— Все уже спят, госпожа, — негромко ответил тот. — Приятель ваш уже очнулся.
— Госпожа Юлиса, — жалобно протянул молодой человек, делая попытку подняться.
Положив ему руки на плечи, Ника мягким толчком вернула бывшего раба на землю. Не сумев сохранить равновесие, он откинулся назад, ударившись затылком о поддерживавший лестницу столб, и зашипел от боли.
— Сидите! — раздражённо процедила сквозь зубы девушка, и наклонившись так, чтобы заслонить Декара от поглядывавшего по сторонам наёмника, бросила на прикрытые туникой колени юноши завёрнутые в тряпочки серьги. — Вот возьмите. С ними вам поверят. Передайте, что я очень прошу спасти вас.
— Нет! — вскричал безумно влюблённый. — Подождите, госпожа…
— И не пытайтесь идти за нами! — при этих словах голос Ники всё же предательски дрогнул.
Грубо оттолкнув протянувшуюся к ней дрожащую руку, она резко встала.
— До свидания, господин Декар.
— Стойте! — громом прозвучал в ночной тишине двора рвущий душу попаданки крик, полный боли и отчаяния. — Не уходите! Я же люблю вас!
"Вот батман! — беззвучно выругалась беглая преступница. — Ты бы ещё на форуме заорал!"
Они не прошагали и десяти метров, поэтому она прекрасно слышала, как молодой человек со стоном поднялся на ноги, и спотыкаясь, пошёл за ними.
— Остановите его, господин Тесак, — с трудом проталкивая слова через перехваченное спазмом горло, попросила девушка. — Только не убивайте.
— Хорошо, госпожа, — отозвался суровый спутник, и обернувшись, двинулся к юноше, продолжавшем звать свою возлюбленную.
— Заклинаю вас именем Диолы и всех светлых богов, вернитесь! Вы не будете…
— Прочь! — крикнул он, видимо, заступившему ему дорогу наёмнику. — Тебе меня…
Пылкую речь прервал глухой удар, негромкий стон, и бывшего раба так звучно вырвало, что застывшая на месте Ника едва не бросилась ему на помощь.
— Всё, госпожа, — вернувшись, невозмутимо доложил посланец принца Вилита. — Сейчас ему не до вас будет.
И, очевидно, почувствовав её беспокойство, пояснил:
— Ничего страшного, госпожа. Скоро пройдёт.
— Спасибо, господин Тесак.
— Госпожа! — негромко заскулил Декар.
Словно отвечая ему, где-то на галерее третьего этажа хлопнула дверь, и звёздную ночь прорезал визгливый женский крик:
— Заткнись, тупой ублюдок, не то мой муж спустится и все кости тебе переломает!
До слуха девушки донёсся жалобный стон бывшего раба, но она не стала останавливаться, а лишь плотнее закуталась в накидку.
Всё! Изменить уже ничего нельзя. Поставленная судьбой, или таинственным игроком, перед выбором, попаданка отказалась от помощи свежеобретённых родственников, всецело вверив свою судьбу младшему сыну Константа Великого
Однако в голову упрямо лезли мысли о том, что она совершила роковую ошибку, решив остаться в городе и отринув любовь Декара.
Раздираемая сомнениями, Ника шла позади Тесака, на всякий случай зажав в правой руке свой короткий кинжал из нержавеющей стали.
Внезапно её спутник резко остановился.
Отбросив мрачные думы, беглая преступница отчётливо различила доносившиеся из темноты голоса.
— Спрятаться надо, — на грани слышимости прошелестел наёмник, хватая её за руку и увлекая прочь по переулку.
Хорошо ещё, что они не успели далеко уйти от перекрёстка. Выскочив на маленькую площадь с неработающим в этот час фонтаном, Тесак затолкал девушку в какую-то нишу, и заставив присесть, примостился рядом, прикрыв их своим длинным плащом.
Спрятав кинжал под накидкой, Ника замерла, затаив дыхание. Странно, но сильного страха она не испытывала, а сердце билось гораздо реже, чем во время недавнего разговора с Декаром.
В темноте забухали по камням мостовой подошвы множества сандалий.
— Тебе показалось, Рдай, — проворчал молодой мужчина. — Нет тут никого.
— Нет, — прохрипел собеседник. — Я точно двоих видел.
Ничего не различая в кромешном мраке, беглая преступница каким-то шестым чувством определила, что её провожатый наполовину вытащил из ножен меч.
— Тогда они на Орлиную дорогу побежали, — рассудительно заметил третий. — Там сейчас, наверное, как раз обозы идут.
— Так побежали! — азартно вскричал молодой. — Может, ещё догоним?
— Не-е-е, — разочарованно протянул хрипун. — Далеко ушли.
Романтики с большой дороги перебросились ещё парой фраз, попили из фонтана и ушли.
Высунув голову из-под плаща, наёмник с полминуты вслушивался в ночь, потом поднялся, отряхивая полы туники.
— Всё, госпожа, можно идти.