Кстати вспомнился забитый свитками шкаф в кабинете владельца заведения.
"Надо будет попросить у Птания разрешения в нём покопаться, — подумала попаданка. — Наверняка там найдётся что почитать. А если нет, снова придётся переводить чужие стихи и сказки".
Однако перед тем, как выбраться из спальни даже в соседнюю комнату, следует ещё немного поработать над своим имиджем. Нанести, так сказать, последний штрих.
Сбросив тунику, девушка взяла припасённую заботливым отпущенником повязку и принялась обвязывать ей грудную клетку.
Дело это оказалось не таким простым, как виделось на первый взгляд. Повязка норовила всё время сползти на живот.
Ника резко выдохнула, и задержав дыхание, попыталась обернуть треклятую тряпку вокруг себя.
Грудь сдавило, дышать стало тяжело. Однако, когда она полностью экипировалась и посмотрела на себя в зеркало, результат беглую преступницу вполне удовлетворил. На первый взгляд, да если ещё и издали её можно принять за парня. В этом случае высокий рост оказался даже полезным.
Когда за стеной послышался шум, она вновь спряталась в ванной комнате, на этот раз не задёргивая штору полностью и оставив узкую щель для наблюдения.
Войдя в спальню, хозяин дома негромко произнёс:
— Госпожа?
— Думаю, вам пока не стоит так ко мне обращаться, господин Птаний, — отозвалась девушка, шагнув в комнату. — Вдруг кто-то услышит.
— О боги! — патетически вскричал мужчина, едва не выронив уставленный посудой поднос. — Сам лучезарный Нолип спустился с небес в мою жалкую обитель! Вы прекрасны! Не знай я о вашей истинной сущности, моё сердце разорвалось бы от страсти!
Собеседница знала, что он врёт, но всё же не смогла удержаться от улыбки.
— А вы умеете говорить комплименты, господин Птаний.
— Это ваша красота разбудила моё красноречие, госпожа, — деланно засмущался тот, выставляя на столик миску с кашей, блюдо зелёного салата и большой керамический бокал с разведённым вином. — Или лучше звать вас Хунием?
— А другого ольвийского имени вы не знаете? — чуть заметно поморщилась беглая преступница. — А то мне это что-то не нравится.
— Ну тогда Орли, подумав, предложил отпущенник. — Это вас устроит?
— Вполне, — кивнула попаданка. Она ещё не настолько позабыла родной язык, чтобы полностью проигнорировать весьма неблагозвучное звучание первого из предложенных ей ольвийских имён.
— Если желаете, я могу после полудня отослать моих мальчиков в бани Глоритарква, — выдвинул новое предложение владелец заведения, с довольной улыбкой наблюдая, с какой жадностью гостья поглощает принесённую им еду. — И вы сможете спокойно погулять в саду. Там начали распускаться цветы, и стало очень красиво.
— Ещё слишком рано, — прожевав, отказалась Ника. — Лучше подождать дня три или четыре, когда я очень устану сидеть в комнате, и прогулка принесёт больше удовольствия.
— Как будет угодно, Орли, — с нескрываемым одобрением склонил голову мужчина.
— Я думаю, вам самому не стоит мне прислуживать, господин Птаний, — сделав большой глоток, проговорила девушка. — Это может вызвать удивление и нежелательные подозрения у ваших людей. Лучше присылайте самого доверенного из рабов. Только в заранее обусловленное время, и не забудьте ему сказать, что я, хотя и не говорю по-радлански, но кое-что понимаю. Подумайте, как это лучше сделать.
— Хорошо, Орли, — судя по всему, и это предложение пришлось собеседнику по вкусу.
— И у меня к вам будет просьба, господин Птаний, — гостья аккуратно вытерла платком губы.
— Всё, что только в моих силах! — пылко заверил тот.
— Я видел у вас много свитков, — сказала беглая преступница, говоря о себе в мужском роде.
— Более двухсот! — гордо вскинул подбородок хозяин дома. — Кое-что осталось ещё со времён моего добродетельного названного отца. Некоторые я приобрёл сам, другие мне подарили.
— Вы не будете возражать, если я возьму что-нибудь почитать?
— О боги, конечно, нет! — всплеснул руками отпущенник. — Всё моё собрание в вашем распоряжении! Что вам принести?
— Я бы хотел выбрать сам, — покачала головой Ника.
— Пожалуйста! — охотно согласился мужчина. — Как угодно! Я не буду запирать комнату. Как подыщите что почитать, закроетесь сами.
— Непременно, — заверила его собеседница.
Быстренько собрав посуду, владелец заведения ушёл. Пройдя вслед за ним в соседнюю комнату, девушка окинула плотоядным взглядом забитые свитками стеллажи, предчувствуя, казалось, давно забытое и навсегда потерянное удовольствие от просмотра книжных новинок в магазине.