Ладно, беру свои слова обратно, что-то человеческое в этом создании есть. Надеюсь, он не освобождает меня из клетки для того, чтобы потом придушить в переулке.
Точно послушный пудель, я вскакиваю на ноги и, пританцовывая, бегу за мужчиной, следую за Бродягой по пятам, не задавая вопросов. Быстро переставляю босые ноги по тёмному коридору до самой парковки, где юркаю в машину и выдыхаю. Только отъехав от полицейского участка я понимаю, что сердце сошло с ума и проламывает рёбра. Так страшно мне не было даже в день казни отца.
- И куда мы едем? – спрашиваю его осторожно. Доверять этому пройдохе у меня не было основания. Но если выбирать между ним и пулей в лоб, я выберу попытать счастье.
- Ко мне домой. – Ух ты. Хочется съязвить на этот счёт, но решаю промолчать. Не время и не место.
- Меня будут искать? – кусаю губы, нервно теребя остатки платья. Не знаю, на меня так действует полицейская форма или после камеры мне дурно, но Бродяга больше не вызывает во мне жгучий трепет, страх и странные скачки давления. За время пребывания в тюрьме я заметно к нему охладела. Даже вспоминать перестала наш поцелуй на лестничной площадке.
- Для всех тебя распределили в исправительный лагерь для работы в полях. – туда же, куда и мою маму. О ней я ничего не слышала. Люди, попадающие в исправительные лагеря, становились призраками, никто в городе не знал, что там происходят. Лишь слышали, что никто долго не живёт.
Уилл ловко справляется с машиной, на его криминальном лице нет и капли страха, хотя он за сегодня совершил уже множество преступлений, карающихся казнью. Меня невольно восхищала его смелость, он противостоял Королю и его правилам несмотря на возможные последствия.
- А как это так получается, что ты офицер полиции и слуга нашего Короля помогаешь сбежать гейше, нападаешь на пэра – высокого поданного? – щурюсь, всматриваясь в красивые черты лица. Сейчас Бродяга выглядел мягче, не таким колким аферистом. Наверное, так на его поведении сказывался мундир. Я вообще после ареста отца не выносила форму.
- Как-то так получается. – отвечает он загадочно, заезжая на машине в маленький двор и паркуясь. Мы оказываемся в крошечном дворе одноэтажного дома с выцветшей крышей и заброшенным садом. Это место точно нельзя назвать уютным. – Выходи.
Тут было темно и грустно, дом требовал ремонта. Когда-то, наверное, тут было хорошо, но сейчас царило запустение.
Я послушно вышла из машины и огляделась, кутаясь в плащ, который мне любезно предоставил Бродяга, когда мы выходили из участка, чтобы я меньше привлекала к себе внимания. На улице было прохладно, ноги начало сводить от холода.
Мы зашли в дом и Уилл тут же предложил мне тапочки, в которые я с удовольствием нырнула, испытывая колоссальное удовольствие.
- Сделаю чай. – бросил он мне, стягивая китель и вешая его в шкаф. – Бутерброды будешь?
- Не откажусь. – я прошлась по коридору и заглянула в комнатки, отмечая чистоту и бедность. Многие офицеры, работающие честно, получали мало и вынуждены были волочить скромный образ жизни. Они многое не могли себе позволить из-за скудного жалования.
Но сегодня днём я видела почтенного офицера Уилла в очень дорогом костюме и часах, которые, если продать на барахолке, можно было сделать ремонт всего дома и прикупить мебели.
Так почему не совсем честный на руку полицейский жил так бедно? Какое-то прикрытие?
- Садись. Я сейчас включу бойлер, чтобы нагрелась вода и ты могла принять ванную. – такой милый. Если бы не хотел подарить меня сегодня головорезу я бы умилилась его доброте и душевности.
Захожу вслед за ним на маленькую кухоньку, по которой сразу становится понятно, что в этом доме никогда не бывала женская рука. Маленький стол и две табуреточки, печка, холодильник и полка с немногочисленной посудой.
- Спасибо. – сажусь на кухне на табуретку и пристально слежу за хозяином дома. Уилл быстро поставил чайник на газовую плиту, а на стол две чашки, выудил из холодильника колбасу и хлеб и стал готовить бутерброды. Резал он криво и толстыми кусками, но мне всё равно было приятно наблюдать за ним.
- Держи, тебе надо согреться. – мужчина ставит передо мной чашку с погруженным в неё чайным пакетиком. В прошлой жизни я брезговала такими вещами, а теперь у меня полный рот слюны. Ну, какая я была дура!
- Прости. – беру в руки чашку с чаем и греюсь о её тепло. Запах крепкого чая и колбасы кружит голову. – У тебя биполярное расстройство?