- Согласно официальной версии Ийяштар достигнув возраста двадцати пяти лет совершила ритуальное самоубийство — спрыгнула со скалы в бушующее море, так как не была сосватана в положенный срок. Таким образом, она никогда не покидала земель Утари, никогда не выходила замуж за герцога средних земель и тем более никогда не… - он резко замолк и в комнате снова воцарила тишина, прерываемая тяжёлым прерывистым дыханием с ложа и шорохом тканей.
Тьма сгущалась и зажимала в свои объятья, утешая и растворяя горькие мысли и разогревая фантазию, предлагая сладкое забвение.
- Ты опустошён и снова чувствуешь жажду, не так ли? - вкрадчиво раздался голос у него в голове.
- И всё же почему меня на обратном пути забросило именно сюда?
- Ноги жаждущего ведут его к колодцу - испить живительной влаги, - холодные белесые пальцы соскользнули в его руку, обретая власть над ней, и уже его пальцами она прикоснулась выше левого запястья, являя Печать Избранной любовницы императора; тонкий узор вспыхнул голубоватым пламенем, зардел и разлился по телу приятной истомой. - Чувствуешь?
Дыхание за спиной стало чаще, спящая девушка металась в кровати.
Запах. Он чувствовал его, он не хотел, дышал как можно реже и меньше, но рано или поздно воздух должен был закончиться и вот, вдохнув полной грудью, оказался мгновенно отравлен. В одежде стало тесно. Опьяняющее предвкушение нежных сбивчивых жадных объятий липло на спине мокрой рубахой. Кожу местами будто опалили, а потом сразу обдали ледяной водой. Бледные всполохи вторя узору пересушенному палящим солнцем дну реки чертили узоры на его теле и следом проступал густой мех в чёрную полосу. Нимата всё не отпускала и распоряжалась уже обеими руками. Жалобно затрещали нити по швам. Сжалившись она позволила ему оголить торс и расслабить пояс. Зверь был голоден и рвался наружу. Съехал чуть ниже, вытянул ноги. Он знает как угомонить, обуздать это чувство… И всё же неприятно этим заниматься в одной комнате… Но Нимата не спешила возвращать контроль над его руками. Барха за спиной заметалась чаще — видимо снится что-то…
- Я могу поведать сюжет её сна… - вкрадчивый бесцветный голос зашептал где-то на задворках сознания. - Хотя ты вполне и сам можешь догадаться, если позволишь себе подумать в том направлении.
- Освободи меня и дай покинуть это место, - раздражённо прохрипел Титр.
- Звучит как угроза, - голос проводницы не излучал никаких эмоций, но тем не менее ему казалось, что она издевается и специально изводит его.
- Это и есть угроза, - он плотно сомкнул веки, пытаясь отгородиться от мира и собрать свою скорлупу сдержанного безразличия, но кусочки дробились на более мелкие, крошились и отказывались склеиваться в единую стену.
- Мелкий воронёнок угрожает! И кому! Забавные вы, смертные.
Холод проник в его тело, но не остужал. Он слишком хорошо знал это чувство.
- Я тебе не разрешал брать моё тело.
- Ещё немного и ты потеряешь контроль над своим зверем, так что это вынужденная мера…
Он было хотел возразить, собраться с силами, отгородиться, изгнать её волю из себя, но было уже слишком поздно. Ему оставалось лишь наблюдать за всем с первого ряда.
Не удосужившись даже приподняться, его рукой с силой потянули за край простыни, стягивая вместе с ней сонную девушку в объятья. Сквозь полудрёму Барха смотрела на него, не понимая. И ещё в плену сладких грёз она потянулась к нему, ища поцелуя, и широко распахнула глаза, вдруг наяву встретившись с требовательными горячими губами.
- Как мне приятен твой испуг, родная, - голос его звучал непривычно раскатисто и глухо. - Хорошо спалось?
Не дожидаясь ответа, его руки неспешно, но уверенно стаскивали длинную шёлковую ночную рубашку с нежного тела.
- Какого чёрта ты тут делаешь? - страх сменился злостью и раздражением. - Кто тебя вообще сюда пустил?
- Успокойся, милая, я сам пришёл сюда, ведь ты меня звала…во сне…
Одно ловкое движение и вот она сидит сверху и разделяет их лишь тонкая ткань его шаровар. Она неловко прикрыла свою наготу руками, быстро бросила взгляд вниз, опасливо поёжилась и попыталась отдалиться.
