— Нет, — Хацуне мотнула головой, так что длинные волосы слегка разметались по плечам. — Полагаю, что не раньше, чем через два года.
— Ну, значит еще многое может измениться, — заметила Сакине. — Не вешай нос, быть может за это время его чувства остынут.
— Да, — Лука усмехнулась. — Мужчины очень непостоянные существа. Правда ведь, Куро-чан?
— А у меня то ты чего спрашиваешь? — черный кот покраснел.
Лука рассмеялась, а все остальные поддержали, и даже Мику слегка улыбнулась. После еще пары тостов, где старшие подруги давали невесте советы как лучше отморозиться от выполнения супружеских обязанностей, начался песенный конкурс.
Мегуми, несмотря на все уговоры, петь отказалась: будучи фанаткой айдолов, она сама никогда не планировала выступать, и справедливо считала себя бездарностью.
Зато Хацуне разошлась не на шутку. Начав с невероятно грустных композиций, она постепенно перешла к откровенно трешовым. Куро же в этом отлично помогал, выступая бэк-вокалом. В итоге компания уже не могла смеяться, и Гуми устало откинулась на спинку дивана.
— Надо же, как распелась, — Мегурине присела рядом. — Не зря я заказала ей имбирный мохито.
— Вы дали ей алкоголь? — Гуми бросила взгляд на раскрасневшуюся подругу, которая прыгала на диване, словно исполняла номер на сцене.
— Совсем чуть-чуть, — невинно пожала плечами Лука. — Она была слишком зажатой и несчастной, мне нужно было как-то её раскрепостить.
— Но она ведь выходит замуж за нелюбимого человека, — произнесла Мегуми. — Её можно понять.
— Нелюбимого, да? — Лука вздохнула. — Главная проблема Мику не в том, что она выходит за Кайто. А в том, что она даже не пытается его полюбить, узнать его по-ближе. Ей почти двадцать лет, а она все еще думает, что истинная любовь приходит как в сказках — с первого взгляда.
— Но ведь они знакомы не один год, — Гуми задумчиво оглядела свой стакан с соком. — Раньше в СМИ так много говорили о их романе.
— Всего лишь журналистские утки, — хмыкнула Лука и отпила своего коктейля. — Мику знает лишь малую часть того, что движет Кайто. Возможно он сам не до конца это понимает, но я уверена, что после свадьбы их отношения перестанут напоминать союз невольницы и палача.
— Надеюсь, — Мегуми нахмурилась. — А откуда вам известна вся подноготная Кайто-сана?
— Ну, — Мегурине перемешала лед в стакане. — Выпивали пару раз, вот и разговорились.
Мегпоид смущенно замолчала, а потом несмело спросила:
— А про Камуи-сана вы тоже знаете что-то особенное?
— Смотря что ты считаешь особенным, — Лука усмехнулась. — Но сначала ты. Расскажи как прошло ваше совместное путешествие!
***
На часах было уже за полночь, когда Гуми отвезла Мику и остальных по-домам. Виновница торжества оказалась последней на очереди, так что успела задремать на заднем сидении.
— Мику-нэ, мы приехали, — Гуми осторожно потрясла её за плечо, но Хацуне лишь невнятно застонала, а потом вдруг захныкала.
— Лен-кун… Лен… — Мику морщилась, а по щекам у нее катились слезы. Мегуми рассеяно замерла перед спящей подругой, не зная как быть. Вдруг в окно автомобиля постучали. Она вскинула голову и удивленно открыла рот:
— Кайто-сан?!
— Добрый вечер, Мегуми-сан, — учтиво поздоровался Сион. — Спасибо, что привезли мою проблемную невесту. Дальше я сам.
С этими словами он открыл заднюю дверь и вытащил из салона спящую певицу. Легко поднял её на руки и понес в сторону входа.
— Кайто-сан! — Гуми побежала следом. — Вам точно не нужна помощь?
— Спасибо за беспокойство, но я справлюсь, — Сион кивнул в сторону машины. — А вот ему бы помощь не помешала.
Гуми нахмурилась, но проследив за направлением взгляда парня едва не застонала. К черной сверкающей махине под названием «ягуар» прислонился никто иной как Камуи Гакупо.
Мегуми судорожно сглотнула и несмело приблизилась. В черной рубашке и брюках он практически сливался с окружением: ничего удивительного, что она не сразу заприметила его высокий силуэт.
— Братец? — осторожно позвала она, и едва не отпрянула, когда он резко открыл глаза: темные, горящие каким-то непонятным огнем. — Ты в порядке?
