— Какие еще подробности? — проворчал Кано. — Тигры устроили засаду. Я в то время только в охране работал, помню что тачку просто в решето превратили.
— Ладно, Кано-сан, не будем о плохом, — Кавагути нервно рассмеялся. — Спасибо за информацию, Юма-кун. Мы этого не забудем.
Юма наклонил голову, а после выбрался из-за стола. Однако прежде, чем успел отйти на пару шагов, услышал полный надежды голос Ииды.
— Юма-кун, а ты не хотел бы остаться подольше?
Тело одеревенело, а по коже прошла неприятная дрожь, но Юма нашел в себе силы и произнес:
— Простите, но я таким больше не занимаюсь.
***
В чайной комнате пахло травами и какой-то пряностью, явно привезенной из континентального Китая. Хаку меланхолично потягивала терпкий напиток, совершенно игнорируя сидящего напротив главу клана. Белая ведьма всегда умела вести себя так, словно все были ей должны, а любые угрозы она воспринимала с улыбкой, будто ничто в этом мире не могло больше её напугать.
— Мама, ваш чай как всегда великолепен.
— Не подлизывайся, негодник, — фыркнула женщина. — Я не пущу тебя к Мегуми, пока ты не научишься себя вести.
— Но ведь прошло уже пять дней.
— Ничего, воздержание полезно, — Хаку поджала тонкие губы. — Как для тебя, так и для нее. Потому что после твоего последнего посещения она не могла вставать с кровати и…
Китаянка не успела закончить фразы, поскольку дверь в чайную отехала в сторону, и на пороге появилась невысокая девушка в простом кимоно.
— Хаку-сама, вот документы, которые вы просили, — зеленые глаза удивленно расширились. — Братец!
— Привет, Мегуми, — Камуи с трудом сдержал улыбку, окинув её внимательным взглядом. — Как ты?
— Нормально, — она слегка покраснела, а после опустилась на колени перед Хаку.
— Спасибо, Гуми-чан, — владелица борделей взяла в руки папку. — Выпей с нами чаю, ты наверное устала за день.
— Нет, я в порядке, — Гуми потупила взор, избегая встречаться глазами с Гакупо. — У меня еще есть незаконченные дела, так что я пойду.
С этими словами Мегуми поклонилась и поспешно выскочила в коридор. Сердце колотилось как ненормальное, однако не успела Гуми сделать и шага, как на её плечи опустились сильные руки.
— Мегуми, — прошептал Камуи, осторожно наклонившись к её уху. — Почему ты убегаешь?
Вместо ответа Мегуми лишь покачала головой, ощущая как лицо заливает краска. Перед глазами вновь промелькнули воспоминания пятидневной давности, от которых хотелось провалиться сквозь землю.
— Прости, что я ушел тогда так рано и не дождался, пока ты проснешься, — он вздохнул, и от теплого дыхания кожа тут же покрылась мурашками. — И прости, что не смог прийти раньше.
— Нет, все в порядке, — с трудом ответила Гуми. — Я понимаю.
— Ты дрожишь? — в его голосе звучало беспокойство, а руки переместились с плеч на талию. — Ты точно…
— Братец, со мной все хорошо, — выпалила Гуми, мечтая чтобы он поскорее отпустил её. Казалось, что она чувствует жар его ладоней сквозь несколько слоев кимоно, и если она останется рядом еще на пару минут, то точно выдаст себя. Однако Камуи негромко фыркнул, а после осторожно поцеловал её в шею. Мегуми заскулила, пытаясь высвободится из крепких объятий, но в следующий миг мочку уха опалило жарким дыханием.
— Мегуми, ты что возбудилась?
— Все не так, — едва не плача прошептала она, но через секунду тихонько охнула, когда Гакупо вновь поставил метку на светлой коже. — Братец, не здесь…
— Хм, то есть не в коридоре можно? — в его голосе появились смешинки, а потом он отодвинул дверь в ближайшую комнату. Спустя миг Гуми оказалась прижата к деревянной стене.
— Но это ведь чья-то комната, — запротестовала она, когда длинные пальцы коснулись пылающей щеки.
— Никто не будет против, — усмехнулся он. — Я ведь глава клана.
В следующий миг Гуми прерывисто вздохнула — жаркие губы коснулись её, вовлекая в поцелуй. Медленный, тягучий и сладкий словно патока. На коже выступила испарина, а в голове все смешалось. Пальцы сами собой вцепились в лацканы пиджака, в тщетной попытке сохранить рассудок, однако тут до её слуха донесся громкий вибросигнал. Гакупо раздраженно рыкнул и разорвал поцелуй.
