— Настя, — согласно кивнула она, забирая чашку. Запить шашлыки не мешало. А пиво она всё равно не любила. — Помню, как ты в карьер с обрыва прыгал на тарзанке.
— Ага, лет десять назад, — Сергей пристроился на соседнем пеньке, с нескрываемым интересом её рассматривая. — А ты на брата похожа. Только посимпатичней.
— Ты тоже ничего, — усмехнулась Настя, решив, что немножко флирта поднимет ей настроение. — Почему раньше не приезжал?
— Приезжал, — хохотнул он. — Только тебя не было. Думал и сегодня будет скучно.
— А я тебя развлекать должна?
— Можешь хотя бы попытаться, — сверкнул глазами Сергей. — Хочешь, ещё шашлыка принесу? Там осталось.
Настя замотала головой, наелась она уже вдоволь. Даже последний кусок скормила Дику, добрейшему алабаю. Тот крутился возле Павла, выпрашивая вкусняшки. А увидев Настю, приковылял к ней и улёгся у самых ног, ткнувшись мордой в её колени.
— Пёс у вас неправильный, — тут же высказался Сергей. — Алабаи должны быть свирепыми охранниками.
— Он старенький уже, — вступилась Настя за любимчика, почёсывая Дика за ухом. — И просто добрый. Свирепые вон там, за загородкой сидят.
— Стёпка говорит, он и в молодости был никакой, — не оставил тему парень. — Даже не лаял никогда.
Настя тут же решила, что не так уж ей нравится этот Сергей. И предлагать ему стать её фиктивным женихом, по совету Ленки, она точно не станет. Не настолько отчаялась! Да и слишком хорошо Пашка знает семью Степана, не поверит просто, что жених настоящий.
— А как Дик браконьера чуть не загрыз, рассказывал? — спросила его Настя равнодушно.
— Шутишь?
— И чужого, полезшего к нам во двор, два часа держал зубами за горло, — Настя Дика обожала, сама его выкормила двенадцать лет назад из бутылочки. Потом и кашу ему варила, гуляла с ним. Только пришлось уехать тогда. А вернулась, вымахавший в огромного пса Дик её в снег уронил, так был рад видеть. Вылизал всю, не отходил от неё ни на шаг, таскаясь повсюду. Но этот Сергей прав, Дик не только никогда не лаял, но даже рычал крайне редко. Только всё это Сергею знать ни к чему. — Ждал, пока мы вернёмся. А так добрый, да, к своим.
— Ты не обижайся, — Сергей заглянул в глаза просительно. — Я же не знал. Хорошая собака. Фью, Дик! Пойди сюда, угощу.
— Не пойдёт, — фыркнула Настя. Дик на парня даже не взглянул. — Он только у Паши из рук ест, у Светки, у меня и, кажется, вон у того мужика-неандертальца, который с братом твоим разговаривает.
— Ты так Скуратова приласкала? — хохотнул Сергей и достал мятую пачку сигарет. — Будешь?
— Не курю, — мотнула головой Настя, допивая чай одним глотком. Жаль, остыл уже. — И не одобряю.
— Только не надо лекций, — фыркнул Сергей. — Ты что, медик?
— Угадал.
— Так все же медики смолят по-чёрному!
— Не все, как видишь, — Настя замерла, заметив, что неандерталец смотрит прямо на неё. Неужели услышал, как она его назвала? Поспешно отвернулась к Сергею, чувствуя, как горят щёки. — Сколько времени, не подскажешь?
Сергей полез за мобильником и её сердце ёкнуло при виде потрёпанной Нокии. Такая же у неё была. Сволочь Матвей!
— Почти полночь уже, без пятнадцати, — Сергей смартфон убрал и смачно затянулся. — Хорошо тут у вас. А ты к нам загляни с братом, тут недалеко, километров двадцать всего. Тоже двор немаленький, посмотришь наших овчарок, настоящие монстры. Или знаешь, я сам смогу скоро за тобой заехать. Брат новую тачку купил, а мне старую отдаст не сегодня завтра.
— Я тут только на выходные, — прямо отказываться Настя не стала. Ведь начнёт уговаривать. А ей никуда ехать с Сергеем не хотелось.
Кто-то музыку включил, дамы даже немного подвигались в такт в широкой беседке, а Настя пошла за чаем, воспользовавшись тем, что Сергей отошёл. Хотела ещё посмотреть, не осталось ли шашлыков. А потом незаметно удрать к себе.
Но дойти до беседки, обходя народ по кругу, не успела. Кто-то потянул за рукав. Оглянулась, и еле удержалась от стона. Синие глаза Матвея Скуратова смотрели в упор. И чего пристал к ней?
— Отойдём? — в руках он держал какую-то коробку.
Настя обречённо кивнула — с гостями следовало быть вежливой, даже если они безжалостно растоптали твой смартфон.
Отошли недалеко, к крыльцу дома. Здесь музыка не гремела, лилась тихонько, голоса и то было лучше слышно.
— Что? — Настя не хотела на него смотреть, мало ли что подумает, но пришлось. Надо же понять, зачем позвал.
Скуратов хмурился и ничего хорошего она от него не ждала, а от того тосковала, мечтая побыстрее сбежать.