— Ты в курсе, что сейчас там все на ушах стоят? — сварливо поинтересовался Юма, когда Мегуми решительно выбралась из авто. — Эй!
— Я не займу много времени, — заверила его девушка и поспешила ко входу. Охрана особняка провожала её настороженными взглядами, но не останавливала, видимо присутствие Юмы убедило их в том, что ей назначено.
— Мегуми-сама? — Иори удивленно округлила глаза, когда едва не врезалась в Гуми в одном из коридоров.
— Привет, — она слегка поклонилась. — Скажи, где мне найти госпожу Масако?
— Госпожа сейчас занята, — на лице служанки мелькнул испуг. — Она готовится к церемонии сакадзуки и…
— Мне нужно с ней поговорить, — Гуми скрестила руки на груди, ощущая как сумочка на плече становится тяжелее с каждой минутой. — Как можно скорее.
— Хорошо, я сообщу ей, — Иори выглядела совсем уж невесело, когда направилась к покоям хозяйки дома. Мегуми же устало перевела дух. В следующую секунду перед ней появился злой как сотня чертей Юма.
— Ты чего творишь? — в серых глазах горел гнев, когда он порывисто схватил её за руку. — Думаешь провела пару ночей с боссом и теперь можешь распоряжаться в этом доме? Если продолжишь в таком духе, то…
— Что? Снова отправит меня в аэропорт? — Гуми вырвала свое запястье из пальцем Юмы. — Она обманула меня, так что я имею полное право потребовать объяснений.
— Совсем поехала? — телохранитель затравленно оглянулся. — Хватит доставлять боссу неприятности, он же просил тебя не лезть в это дело!
— Простите, — из-за угла робко послышался голос Иори. — Госпожа готова принять вас в чайной комнате.
— Хорошо, — Гуми демонстративно одернула подол короткого платья и направилась следом за служанкой. Юма же остался стоять на месте и на лице у него застыло странное выражение.
Тихий шорох двери и шершавая поверхность татами — комната для чайной церемонии встретила Гуми тишиной и легким ароматом трав. Масако в красивом шелковом кимоно спокойно взбивала венчиком заварку и, казалось, не заметила появления девушки. Гуми нервно сглотнула и опустилась на колени. Непослушными пальцами достала из сумочки злополучный конверт с билетом и деньгами.
— Возвращаю вам, — произнесла она, пододвинув конверт в сторону женщины. Та на секунду замерла, а потом продолжила свое занятие. — Он мне не понадобился.
— Вот как? — голос Масако был тихим и каким-то неуверенным. — Значит ты смирилась c жизнью женщины для комфорта?
— Вы не правы, — Гуми закусила губу. — Я не любовница Гакупо, а его возлюбленная.
В ответ на это Сакураги негромко рассмеялась, продолжая заваривать чай.
— Наивное дитя, ты совсем как Айрис.
— Что бы вы ни сказали, — Мегуми вздохнула. — я не изменю своего мнения.
— Правда? — Масако тонко улыбнулась. — Ну и как долго ты проживешь в этом самообмане? Год? Два? Даже если Гакупо предложит тебе брак, сможешь ли ты смириться с тем, что твой любимый мужчина — беспринципный бандит? С тем, что руки, которыми он тебя обнимает, по локоть в крови?
— Вы снова ошибаетесь, — твердо произнесла Гуми. — Он не Исин и не допустит его ошибок.
— Нет-нет, — Масако осторожно разлила чай. — Ты и впрямь говоришь, как Айрис. Она также несла весь этот высокопарный бред про любовь и заботу, про то, как Исин будет рад ребенку, которого она ему родит. Господи, сколько же мне потребовалось сил, чтобы убедить эту дурочку в обратном.
— Убедить? — Гуми с подозрением уставилась на мачеху. — То есть вы настроили Айрис-сан против своего мужа?
— Да, — Масако пододвинула к ней чашку с ароматным напитком. — Она не боялась за себя, но стоило ей услышать о том, что Исин отнимет у нее ребенка, а после вышвырнет словно ненужный мусор, как она тут же согласилась принять мою помощь. Но дальше все пошло наперекосяк.
— Что вы имеете ввиду?
— Угощайся чаем, милая, — Масако наклонила голову. — Ты точно хочешь знать это?
— Да, — Гуми стиснула в ладонях чашку. — Её правда убил Исин?