— Да, — голос его звучал сухо и холодно. — Понял. Скоро буду.
Отрубив звонок, он тяжело вздохнул и поднял на Гуми взгляд. В фиолетовых глазах тлело желание в перемешку с бесконечной усталостью.
— Дела? — робко спросила Мегуми.
— Да, — он грустно улыбнулся и погладил её по мягким волосам. — Прости, мне нужно идти. В ближайшие пару дней я не смогу прийти, так что не скучай, ладно?
— Хорошо, — Гуми ощутила легкий укол разочарования. — Береги себя.
— Как всегда, — Камуи направился к выходу из комнаты, но когда он уже хотел прикрыть дверь, как Гуми окликнула его.
— Братец!
— М? — он обернулся, а потом удивленно вздрогнул. Мегуми поднялась на носочки, и потянув его за галстук, робко поцеловала в губы.
— Удачи, — на нежных щеках заалел румянец, а зеленые глаза задорно блеснули. — И возвращайся поскорее.
***
Чайна-таун в Йокогаме был одним из трех крупнейших китайских кварталов в Японии, где исторически селились выходцы из Поднебесной, а также располагались филиалы триад гонконгской мафии. Большая часть зданий — ресторанов и магазинов принадлежала им, равно как и отель, рядом с которым Гуми припарковала автомобиль. Хаку, скучающая на заднем сидении, сказала, что это один из самых известных китайских отелей в стране, и именно там сегодня пройдет встреча будущего главы Сакураги и управляющего токийским отделением синдиката «Белого тигра».
— Там будет очень много китайцев, так что держи ухо востро, — прошептала Хаку, когда Гуми помогала ей пересесть в кресло. — Улыбайся, а разговоры оставь мне. И да, не смей даже смотреть на Гакупо.
— Почему? — Гуми любезно улыбнулась двум молчаливым охранникам на входе.
— Потому что они только и ждут, как бы отыскать его слабое место, — Хаку смерила истуканов острым взглядом. — Держись рядом со мной, и ничего не случится.
Спустя минуту они оказались в холле, от одного вида которого хотелось зажмурится. Интерьер включал в себя все возможные оттенки красного, полностью оправдывая название отеля — «Алый лотос».
Красивые работницы с приклеенными улыбками провели гостей к лифтам. Мегуми ловко закатила кресло в кабину, но тут приблизились двое мужчин в темных костюмах. Девушка-лифтерша придержала двери, а после нажала на кнопку. Створки захлопнулись, и лифт плавно тронулся. Мегуми неотрывно следила за тем, как не спеша сменяются цифры на счетчике этажей, и старалась абстрагироваться от заинтересованных взглядов.
«Все из-за этого наряда», — убеждала она себя, то и дело прогоняя желание поправить подол платья. Она не хотела, но Хаку заставила её надеть ципао — китайское платье с вертикальными вырезами на бедрах, так что любой широкий шаг грозил конфузом. Кроме того, зеленый шелк слишком плотно прилегал к фигуре, что после свободных и безразмерных кимоно было крайне непривычно.
Ощутив очередной похабный взгляд, Мегуми крепко вцепилась пальцами в поручень кресла, а один из мужчин что-то негромко сказал по-китайски. Его приятель рассмеялся, и судя по всему шутка была не самой невинной, поскольку девушка-лифтерша покраснела.
Наконец-то раздался мелодичный звон и створки открылись. Гуми выкатила кресло с Хаку из лифта, но тут женщина повернула голову и произнесла какую-то фразу. Лица мужчин мгновенно вытянулись, а китаянка хрипло рассмеялась.
— Что вы им сказали? — прошептала Гуми, когда лифт остался далеко позади.
— Сказала, что после таких шуток в Макао пускают по кругу, — фыркнула Хаку. — Но выражение чуть по-грубее, конечно. Хотя платье тебе в самом деле идет. У тебя точно нет китайских корней?
— Не знаю, — Гуми грустно улыбнулась. — Я не знаю, кто были мои родители.
— Ах да, ты же из того приюта в Кобе, — Хаку вежливо кивала знакомым. — Ладно, соберись. Нужно засвидетельствовать свое почтение хозяину. Вон он, в самом центре.