- Могу ли я задать вопрос? – он стряхнул стекающее по руке и собравшееся на кончиках пальцев синее пламя в воздух и теперь упругие колтуны из языков огня освещали закуток, отбрасывая длинные тени.
- Можешь, Титраништар, можешь. Правда, не ручаюсь, что смогу дать ответ… Но можешь попробовать.
- Что только это было…со мной?
- Это… - король устало вздохнул и, сцепив руки в замок, пригладил волосы, откинулся на спину и задумчиво смотрел куда-то в черноту свода стеллажей. – Это удел многих членов королевской семьи и лишь немногих счастливчиков минует сия участь. В непростое время, во время становления тем, кем ты являешься, тебя могут преследовать видения давно минувших дней. Вроде как воспоминания твоих предков, но столь яркие, будто они твои…
- Значит, нет причин для беспокойства…
- Ну как сказать. Будь ты моим сыном, то по обычаю предков я бы запретил тебе покидать дворец или даже запер бы в покоях, наложив соответствующие Печати. Но как показывает жизнь, что тебе мои жалкие потуги? – и он горько усмехнулся, всё так же заложив руки за голову и глядя в потолок.
- Значит, что-то может случиться… - протянул задумчиво Титр, опёршись локтем о край массивного стола.
- Я такого не говорил.
- Но всё же благоразумнее будет, если я покину дворец.
Где-то далеко за стенами уныло завывал поднявшийся ночной ветер.
- Мне бы очень не хотелось терять столь сведущего человека…
- Простите меня, король. Мне очень жаль…
- Полно, мой мальчик, не кори себя, - перебил Леон.
- Если вы не возражаете, я хотел бы остаться на земле, что досталась мне от отца…
- Такая глушь для такого светлого ума… Такая потеря для страны… - он будто не слышал и всё витал где-то в своих мыслях.
- И Барха…поедет со мной.
- Ну да, не возвращаться же ей… Ты, случаем, не знаешь, что она удумала?
Титр вопросительно приподнял брови.
- Когда она пришла и потребовала тебя в мужья, то говорила, что все возможные неприятности уложит при помощи писем.
- Я не знаю всех подробностей и могу лишь предполагать.
- Ну-ка, ну-ка, мне интересно, - король повернулся вполоборота.
- Поправьте, если ошибусь. Думаю, что существует некий достоверный способ, позволяющий на расстоянии дать знать родителям, что их дочь вышла замуж за того, в ком течёт королевская кровь, а письма нужны для уточнения этого факта.
- Вот за это тебя люблю и уважаю, Титр, за твою сообразительность! Эх, жаль, что Синхе и малая толика твоих талантов не досталась, - и он по-отечески потрепал его по голове, взъерошив короткие волосы. – Ты действительно прав в своих догадках. А я и забыл. Родовое Древо. Что каждая семья прячет от глаз посторонних в глубинах своего замка. Как только ты и Барха скрепите свои отношения, то на каждом из них появятся…отметки…
Титр сосредоточенно кивнул, откинувшись на спинку и скрестив на груди руки: он не знал как подступиться к вопросу, который занимает всего его.
- Я вот тут подумал, - и король резко встал, хлопнув ладонями по своим коленям. – Ты мне как сын, да и Барха к сердцу прикипела, - не могу я вас просто так отпустить. Накроем пир горой. Не свадьба конечно, но для всех скажем, что прощаемся и отправляем светлейшую восвояси. Я самолично сопровожу её кортеж до святилища богини радости и любви Ниматорх, где уже её будешь ждать ты. Устроит?
- А есть выбор? – с усмешкой спросил Титр, поднявшись вслед за королём – всё же привычка есть привычка.
- У тебя как раз-таки выбор есть, а мне вот приходится воспринимать всё как должное, - и он пригладил окладистую бороду. – Время позднее, а дел на завтра уже невпроворот… - и усмехнулся.
- Леон?
- Вот как ведь бывает: шёл на войну, а ухожу, будто встретив старого друга…
Воздух спёрло, слова застряли в горле и язык присох к нёбу. Боясь безвозвратно упустить момент, он мог лишь глубоко поклониться, прощаясь с покидающим его укромное место королём, нет, даже больше – тем, кто заменил ему отца.
========== Всё блекло и сероо ==========
Сияющая луна непостоянна и каждый месяц круг меняет, но лишь она сейчас дарует свет на небосклоне. Грядущего ночь не пуста, рассвет уж зреет и слегка бледнеют на востоке облака. Под ногами крепкий гранит тепло минувшего дня ещё хранит, а дальше – пропасть и полноводная река, что петляет от города у подножья замка к далёкому устью меж гор в лесов густой щетине и вливается в несуществующий бурный океан.