— Нет, — Масако разгладила на коленях кимоно. — Это сделала я.
Холодный резкий ветер, столь нетипичный для японской осени, растрепал длинные светлые волосы девушки, когда её грубо швырнули на палубу корабля. Старое грузовое судно было готово отдать швартовы, но в последний момент их попросили принять еще одну «пассажирку».
— Эта что ли? — хмыкнул полноватый китаец в твидовом пиджаке, а после присел на корточки перед коленопреклоненной девушкой. Грубая ладонь схватила её за подбородок, вынуждая поднять взгляд. — Какие глаза! Отличный товар, право слово!
Работорговец довольно рассмеялся, а после бросил взгляд на женщину, которая все это время пряталась в тени контейнеров. Рядом с ней замерли двое истуканов в темных костюмах. Дрожащая с головы до ног Айрис вскрикнула, когда один из команды рывком поставил её на ноги и толкнул в спину, вынуждая сделать шаг. Проходя мимо безмолвной Масако, Айрис негромко рассмеялась, а потом произнесла.
— Надеюсь, что ты сможешь удержать его от глупых поступков.
— Будь уверена, — холодно ответила Сакураги. В её карих глазах горела безумная ненависть. — Своего мужа я сберегу.
Айрис грустно улыбнулась, а потом бросила взгляд на мужчину, который стоял справа от Масако.
— Спасибо, Хаттори-сан. Надеюсь, что вы не забудете о своем обещании.
В комнате повисла давящая тишина. Гуми в ужасе смотрела на сидевшую перед ней женщину. Её осанка была как всегда идеальной, а лицо дышало благородным спокойствием.
— Куда вы её отправили? — тихо спросила Мегуми.
— Сама не знаю, — Сакураги хмыкнула. — Китайская диаспора в Кобэ тесно сотрудничает с множеством стран по всей Юго-Восточной Азии. Моим единственным условием была неприметность. В Макао или Гонконге о иностранке с фиалковыми глазами сразу же пошли бы сплетни, которые так же быстро попали бы к Исину. Поэтому Таиланд, Лаос, Мьянма, Камбоджа. В любом случае, она уже мертва. Сомневаюсь, что продержалась больше года.
— Как вы могли? — Гуми покачала головой. — Она ведь доверилась вам!
— Сама виновата, — Масако не спеша снимала с запястья плетенный шнур. — Если бы у Айрис была хоть капля благоразумия, она бы выжила. А так, у нее хватило наглости прийти ко мне с извинениями.
— Как двулично, — Гуми в гневе сжала кулаки. — Вы и мне предлагали сбежать, а потом приказали убить!
— Убить? — женщина удивленно подняла брови. — Нет-нет, всего лишь показать тебе, что бывает, когда кто-то пытается завладеть тем, что по праву мое. Согласись, что один мерзкий старикашка лучше, чем десяток в каком-нибудь грязном борделе?
— Гакупо вам не принадлежит! — воскликнула Мегуми и попыталась вскочить на ноги, но мышцы словно одеревенели. — Ч-что…?
— Наконец-то подействовало, — устало произнесла Масако и поднялась на ноги. — Я уж думала, что не успею до начала церемонии.
— Что вы задумали? — Гуми ощутила как по коже побежали мурашки. Тело охватила странная слабость и оно казалось каким-то чужим.
— Ты доставила мне проблем, Мегуми-чан, — ласково произнесла женщина и обхватила её лодыжки. — Я трижды пыталась избавиться от тебя, но каждый раз ты умудрялась выбираться сухой из воды. Но теперь я сделаю все сама.
Плетеный шнур плотно спутал ноги девушки, а потом Сакураги вытащила из рукава кимоно кинжал в красных ножнах. Гуми испуганно вздрогнула.
— Нет…помогите… — однако вместо крика о помощи из горла вырвался слабый шепот.
— Знаешь, что это? — лезвие тускло сверкнуло. — Кайкен — кинжал, которым жены самураев совершали дзигай*. Исин подарил мне его на свадьбу, иронично не правда ли? Гакупо тоже любит подобную эстетику, так что ему понравится твоя смерть.
С этими словами Масако шагнула к Гуми, а потом дверь чайной резко отворилась.
— Я в этом сомневаюсь.
Гакупо смерил мачеху ледяным взглядом, но потом приблизился к лежащей навзничь Гуми.
— Ты в порядке?