В этот момент Тама представил своему начальству предварительный отчет. Его теории были как правильными, так и неправильными, полными и неполными — и, к его чести, он знал это.
По его словам, здесь имели место два преступления. Оба были убийствами, но одно было просто спланировано и предпринято, в то время как другое было совершено.
Главным виновником заговора, как заявил Тама, была не кто иная, как мертвая невеста, Нарам Фариде. Она знала о финансовом положении своей семьи и знала, что богатство Калдора Картана может покрыть их убытки — и что Калдор настолько глуп, что женится на ней, не проверив ничего из этого.
Но она не могла смириться с мыслью о браке с таким хамом. Поэтому она использовала врагов Калдора и своих союзников.
Сначала она отправилась к настоятелю, который тоже подвергался опасности — хотя его опасность была вызвана тем, что Калдор заявил об отказе дать ему больше денег. Нарам предложила ему нечто очень опасное — если она станет главой поместья Картан после свадьбы с Калдором, то возьмет на себя ответственность за состояние семьи. Это, конечно, включало любые пожертвования, сделанные монастырю настоятеля. Аббату очень понравилась эта идея, но как этого можно было добиться? Как можно устранить Калдора, чтобы она забрала бы себе весь дом? Она мудро поступила, оставив его в неведении. По ее словам, ему нужно было только сделать подарок семье на свадьбу, и она достанет ему этот подарок. Тама предположил, что настоятель, вероятно, так и не узнал об истинной природе этого «подарка», пока не стало слишком поздно.
Затем Нарам отправилась к своей старой любовнице, капитану Атимо. Она использовала все свои уловки и волю, чтобы убедить женщину, что брак с Калдором был вынужденным, и она хочет уничтожить его, как только это произойдет. Могла бы Атимо раздобыть для нее какой-нибудь предмет? Какой-нибудь образец, какое-нибудь оружие, которые могли бы помочь ей в этом деле? Если бы Атимо сделала это, они могли бы жить вместе в роскоши, полной романтики и праздных игр. Атимо, будучи убитой горем дурой, знала такой предмет. Поддавшись на уговоры Нарам, она с радостью украла его.
Таким образом, Нарам Фариде устроила все так, что и настоятель, и капитан испытали бы на себе всю ярость правосудия, как только ее план увенчался бы успехом. Атимо взяла веосоар и отдала его настоятелю; настоятель принес его на свадьбу, утверждая, что это какая-то реликвия; затем, недели или месяцы спустя, Нарам разбудила бы веосоара выделениями Калдора — каплей крови, мазком слюны; существо проснулось бы, и убило бы его.
И Юдекс почти наверняка признал бы виновными как Атимо, так и настоятеля Мабака и приговорил бы их к виселице. Потому что они держали в руках оружие. Они оба ненавидели Калдора по своим личным причинам. Никто вообще не обратил бы внимания на скорбящую вдову.
По крайней мере, именно так Нарам планировала совершить убийство.
И тут Тама остановился, очевидно зайдя в тупик. Он был уверен, что эти люди спланировали смерть Калдора. Однако что-то пошло не так — ведь ни один из этих заговорщиков не был убийцей! Настоятель провел со своей свитой весь вечер. Капитан Атимо валялась пьяной в комнате для прислуги до полудня, еще долго после убийства. Могла ли Нарам случайно покончить с собой, смешав свои собственные выделения с образцом, который она намазала на семена? Конечно, девушка не могла быть такой глупой, если Атимо полностью посвятила ее в природу веосоара.
Тама снова и снова просматривал материалы расследования. Он то и дело возвращался во двор. Кто открыл окно? Что стало причиной появления капель чернил на пороге двери? Было ли это связано? Были ли какие-либо свидетельства того, что кто-то вообще вел себя странно во дворе? Ночные дожди, конечно, смыли все следы, но что-то должно было быть.
Тем не менее, он ничего не нашел. Он занимался этим делом еще два года, но так и не смог выдавить воду из камня.
Сдавшись, он представил свой окончательный отчет. Его начальство отложило его в сторону, поскольку расследование нераскрытого убийства, в конце концов, не было чем-то необычным, даже если жертвой были джентри. Возможно, все это было просто несчастьем.
За стенами экипажа сгущается ночь. Я слышу стрекотание сверчков и трели ночных птиц. Тебе понадобится отдых, Дин, и ты, несомненно, будешь нужен мне. Тогда я перенесусь на несколько лет вперед, чтобы мы могли сами завершить расследование.
Монастырь настоятеля Мабака быстро пришел в упадок. Клан Картан так и не возобновил свои пожертвования. После ночи Львиного Бивня они настолько не доверяли ему, что и представить себе не могли, что могут это сделать. В конце концов он был вынужден уйти со своего поста и занял очень скромную должность в храме на третьем кольце. Он умер в относительной бедности менее чем десять лет спустя.