Но Эмили, уловив эту внутреннюю борьбу, поняла, что сейчас не время для настойчивости. Если она будет давить, то рискует оттолкнуть его окончательно, а этого она боялась больше всего. Она глубоко вздохнула и сделала шаг назад, обдумывая свои слова. Её план изменился в мгновение: лучшей стратегией было дать Калебу время и пространство, чтобы он сам пришёл к решению поделиться правдой.
Она мягко коснулась его руки, ощущая под пальцами напряжённые мускулы.
— Я понимаю, что ты не можешь рассказать всё сразу, — начала она, стараясь звучать спокойно. — Это сложно и опасно. Но я здесь, рядом. Когда ты будешь готов — я выслушаю. Я доверяю тебе, Калеб.
Эти слова произвели на него неожиданный эффект. В его глазах промелькнуло облегчение, но вместе с ним была и тень сожаления — как будто он хотел сказать больше, но не мог. Калеб опустил глаза, медленно кивнул, будто благодарил её за понимание, но напряжение всё ещё не покидало его.
— Ты должна быть осторожнее, — сказал он тихо, не глядя на неё. — Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Есть вещи, о которых ты не знаешь... пока не знаешь.
Эмили посмотрела на него с мягкой настойчивостью, но решила не дожимать. Она понимала, что если надавить, то это могло всё испортить. Вместо этого она решила дать ему время и пространство, надеясь, что он рано или поздно сам расскажет правду. Но в глубине души она уже чувствовала, что Калеб скрывает что-то гораздо более серьёзное, чем говорил.
Несмотря на их растущую привязанность, Эмили всё чаще замечала странные исчезновения Калеба, которые не могли не вызывать у неё подозрений. Они проводили вместе всё больше времени, гуляли по лесу, обсуждали мелочи и делились мыслями, но как только речь заходила о чём-то более серьёзном, Калеб становился замкнутым и отстранённым. Он словно улавливал моменты, когда её вопросы становились слишком острыми, когда она пыталась приблизиться к его тайнам, и в эти моменты он просто исчезал.
Сначала эти пропажи были редкими, но затем они стали происходить всё чаще. Иногда он уходил прямо посреди их разговора, находя предлог, чтобы уйти, а иногда пропадал на несколько дней подряд, не оставляя никаких следов. Эмили начинала чувствовать, что он делает это специально — его уходы совпадали с теми моментами, когда она находила новые детали в своём расследовании или чувствовала, что приблизилась к разгадке его тайн.
Однажды, после долгого дня в библиотеке, где она нашла новые записи о древнем проклятии, Эмили отправилась в лес с намерением поговорить с Калебом о своих находках. Она была уверена, что он знает больше, чем говорил ей раньше, и собиралась вывести его на откровенный разговор. Но, как только она приблизилась к месту, где они обычно встречались, она поняла, что его здесь нет. На поляне, окружённой старыми деревьями, было тихо и пусто, только ветер слегка шелестел в кронах.
— Калеб? — окликнула она, чувствуя странное беспокойство. Ответа не было.
Эмили провела несколько часов в поисках, обходя знакомые тропы, но Калеб так и не появился. Его исчезновение в этот день особенно взволновало её, потому что оно совпало с её собственными новыми находками. Это не могло быть совпадением.
В следующие дни он снова пропал. Эмили отправляла ему сообщения, искала его среди жителей Рейвенвуда, но все говорили, что не видели его. Когда она всё-таки смогла встретить его спустя несколько дней, он был напряжён, избегал её взгляда и говорил, что был занят делами. Но это объяснение звучало неубедительно.
— Ты исчезаешь, когда я пытаюсь узнать правду, — однажды тихо сказала она, когда они снова встретились на той же поляне, где Калеб часто ускользал от неё. — Что происходит, Калеб? Почему ты уходишь?
Калеб медленно выдохнул, не глядя ей в глаза. Он выглядел уставшим, как будто его тяготила какая-то внутренняя борьба. На мгновение она подумала, что он собирается всё рассказать, но затем он просто покачал головой.
— Я не могу, Эмили, — тихо ответил он, поднимая глаза к ней, в которых читалась искренняя боль. — Это слишком сложно. Ты не поймёшь... и я не могу тебя впутывать.
Эти слова только усилили её подозрения. Что-то происходило, но он продолжал скрывать это, несмотря на их растущее доверие друг к другу. Эмили чувствовала, что за его пропажами стоит нечто большее — что-то связанное с лесом, с теми тайнами, которые он не хотел ей открывать.