно поставил стаканы, лихим движением раскупорил бутыль, щедро плеснул бордовой жидкости и протянул один своему советнику; тот, замешкавшись, взял не сразу и с опаской взглянул в стакан.
- Не сочтите за дерзость, мой п…Леон, но я не приветствую распитие спиртных напитков и сам почти никогда без веской надобности не употребляю.
- О, я помню, Титр. Тебе не о чём волноваться. Для обычных смертных это что-то вроде отвара на травах да ягодах. Напиться этим здесь могу только я, - и ухмыльнулся.
- Это лунный нектар… - прошептал он сдавленно.
- Так ты знаешь и это. Удивительно. Я всё время недооцениваю твои знания. Ну, что ж… За мудрость Всевышних! – и он опрокинул стакан в себя, довольно зажмурился и расслабленно упал на кресло.
«Пей, я подстрахую, - шепнул в голове успокаивающе ровный женский голос. – Но сильно прикладываться очень не советую, иначе тебя раскроют».
От камина исходило приятное ровное тепло. Рыжие языки пламени боролись со тьмой то выигрывая и отхватывая чуть больший участок для света, то отступая, чтобы с новыми силами ринуться в бой.
На негнущихся ногах Титр подошёл к своему креслу, сел, непослушной рукой поднёс стакан к губам и немного пригубил. Он отпил всего чуть-чуть, но вмиг почувствовал краткую жгучую лёгкость и ясность, сдавленно глубоко вдохнул, чтобы по примеру не зажмуриться, и опасливо скосил глаза. В неровном дрожащем свете на лице короля проступили глубокие морщины и весь его лик казался суровым, словно наспех высеченным из грубого дерева и лишь у внешних уголков глаз частая сеть морщинок собирались будто в хвост мелкой рыбки. Волосы длинные, по моде прошлых лет, до подбородка, небрежно заправлены за уши, короткая квадратная борода и густые брови с торчащими жёсткими седыми волосами. Непроизвольно уже намётанным взглядом Титр по позе мог судить, что довольно праздный образ жизни короля почти никак не умалил былой ратной мощи и, как и прежде, это довольно грозный соперник в бою…
Да о чём он вообще думает?
- Ну как тебе?
- Весьма…своеобразный вкус, - уклончиво отвечал Титр, возвращая стакан на место.
Король утвердительно кивнул, больше своим мыслям, и мечтательно улыбнулся.
- Иногда так хочется сбежать от собственных мыслей…хотя бы на мгновение, - и он налил себе ещё и так же залпом опустошил стакан. – Судьбу не выбирают. Вот вроде бы король, правитель Срединных земель и один сильнейших сего мира, а на собственного сына не имею никакого влияния, - и он горько усмехнулся. – Я прошу тебя облагоразумить Синху, дать ему необходимые знания…и будто подписываюсь в собственном бессилии, - он резко замолчал, будто увидев в дикой пляске пламени что-то давно минувшее и навеки утраченное и весь поник, устало прикрыл глаза и откинулся в глубь кресла, скрестив руки на груди. – Знаешь, давным-давно мы частенько так сидели с твоим отцом, обсуждали дела и минувший день, он рассказывал о своих похождениях по долам да по горам… И я ему так завидовал. Веришь ли?
Титр озадачено смотрел на него, не зная как правильно реагировать и с тихим ужасом осознавая, что разум его разрывается между сном и желанием броситься в леса в погоню за прыткой антилопой.