— Да, — его голос звучал чуть ниже, чем обычно. — Прости, не подбросишь меня до дома?
Всю дорогу Мегуми украдкой наблюдала за своим пассажиром. Вопреки ожиданиям, он занял место слева от нее, и это немного нервировало. Ей приходилось слышать, что Гакупо буквально живет на работе, поэтому наличие у него квартиры сбивало с толку. Но спустя каких-то сорок минут она уже остановила автомобиль на стоянке перед многоквартирной застройкой.
— Ну вот ты и дома, — Гуми нервно дернула ручник. — Мне проводить тебя до дверей?
— А ты хочешь? — от его голоса Мегуми вся покрылась мурашками. — Лично я хочу, но сначала мы может поговорим о нас?
Камуи вновь глядел на нее странным, горящим взглядом, так что ей мгновенно захотелось прикрыться.
— О нас? — Гуми опустила голову. — А разве нужны какие-то слова? Мы ведь просто друзья детства.
— Друзья детства? — с недоверием повторил он. — Думаешь, я бы позволил себе поцелуй с подругой детства? Или…
Мегпоид вздрогнула, когда чужие пальцы скользнули по её ключицам и коснулись жемчужного кулона.
— Я бы хотел сорвать с тебя эту чертову подвеску вместе с одеждой?
В следующий миг сильная ладонь обхватила её за шею, не давая отстранится, а потом горячие губы впились в её приоткрытый рот. Гуми дернулась, но Гакупо притянул её к себе, продолжая жадно терзать её губы, лишая кислорода и способности связно мыслить. На языке появился горьковатый привкус, и она все поняла. Прилагая нечеловеческие усилия, отстранилась и, с трудом переводя дух, прошептала:
— С-стой…братец…ты пьян…
— Пьян, — в его голосе появились угрожающие нотки. — А еще я почти месяц не был с женщиной. Это меня не оправдывает?
— Да, но…
— Никаких «но», — фиолетовые глаза потемнели, став практически черными. — Ты нравишься мне, Мегуми, и больше я не вижу никаких причин, чтобы ты мне отказывала.
С этими словами он вновь приблизился к её лицу, но в последний миг она отвернулась. Дрожащие руки уперлись в его плечи, и Гуми быстро выпалила:
— Зато ты мне не нравишься!
— Что? — он хохотнул, надеясь, что ослышался. — Мегуми, ты же не…
— Я серьезно! — Гуми бросила на него гневный взгляд. — Ты для меня просто друг. Я не хочу таких отношений.
В салоне автомобиля повисла напряженная тишина, а потом Гакупо рассмеялся. Холодным, безрадостным смехом.
— Только друг, да? — он наклонил голову, смерив Гуми уничижительным взглядом. — А может дело вовсе не в этом? Может ты что-то наобещала этому ублюдку Юн Ги? Подарил тебе безделушку, а ты и растаяла?
— О чем ты говоришь, я просто…
— Нет, Мегуми, — стальные пальцы сжали её подбородок. — Все совсем не просто. Я кажется велел тебе не общаться с ним? Какого черта ты принимаешь от него подарки?
— Он купил его специально, так что я не могла отказать!
— Значит ты у нас безотказная?! — пальцы сжались так, что она заскулила. — Так почему я в вечном игноре?! Ты — мой менеджер, ясно тебе? И принадлежишь мне целиком и полностью!
— Бра…
Очередной поцелуй заглушил её отчаянный плач, превратив его в невнятные стоны. Лицо горело огнем, а из глаз брызнули слезы. От запаха алкоголя кружилась голова, а когда его пальцы грубо сдернули с шеи подвеску, девушку прошиб холодный пот. Пуговицы на пиджаке расстегнулись словно сами собой, а через секунду на живот легла горячая ладонь.
Мегуми испуганно замычала и с трудом разорвала поцелуй. Из уголка губ скатилась дорожка слюны, но она не заметила этого: её била мелкая дрожь, а из груди вырывались истеричные всхлипывания.
Камуи выпил не то, чтобы много, но кровь кипела, сжигая тело изнутри. Острое, невыносимое желание затмило рассудок. Сейчас в мире существовало лишь хрупкое дрожащее тело, мягкие губы и гладкая кожа, матово светившаяся в полумраке авто. Гакупо усмехнулся и припал губами к выступающим ключицам, ставя на нежной коже собственную метку. Но тут до его слуха донеслись прерывистые рыдания: