Всю ночь Камио пролежал под мостом, наблюдая за сверкающими огоньками лодок, проплывающих мимо. Воздух здесь, в центре города, пропитался бензином, но все же это было лучше, чем запах ягуара, который бродит по своей клетке всего в нескольких футах от тебя и тихонько клянется разорвать на куски всех и каждого, если только вырвется наружу. В зоопарке Камио порой не мог сомкнуть глаз всю ночь напролет, потому что несчастные узники просыпались каждые несколько минут и оглашали окрестности жалобными криками. Может, пахло под мостом не лучшим образом, но по сравнению с зоопарком воздух казался лису чистым и вкусным. Он внес в какофонию запахов свою лепту, оставив под мостом метки. Хотя он намеревался лишь немного передохнуть здесь, не было никаких причин позволять чужакам вторгаться в его владения.
Посредине ночи под мост сунулся тощий бродячий кот – он нагло пренебрег метками лиса, сделав вид, что увлечен охотой на мышей. Камио оскалил на него зубы. Несколько мгновений соперники пожирали друг друга глазами. Каждый пытался внушить другому, что с ним лучше не связываться. Наконец кот притворился, будто увидал за мостом что-то интересное, и убрался восвояси. Кошки всегда поступают подобным образом. Они ни за что не признают своего поражения, но Камио-то понимал – победа осталась за ним. Кошки невелики, но прекрасно вооружены – они незамедлительно пускают в ход чрезвычайно острые когти, и мало кто может сравниться с ними в ловкости. Камио много раз невольно восхищался их быстротой и проворством. При встрече с котом надо смело выдерживать его пристальный взгляд, пока он сам не отвернет голову. И лучше не приближаться к новорожденным котятам, иначе останешься без глаза.
Пожалуй, решил Камио, вскоре придется встретиться с котами и енотами, в городе ведь их полно. У себя на родине он то и дело вступал с ними в стычки.
На следующее утро лис чувствовал себя намного лучше. Чтобы проверить, зажила ли поврежденная лапа, он немного прошелся по берегу. Хромота осталась, но Камио почти не ощущал боли. Еще день-два, и он будет совсем здоров.
Утром по мосту оглушительно загрохотали машины и люди засновали туда-сюда в привычной городской спешке. Весь день Камио не покидал своего пристанища. Наступило время отлива, река обмелела, и лис спустился вниз. Он бродил по обнажившемуся дну, покрытому вязкой тиной, и охотился за чайками, больше ради забавы, чем пропитания. На берегу в изобилии валялись объедки, так что лису было чем утолить голод; развлечений у него тоже хватало. Люди, проплывавшие мимо на лодках и баржах, видели Камио, а некоторые даже указывали на лиса, но сверху, с моста, его невозможно было заметить. День подарил Камио немало удовольствий, лис упивался свободой, мягкая тина ласкала его больную лапу, и жизнь представлялась ему безоблачной и прекрасной. С наступлением темноты лис без страха вышел на улицы. Похолодало, в воздухе носились снежинки, и, хоть в городе всегда намного теплее, чем в полях и лесах, в такую погоду не мешает плотно набить желудок. Чутье безошибочно привело лиса к ресторану. Обогнув здание, он подошел к задней двери, где стояли бачки для отбросов.
Все бачки были плотно закрыты крышками, и Камио пришлось притаиться в тени, ожидая, пока кто-нибудь выйдет выбросить мусор. В темноте туда-сюда шастали кошки и крысы, тоже охочие до лакомых кусков. На лиса они не обращали внимания. Камио вполне мог бы перекусить крысой, но он решил запастись терпением и добраться до вожделенных объедков. Наконец из ресторана вышел человек, открыл бачок и что-то бросил туда. Небрежно надвинув крышку, человек поспешил обратно в кухню. Как только за ним закрылась дверь, Камио подскочил к бачку и сдвинул крышку носом. Она со стуком полетела на землю, а лис прыгнул внутрь и принялся рыться в объедках носом, пожирая то, что приходилось ему по вкусу. Внезапно до Камио донесся человеческий лай, и, прежде чем лис успел выскочить, кто-то вновь закрыл бачок крышкой, на этот раз плотно. Напрасно лис толкал крышку головой. Некоторое время он был слишком поглощен едой, чтобы расстраиваться, но, до отказа набив себе брюхо, он осознал, что оказался в ловушке. Теперь ему придется ждать, пока кто-нибудь вновь откроет бачок.