«Забудь о голоде, забудь о слабости, – твердила себе О-ха, – думай о другом». Но из глубин ее сознания все время выплывало одно и то же видение – лиса, безжизненно распростертая на снегу. Промерзшее насквозь, окоченевшее тело. Вышла на поиски пищи, но последние силы быстро оставили ее, она упала и уже не смогла подняться. «Что ж, чему быть, того не миновать, – подумала О-ха, – такая смерть ничуть не хуже любой другой». Она прожила хорошую жизнь, – конечно, на ее долю выпало немало печали, но кому удается прожить столько зим и лет и не познать печали?
Лисица вошла в узкий проход между сугробами и, не сворачивая, добралась до самого подножия Холма Трех Ветров. «Молодец, – подбадривала она себя, – осталась сущая ерунда». Кое-где на улицах виднелись люди, но О-ха это нимало не встревожило. Даже если люди настроены враждебно, им приходится полагаться лишь на зрение, а в такую пургу дальше собственного носа ничего не разглядишь.
Лисица двинулась вверх по обледеневшей мостовой. Лапы ее скользили по гладкой корке, в которую превратили снег колеса машин. Пару раз желудок О-ха болезненно дернулся, словно кто-то привязал к нему веревку и резко потянул. Но она не обращала внимания на боль и продолжала упорно карабкаться. Метель все усиливалась, Завывай грозился сбросить лисицу с холма, словно тряпку. Справа на О-ха налетел целый шквал снежной крупы, так что ей пришлось зажмурить глаза. Возможно, в воздухе носились какие-то запахи, но она ничего не ощущала. Все звуки терялись в завываниях вьюги. Непогода делала лисицу совершенно беззащитной.
Дойдя до ворот парка, О-ха в полном изнеможении опустилась на землю. Она чувствовала: уголек, который еще теплится у нее внутри, готов погаснуть. Как бы ей хотелось опустить голову на лапы, уснуть и больше не проснуться. О, сон так манит. Но она должна помнить о тех двоих, что ждут ее в норе. Возможно, их еще не тянет в Дальний Лес? О-ха заставила себя подняться и продолжить путь. «Ферма рядом, ферма совсем близко», – твердила она себе.
Лисица вошла в парк. Здесь, среди деревьев, идти было намного легче. Заросли защищали ее от ветра и злобных порывов пурги. Несколько раз О-ха встречались люди – они выгуливали собак или прохаживались парами. Чтобы избежать столкновения с ними, лисица держалась ближе к краю парка и избегала широких аллей. Она миновала маленькую ложбинку у подножия дерева. Нора Гара. Много воды утекло с тех пор, как она последний раз виделась со старым барсуком, но сейчас не время отправляться в гости. О-ха прибавила шагу. Даже здесь, в лесистой части парка, снег налипал ей на задние лапы, мешая идти.
Летом, когда вновь прилетит Ласкай, она обязательно навестит Гара, пообещала себе лисица. Всенепременно навестит.
Впереди О-ха заметила небольшое углубление, припорошенное снегом. В ту же секунду ноздрей лисицы достиг запах горностая. Она разворошила снег и ткнула зверька носом. Горностай не двигался, белый на белом снегу, – он проиграл схватку с холодом и голодом. Наверное, он вышел на охоту, но поймать кролика ему не посчастливилось: те предпочитают умирать в собственных норах – в тепле, среди сородичей. Лисица впилась в горностая зубами. Хотя зверек был совсем мал, поев, она ощутила прилив бодрости. Теперь она не сомневалась, что доберется до фермы. Правда, она чувствовала себя виноватой перед Камио и Миц. Но на троих горностая все равно не хватило бы. А ей еще предстоит дорога назад.
Когда О-ха покончила с горностаем, вьюга внезапно стихла, и небо начало проясняться. Это произошло так неожиданно, что два человека в тяжелых шкурах, которые, понурив головы, выгуливали собак, высунулись из меховых воротников и уставились на небеса. О-ха тоже изумилась – только что небо было сплошь покрыто тучами и вдруг засияло голубизной. Будто кто-то отдернул серую завесу.
Несколько секунд спустя вышло солнце. Темные тени деревьев разрезали снег, который сразу заблестел и заискрился.
Как это ей знакомо, – пронеслось в голове у О-ха, – черные полосы на белом снегу.
Казалось, тени образуют на снегу причудливый узор, и пока О-ха разглядывала его, в голове у нее звучала мелодия. Сколько раз она все это видела. Мир, запорошенный снегом, ясный день, солнце, деревья, и черные тени, словно преграды… и еще что-то – зловещее, страшное… оно мчится за ней, то в тени, то в лучах света, оно все ближе и ближе… Внезапно лисицей овладел ужас, который она так часто ощущала во время ночных кошмаров. Мелодия звучала все громче и отчетливее. И вдруг лисица поняла, что это за страшное пятно. Как она сразу не догадалась, ведь она чуть не каждую ночь видит его в тревожных снах… да, оно настигает ее наяву, как во сне. И наяву, как во сне, ей некуда скрыться.