— Почему ты выбрал это место? — её голос был едва слышен, мягкий и проникновенный, как будто она боялась разрушить этот хрупкий покой.
Калеб повернулся к ней, и когда их глаза встретились, Эмили почувствовала, как что-то меняется внутри неё. Его взгляд был глубоким, полным нежности и скрытой грусти, которые она до этого не замечала. Его глаза, отражая звёзды и свет луны, говорили больше, чем любые слова. В этот момент, она поняла, что для него это место значило гораздо больше, чем просто уединение.
— Здесь я всегда чувствовал себя... свободным, — ответил он тихо, его голос дрожал от какого-то невыразимого чувства. — Вдали от всего, от ожиданий, от прошлого. Здесь я просто... я.
Эмили вдруг ощутила, как к её сердцу прокралась волна нежности, смешанной с чем-то новым и пугающим. Калеб, загадочный и сильный, оказался перед ней не только мужчиной с тайнами, но и человеком, которому нужна была поддержка, защита и, возможно, любовь. Она чувствовала, как между ними возникло невидимое, но прочное соединение, словно их души искали друг друга всю жизнь и теперь, наконец, нашли.
Она не сразу осознала, что её рука потянулась к его лицу, пальцы осторожно коснулись его щеки. Его кожа была тёплой, а сам Калеб застыл на мгновение, как будто от неожиданности. Но затем, когда их взгляды вновь встретились, его лицо смягчилось, а губы изогнулись в едва заметной улыбке.
Калеб потянулся к ней, его пальцы аккуратно обхватили её лицо, как будто он боялся разрушить эту магию прикосновением. Эмили закрыла глаза, чувствуя, как тепло его руки согревает её изнутри, и на мгновение она забыла обо всём — о проклятиях, о древних секретах, даже о таинственном лесу. Всё, что существовало в тот момент, — это она и Калеб.
— Эмили... — его голос прозвучал почти шёпотом, как молитва, словно он говорил что-то запретное и священное одновременно.
Она открыла глаза и встретила его взгляд. В этот момент все сомнения исчезли. Она знала, что между ними есть нечто большее, чем просто дружба, большее, чем любопытство или желание. Это было то, что она искала всю жизнь, и что находила в его глазах.
Она потянулась к нему, их губы встретились в лёгком, неуверенном поцелуе. Это был первый поцелуй, наполненный робостью и трепетом, как у тех, кто только начинает открывать для себя мир любви. Сначала он был осторожным, но с каждой секундой их губы находили друг друга снова и снова, как будто не могли насытиться этим ощущением. Тепло его тела, его запах, его прикосновение — всё это кружило голову, заставляя её забыть обо всём на свете.
Калеб притянул её ближе, и Эмили улеглась на его грудь, чувствуя, как их сердца бьются в унисон, будто стали одним целым. Она могла слышать его дыхание, ровное и глубокое, и это её успокаивало. Вокруг было только тишина ночи и их дыхание, сливающееся в единый ритм. Его руки обвили её, и она почувствовала себя защищённой, как никогда раньше.
— Я хочу, чтобы ты знала, — тихо произнёс он, опуская подбородок на её макушку, — что для меня ты важнее всего. Я не знаю, чем всё это закончится, но в тебе я нашёл то, что искал всю жизнь.
Эмили подняла голову и встретила его взгляд, чувствуя, как внутри всё замирает. Это признание — такое простое, но одновременно такое значимое — стало тем, что она давно ждала. И в тот момент она поняла, что для неё Калеб — это не просто мужчина с загадками. Он был тем, с кем она хотела быть всегда.
Они говорили до самого рассвета, делясь друг с другом сокровенными мыслями и мечтами. Эмили узнала о его страхах, о том, как он всю жизнь пытался бороться с тяжестью своего прошлого и тайн Рейвенвуда. Калеб рассказал ей о своих мечтах — жить простой жизнью, где не будет места ни древним проклятиям, ни скрытым от глаз врагам. Эта ночь сблизила их настолько, что, казалось, они знали друг друга всю жизнь.
Когда рассвет наконец разогнал ночные тени, они всё ещё лежали, крепко держась за руки, понимая, что эта ночь изменила их навсегда.
Но сейчас всё изменилось. Проклятие всё сильнее тянуло Калеба в свои сети, а она оказалась на перепутье, решая, как поступить дальше.
— Я должна поговорить с Калебом, — решительно произнесла она, возвращая себя в реальность. — Мне нужно знать, что он чувствует и как мы можем справиться с этим проклятием.
Элеонора внимательно посмотрела на неё, её лицо выражало понимание и тревогу одновременно.
— Понимаю, — кивнула она, глубоко вздыхая. — Но ты должна помнить, что мы должны действовать осторожно. Не все здесь, в Рейвенвуде, хотят, чтобы проклятие было разрушено. Некоторые могут использовать эту ситуацию в своих интересах. И, возможно, Дэвид — не единственный, кто играет против тебя.