Хмурые, одетые в невообразимые лохмотья, невольники с покрытой язвами кожей не обращали ни малейшего внимания на раннюю прохожую, а вот сопровождавшие их надсмотрщики посматривали на неё с нескрываемым любопытством.
Чуть позже стали попадаться рабы с амфорами вина и масла, а также спешащие на рынок торговцы, которые несли в корзинах ранние овощи, разнообразную зелень, цветы, спрятавшихся в раковины улиток, кудахтавших кур, недовольно гогочущих гусей. В больших, подвешенных на жердях клетках тащили возмущённо визжащих свиней, вели на верёвочках телят, овец и коз.
Несмотря на то, что беглая преступница держалась ближе к домам и старательно прятала лицо, удивлённые взгляды она ловила на себе гораздо чаще, чем вчера в это же время.
Сначала Ника полагала, что повышенный интерес окружающих вызывает её новая богатая одежда, но потом увидела пожилого мужчину, тащившего целую гору пустых корзин.
"Вот батман! — мысленно выругалась она. — Ну, конечно! Раннее утро. Прилично одетая беременная женщина идёт куда-то одна да ещё и с пустыми руками. В гости или в храм слишком рано. А если на базар, то куда она будет складывать покупки? Поэтому народ и в недоумении".
Решительно заступив дорогу торговцу, она приобрела корзину с крышкой, и повесив её на локоть, двинулась в сторону рынка.
Маскировка сработала. Не то чтобы горожане совсем её не замечали, но их любопытство сделалось более ленивым и обыденным.
Бесцельно бродя мимо лавок, девушка купила пучок зелени, головку овечьего сыра и несколько булочек.
Шатаясь в толпе крикливых лоточников, озабоченных домохозяек, рабов и всякого рода тёмных личностей, промышлявших в любых местах скопления людей, попаданка здесь чувствовала себя гораздо спокойнее, чем на пустынных улицах, где в любой момент из-за угла могла вывернуть компания неадекватно настроенных особей.
Естественно, существовала вероятность наткнуться на кого-нибудь из тех, кто встречался с племянницей регистора Трениума или стремится получить награду за её поимку.
Однако Ника успела свыкнуться с постоянным риском и отнеслась к подобной возможности с некоторой долей фатализма.
Время тянулось нестерпимо медленно. Солнце словно застыло на небосклоне, передвигаясь со скоростью беременной черепахи.
Усталость всё сильнее брала своё. Болели мышцы, ужасно хотелось спать. Девушке приходилось то и дело одёргивать себя, заставляя оглядываться по сторонам.
В очередной раз проходя мимо лавки мясника с развешанными на крюках тушами освежёванных свиней, она поймала на себе озадаченный взгляд хозяина, поняв, что, кажется, начала мозолить глаза местным завсегдатаям. Видимо, настала пора покинуть базар и направиться в трактир "Щедрый стол".
Шла Ника очень неторопливо и оказалась возле искомого заведения около полудня. Не зная, пришёл ли Тарберий Сциний Дуб или нет, она заглянула в храм Аниры, где принесла в жертву богине зари пару кусочков благовонной смолы.
Вернувшись к трактиру, девушка неторопливо спустилась в переполненный зал. Внимательно оглядев склонившихся над мисками посетителей, беглая преступница не сразу заметила знакомого молодого человека.
Всегдашний спутник сына императора расположился в ближайшем углу и мрачно потягивал из оловянного стакана вино, заедая его солёной рыбой.
"С воблой лучше пиво идёт", — машинально отметила попаданка, проходя мимо столов.
Несмотря на обилие клиентов, вокруг приятеля принца оставалось небольшое свободное пространство. Ближайший сосед по деревянной лавке увлечённо работал деревянной ложкой примерно в метре от молодого аристократа.
Внезапно скучающие глаза того расширились, а державшая стакан рука заметно дрогнула. Встретившись с ним взглядом, Ника кивнула.
Сциний ошарашенно посмотрел на её выступавший животик. Племянница регистора Трениума досадливо поморщилась: "Вот батман! Он что, в самом деле думает, будто у меня за три дня такое пузо выросло?"
Юноша с тревогой огляделся по сторонам, торопливо поставив посуду на стол. Когда девушка подошла совсем близко, он быстро отодвинулся от края скамьи, недвусмысленно предлагая сесть.
— Только не надо имён, — вполголоса предупредила Ника, опускаясь рядом. — На квартиру напали.
— Кто посмел? — выпалил парень.
— Не знаю, — покачала головой собеседница. — Осталась только я.
— О боги! — пробормотал молодой аристократ и встрепенулся. — Так это вы… из окна?