- Стоп. Куда? - он резко притянул её бёдра обратно, чувствуя как ткань начинает намокать. - Звала, а теперь на попятную?
Девушка судорожно сглотнула и напряжённо замерла.
- Ну что же ты, будто впервые…
Он притянул её к себе. Затвердевшие соски коснулись мелкого плотного меха на его груди. Втянув звериные когти, пальцы стали вновь человеческими и, ловко соскользнув, вошли в её лоно. Горячее, мокрое, упругое, но явно свободнее, чем было утром. Непроизвольно он довольно заурчал. Медленно, то ритмично, то неспешно барабаня по внутренней стенке, то разводя и растягивая, он методично разминал её. Смазки было много, она хлюпала и стекала по ладони. Ещё немного и девушка начала тихо постанывать и бёдрами сама искать его ласки.
- Нас могут услышать… - сбивчиво дыша, она прошептала ему на ухо.
- А в этом есть какая проблема? - ехидно спросил он. - Неужели наследная принцесса не может позволить себе…развлечься время от времени?
- Ты не понимаешь…
Он резко оторвал её от себя, повернул к себе спиной и приспустил штаны — твёрдый горячий член упруго шлёпнул у неё между ног. Толстая головка, направляемая пальцами, упиралась и соскальзывала мимо, пока не выдержав пытки предвкушения, маленькая ладонь сама не обхватила и не направила, надавливая. Сопротивление было продавлено похотью. Гибкое тело извивалось насаживаясь глубже, плотно сжимая. Хрупкая спина, острые лопатки, склонённая голова, волосы спадали вперёд, обнажая шею. Не так уж плохо быть зрителем и всё чувствовать… Упругие полные упругие бёдра покачивались и приподнимаясь. Он зачарованно смотрел как его ствол появлялся и исчезал между половинок, смачно чавкая. Заставив лечь на него, он развёл её ноги максимально широко и запустил пальцы дразнить натянутую плоть и как бы невзначай касаясь её маленького выпуклого бугорка сверху. Насаженная, она металась, пытаясь предотвратить очередное «случайное» касание.
- Ну что же ты. Я хочу услышать тебя во весь голос.
Его пальцы ухватили мелкую выступающую часть, сжали, слегка скручивая — девушка пискнула от боли и от такого грубого обращения. Сменив гнев на милость пальцы начали массированную атаку. Сначала тихие, затем громче…
- Ну же, ты же не хочешь перебудить весь дворец?
Пальцы в смазке бесцеремонно вторглись меж её губ в рот, смачивая и собирая побольше слюней, и вернулись обратно. Бёдра завиляли, усиленно терясь и стараясь ещё глубже насадиться.
- Прошу…умоляю…закрой ладонью рот…прошу… - каждое слово давалось ей с трудом.
- Вот так? - насмешливо спросил он, вталкивая два пальца в рот, не переставая ласкать другой рукой.
Девушка дёрнулась в протесте, хотела что-то сказать, но смогла лишь промычать что-то нечленораздельное, смешанное со стонами. Он зарылся в её длинные волосы и прошептал ей:
- У меня есть кое-что для тебя. Считай что подарок, - и нежно укусил за мочку уха — в ответ её лоно непроизвольно крепко сжалось. - Чувствуешь?
Барха будто стала уже и ещё туже обхватила его член. Девушка, мыча, билась, пытаясь вырваться. Он чувствовал как по руке стекали её слюни…
- Ты, наверно, слышала, что размер члена в зверином обличии может отличаться. И наверняка ласкала себя, представляя каково это, не так ли? Наследницы королевского рода порой такие ненасытные… Но я не буду обращать эту часть своего тела полностью. Хотя… - он чувствовал как всё её тело напряглось. - Пожалуй, их можно и полностью, - и рукой в смазке приподнял свои яйца и прижал, чтобы она чувствовала как сильно они увеличились.
Снова нечленораздельное, но теперь яростное мычание. Даже пыталась укусить. Но он лишь сильнее наглаживал небольшую горошину, наслаждаясь как внутри её мышцы пытаются обхватить его крепче, но вместо этого лишь растягиваются ещё сильнее. Её тело сдалось и, умоляя, терлось о него, прося чтобы он довёл её до конца. Её руки тянулись вниз, но он лишь отгонял их.
- Ну что же, теперь ты достаточно растянутая, - с этими словами он стряхнул обслюнявленную руку и приподнял её за живот, ставя перед собой на четвереньки, не позволяя члену выскользнуть. - Теперь я хочу слышать как ты кричишь.