Кроме завешанного прохода, в комнате имелась и настоящая дверь. За ней находился короткий коридор, заканчивавшийся серым занавесом, из-за которого приятно пахло съестным.
Свет сюда попадал из двух узких проёмов с отодвинутыми шторами.
— Сюда, госпожа, — кланяясь, пригласила невольница, направляясь к кухне.
Проходя мимо первого из проходов, девушка увидела небольшое вытянутое помещение с простой деревянной лавкой, двумя большими глиняными кувшинами и внушительной лоханью литров на сто-сто пятьдесят. На натянутой верёвке висело банное полотенце.
"Не так хорошо, как у Константы, но не так плохо, как у Трезы", — устало усмехнулась про себя Ника, оглядывая комнату, оказавшуюся ненамного больше соседней. Без банных принадлежностей, зато с корзинами, горшками, ларями и широкой лавкой, прикрытой тощим матрасом с тряпичным свёртком вместо подушки.
Плотно прикрытые жалюзи не пропускали достаточно света, чтобы убедиться в отсутствии на полу мусора, а на стенах потёков. Да и запах здесь стоял гораздо приятнее, чем в комнате жадной проститутки. Оставалось надеяться, что кровососы здесь тоже отсутствуют или их хотя бы поменьше.
Заметив в дальнем углу старенький, но вроде бы ещё крепкий табурет, девушка пересекла комнату, и усевшись, взялась складывать накидку.
— Незала, принеси мне ночной горшок и воды умыться.
— Сейчас, госпожа, — буркнула рабыня, буквально выплюнув последнее слово.
Не обращая внимание на её дешёвое фрондёрство, уставшая до изумления Ника с тоской рассматривала начисто лишённый двери входной проём, прошептав одними губами:
— Да, здесь, как не изгаляйся, всё равно не закроешься.
Со стороны кухни донеслось недовольное женское брюзжание:
— Кого там ещё дриниаты принесли?
— Гостья у нас, Льбина, — с глумливым смешком отозвалась Незала. — Любовница господина Сциния, племянничка нашего хозяина. Он её обрюхатил и к нашей вертихвостке привёл.
"Аттика тут явно не в авторитете, — автоматически отметила беглая преступница, потирая усталые глаза. — Судя по всему, здесь даже рабыни папика, вот её ни во что и не ставят".
— О боги! — почти басом отозвалась незнакомая невольница. — Куда катится мир? Как же мог господин Сциний такое сотворить? С виду такой приличный господин из знатного рода, красавчик…
"А что? — усмехнулась про себя девушка, машинально вслушиваясь в разговор. — Не самая плохая легенда. И главное — всё объясняет".
— Видно, мог, — со значением подтвердила служанка, шикнув на голосистую собеседницу. — Да тише ты! Аттика велела о ней помалкивать. Видно, Сциний девку здесь от родни прячет.
Местные рабыни перешли на шёпот, прерываемый короткими, но эмоциональными междометиями.
Гостья хотела встать и выйти в коридорчик, где наверняка лучше слышно, о чём болтают эти сплетницы, но передумала. Нервное напряжение последних дней схлынуло, уступая место нараставшему безразличию. Какая разница, о чём они там треплются? Долго здесь всё равно не прожить. Уж слишком ненадёжное укрытие. Или Вилит отыщет более подходящее место, или её здесь найдут. Весь вопрос: когда?
Ника достала из корзины нож и старенькую накидку. Подаренное госпожой Константой платье лежит в сумке на животе и его пока лучше не трогать, а вот покрывало надо отдать служанке, чтобы выстирала. Оно может ещё и пригодиться. Кроме вещей, в кузовке оказалось письмо принца и купленные на базаре продукты, которые Ника выложила на крышку ларя.
Наконец-то вернувшаяся Незала с громким стуком поставила на пол столь необходимый гостье предмет.
Та встала, выпрямилась, и шагнув к невольнице, посмотрела на неё сверху вниз.
— Ещё раз заставишь меня ждать, я тебе уши отрежу. Поняла?
Несмотря на явное смятение от подобного наезда, крепкая и на вид сильная женщина криво усмехнулась.
По измочаленным мышцам беглой преступницы словно пропустили электрической ток. Она сама не поняла: откуда взялись силы в измученном усталом теле? За долю секунды перед мысленным взором промелькнули лица Тризы, Грея, первой принцессы, высунувшегося из окна налётчика. Теперь вот ещё и эта мерзавка. Сознание захлестнула волна бешенства.
Метнувшись вперёд, руки девушки клещами сомкнулись на толстой шее служанки. Испуганно пискнув, та попыталась оторвать её пальцы от своего горла. Но их как будто свело судорогой.