А когда он увидел свои когти, впившиеся в её кожу, его будто ударило током.
Он уже это сделал. Он причинил ей боль.Но он остановился.
Возможно, что-то его остановило…
Может быть — её невинность.
Он шёл по длинному извилистому коридору, обдумывая то, что произошло с ним несколько минут назад, когда он услышал быстро приближающиеся шаги за его спиной. Он резко обернулся и увидел Зифара. Он был личным прислугой Повелителя, который заботился о внутреннем распорядке дворца, начиная от кухни и заканчивая выбором новых прислуг и наложниц. Повелитель очень ему доверял — считал его своей правой рукой и поручал всевозможные важные дела при дворе, зная, что он справится с ними наилучшим образом. Внешностью Зифар не отличался: он походил на круглый, сдобный пирог с пухлым лицом и наивными, как у ребёнка, глазами. Но вся эта наивность и добродушие вмиг исчезали, когда он начинал наводить «порядки» во дворце. Более того, все прислуги его боялись, так как за непослушание он мог изгнать из Лурда и бросить бедного провинившегося без еды и воды под палящим, жгучим солнцем без шанса на жизнь. Они все погибали либо от обезвоживания, либо от того, что были съедены ночными тварями, которые чуют страх и кровь за километры.
– Повелитель желает тебя видеть. Он не в самом лучшем настроении, поэтому советую не заставлять Его ждать. Прошу меня извинить.
Зифар поклонился и таким же шустрым шагом побежал вниз по коридору и растворился в густой тени за поворотом. Он выглядел взволнованным, хотя, чёрт его знает, он всегда какой-то нервный, с его-то работой. Ран неторопливо пошёл вслед за Зифаром вниз по коридору, думая, что это Отцу могло понадобиться от него. Когда он достиг внутренней части дворца, его внимание привлёк колкий шум, доносившийся из окна. Любопытство не заставило себя долго ждать, и через секунду он наблюдал за военными тренировками, которые уже были в полном разгаре. На мгновение он испытал внезапно нахлынувшее чувство гордости, переполнявшее его до предела: это его народ, могущественная раса, преданная своему Повелителю, которую в будущем будет возглавлять Он, Ран. От этой мысли его глаза заискрили одержимостью, проводя мощные, будоражащие импульсы по всему телу — уже ранее ему знакомые. Как внезапно слова Зифара проскользнули молнией в его мыслях: «Торн не в самом лучшем настроении, не заставляй Его ждать». Только он отошёл от окна, как услышал отдалённый разговор двух Войнов. Они стояли у окна, поэтому он смог расслышать, о чём они говорили.
– Это уже второй! Первого нашли убитого пару дней назад. Он был просто безжалостно растерзан на кусочки, как будто его рвали с разных сторон с нереальной силой. Они были разбросаны по всей границе! Что, твою мать, происходит?!
– Тсс, ты тише говори! Сам Повелитель запретил это обсуждать внутри армии. Нам не нужна паника, или, того хуже, разъярённые воины, которые могут устроить бунт и беспредел! Ты знаешь, кого третьим возьмут?
– Не знаю! Надеюсь, это будем не мы! Никто не пойдёт добровольно на смерть!
– Да замолчи ты! Ничего ещё не ясно. Смотрящий на границе в любом случае необходим. Это наша земля, мы все братья и должны защищать свой дом, даже если придётся сдохнуть. А теперь пошли в корпус, пока нас не заметили.
Ран пошатнулся от услышанного — его будто окатило током. Он просто не мог поверить в то, что его Братьев кто-то кромсает как скотов, и никто ничего не предпринимает. Наоборот — об этом даже не говорят! Он стиснул челюсть, его кулаки мощно сжались, дыхание участилось, вырываясь жаром из груди.
Так не должно быть! Это предательство! Больше никто не пострадает от нашего — от Его — бездействия!
Когда Ран торопливо вошёл в покои Отца, там уже находились трое Войнов, которые явно нервничали в присутствии Повелителя. Он сразу узнал Брута, как только кинул взгляд на эту троицу — он ему был всегда как родной брат, неразлучны с раннего детства, начиная с детской безобидной игры в войнушку и заканчивая настоящими, безжалостными, кровопролитными сражениями, которые они прошли бок о бок.