Всё блекло и серо. И тьма в распадках укрыта туманом сизым. Усесться на край карниза, оттолкнуться и полететь поверх долины прямо в высь, и весь мир, что под ногами, окроплён стеклянными каплями росы. И где-то внутри шевельнулось знание, что в зверином обличии есть крылья. Крылья…
А река, как и прежде, течёт неспешно, слабо поблескивая и светясь в холодном свете голубой луны. Лёгкое дыхание ветра доносит до крыши замка горький запах трав ночных. Шелест листвы отдалённый и глухие уханья ночной птицы. И всё отчётливее на серебряном диске неземные моря…
Стало явным многое и вроде всё решено. И вроде всё так просто и план предельно ясен, но отчего же на душе так неспокойно?
Сжал ладонь и тут же ощутил в ней Мун Кадиз. Будто приветствуя хозяина, он блеснул сталью в сумраке.
Не взлетел, но хоть разгонит кровь.
Невидимый противник был на шаг впереди. Надсмехался и ускользал вдоль карниза, уворачивался от самых быстрых и неожиданных ударов, играючи и дразня. Пару раз Титр чувствовал холодное дыхание чужого клинка на своей щеке – или это всего лишь ночной ветер? И он кружил в ответ, уходя от выпадов и разрывая дистанцию, со свистом рассекал воздух и обрушивался с небес дождём коротких уколов. Всё без толку и тревога быстрее гонит кровь.
Крутанув клинок наотмашь вокруг гарды, Мун Кадиз рассыпался на синие всполохи до очередного призыва – клинок не помощник в душевных треволнениях.
Лунной кисти не достичь тех глубин, из которых в душе сочилась тьма, оставляя горький привкус на губах и предсказывая скорую бурю, хоть горизонт и чист. Что ж, он привык доверять своему чутью, но и излишнюю суету не жаловал.
Разложить все мысли, задать самому себе вопросы. Правильные вопросы.
Ночь всё ещё темна, свежа, прохладный ветер дует. У него есть время обдумать всё. Ещё есть. Ещё раз. У него всегда есть время обдумать.
И крепкий гранит тепло минувшего дня ещё хранит.
========== Сквозь глухую пустоту коридоров ==========
Он не мог ошибаться. Это был превосходный план. Кто ж знал, что этот книжный червь при себе имеет клинок и неплохо им машет? Хотя во дворце запрещено ношение любого оружия… Хм, значит, так даже лучше – отец увидел неповиновение его указам и сошлёт сиротку, если вообще не казнит. Хотя…до самого вечера не было ни единого слуха, что в дворце что-то произошло. Даже слуга с кухни как обычно отнёс скромный поздний ужин в библиотеку, а значит… Может ли быть такое, что отец сам разрешил ему носить при себе…? Хм, да нет, бред какой-то. Он даже ему не разрешал… Хотя когда бы он ему чего-то такое разрешал? А тот всегда был его любимцем. Сколько раз он слышал «Титр то…», «Титр сё…», «Титр молодец, не то что ты». Сколько раз он слышал обрывки фраз, смысл которых сводился к одному: кто угодно лучше, чем он, единственный и родной сын короля. Стоп, хватит. Надо думать дальше. А догадался ли, что это был он? Вдруг к нему ночью в покои придут стражники и…и он больше не проснётся? Нет, не может быть, чтобы его отец так поступил с ним…хотя ведь он решился…стать свободным. А отец…он ведь оставит свою любимую страну без законного наследника. Хотя тогда он сам сможет снова жениться, даже на той белокурой девице и… Нет, надо пройтись.
Беспокойные мысли гнали его сквозь ночь и глухую пустоту коридоров, инстинктивно избегая встречи с ночным караулом. Он путался и воспарял в мыслях, спотыкался, чуть ли не падая, об внезапные, хоть и слишком слабые возражения внутреннего голоса, что некоторые именуют совестью. Ровные стены, каменная кладка, гобелены, трофейные доспехи и короли прошлого, взирающие свысока с портретов и постаментов. Широкие галереи и сводчатые потолки залов, тесные пыльные коридоры и не то щели, не то заброшенные лазы… Сначала шёл, затем быстрее и под конец чуть ли не бежал. Сбившись, опёрся о стену отдышаться.