Чамбо повернулся к Асану:
– Дядя, а ты что думаешь?
– Я? А, ну это, как бы… – Асан смутился и замямлил что-то невнятное. Но и не говорил, что против.
Чамбо снова повернулся к Ванини:
– Как тебя зовут?
– Ванини, меня зовут Ванини, – поспешила ответить она.
8
Привычки скитальцев
В ту ночь Ванини впервые после изгнания могла спокойно уснуть. Мягкая трава согревала как объятия мам. Она легла ничком, положила мордочку на землю и стала ждать, когда Асан зарычит перед сном, как обычно это делала бабушка Мадиба.
В её прайде каждый вечер, перед тем как лечь спать, львицы громко рычали одна за другой. Это была лучшая колыбельная, которая сразу погружала львят в глубокий сон.
Ванини с волнением ждала, когда традиция повторится. Однако Асан только зевнул. Чамбо последовал его примеру.
– Почему вы молчите? – спросила Ванини, не в силах больше ждать. Асан и Чамбо недоумённо моргнули. Асан понял, к чему она клонит.
– Ох, что же с тобой делать… Ванини, я думаю, ты не привыкла к жизни скитальцев. У тебя остались привычки львёнка Мадибы, это к добру не приведёт. Соберись.
Чамбо объяснил:
– Да, скитальцам нельзя безрассудно рычать. Всё равно что вызывать хищника на бой. Иногда мы рычим, чтобы напугать добычу, и тогда приходится быстро уходить. Мы обязаны убежать, прежде чем столкнёмся со львом, на чьей территории находимся. Лучше всего вести себя тихо, чтобы никто не догадался о нас.
Асан и Чамбо были опытными скитальцами и знали о тонкостях такого образа жизни лучше всех в саванне.
Они выглядели как обычные львы. У Асана – пышная грива и тёмный нос. В свои шесть лет он был в полном расцвете сил. Если бы не травма лапы, он бы ничем не уступал другим сильным львам.
У Чамбо только начинала появляться грива, поэтому он пока выглядел не так солидно. Тем не менее у него уже выросли острые клыки и густая шерсть. В будущем он точно станет огромным львом. Сейчас же он был молод, а Асан хромал.
Ванини жутко интересовало, почему Чамбо так рано выгнали из прайда и как Асан повредил лапу, но не спрашивала об этом. История любого скитальца берёт за душу.
Однако с каждым днём они узнавали всё новые истории друг друга. Судьба каждого из них была такой печальной, что хотелось плакать. Такую историю поймут только львы, а посочувствуют только те из них, кто находится в такой же ситуации.
– Нам всем ужасно не повезло, – часто повторял Асан.
Он рассказал, что покинул прайд вместе со своим младшим братом в два года, как и положено самцам. Они оба выросли большими, сильными и энергичными. Братья знали, что рано или поздно обретут свою территорию и прайд. Всю ночь они обходили саванну и бесстрашно рычали.
Но в один день всё изменилось.
– Внезапно в небе раздался громкий звук. Выстрел. Конечно, в то время я так же, как и ты, не знал, что это значит… Как бы то ни было, моего брата Чунга застрелили в грудь. К счастью, мне удалось спастись, но пуля попала в плечо, и я стал таким.
Лев поднял правую переднюю лапу и скривился от боли. Снаружи рана зажила, но в плече всё ещё оставалась пуля. С каждым шагом пуля давила на сустав. Из-за боли он хромал и не мог нормально бегать.
Асан продолжил:
– Вот так я и оказался один. Какой взрослый лев захочет дружить со мной? Какая львица выберет меня своим партнёром? От раненого льва никакой пользы, только лишний голодный рот. Поэтому я бродил в одиночестве, пока не встретил Чамбо.
Чамбо родился в Долине четырёх рек, где всегда плодородная почва и не высыхают реки. Ему был всего год, когда на их прайд напал Мутху и трое его сыновей. Мутху был силён. Он сразу же одолел и убил отцов Чамбо. Братьев и сестёр постигла та же участь. Только Чамбо посчастливилось сбежать и спасти свою жизнь.
Асан каждый раз содрогался, слушая историю о Мутху:
– Жестокий зверюга! Когда львы отвоёвывают прайд, то просто изгоняют всех самцов. Каким же нужно быть бессердечным, чтобы убить всех?
Ванини он утешал, говорил, что ей тоже не повезло.
– Почему это твоя вина? Ты не нападала на Найлу, специально не подстраивала западню. Что за несправедливость?
Чамбо не поддерживал Ванини так же рьяно, как Асан, но всё равно понимал её:
– Конечно, на тебе лежит доля ответственности. Той ночью тебе следовало отговорить Найлу идти одной в лес, тем более взрослые даже не догадывались, где вы. Но ты не знала, что так получится… Короче говоря, я считаю, что ты провинилась, но поступила так ненамеренно.
Что бы ни говорили Асан и Чамбо, они не могли исправить то, что произошло той ночью. Но у Ванини на душе всё равно становилось легче. Тот факт, что кто-то тебя понимает, вселяет надежду.