— О боги, неужели император будет нашу Нику сватать?
…раздражённо огрызнулась:
— О боги, ну откуда мне знать?!
При этом она как-то не очень приязненно зыркнула на взволнованную племянницу.
Опустив глаза, та торопливо удалилась в свою комнату, где в который раз ощутила, как же ей сейчас не хватает Риаты. Умная, много повидавшая отпущенница, даже если бы и не помогла дельным советом, то по крайней мере могла бы выслушать жалобы покровительницы и посочувствовать ей.
Не на шутку встревоженный регистор Трениума появился примерно через час. Внимательно прочитав послание, он задумчиво потёр гладко выбритый подбородок, после чего пристально посмотрел на скромно стоявшую у колонны Нику, которая вышла специально, чтобы понаблюдать за его реакцией.
— Надеюсь, госпожа Юлиса, став принцессой, вы не забудете своих родственников?
— Что вы такое говорите, господин Септис, — с наигранным смущением потупилась та. — Я никогда не забуду, с каким радушием вы меня встретили, как заботились обо мне, как помогали вернуть наследие предков.
Внимательно выслушав её, собеседник благожелательно кивнул.
— Я очень рад, что вы так думаете, госпожа Юлиса. Не знаю, зачем я понадобился государю, но если нашим семьям суждено породниться, уверен, вы станете достойной супругой его высочеству.
— Приложу все усилия, господин Септис. — таким же напыщенным тоном объявила девушка.
— О бессмертные боги! — внезапно вскричала дребезжащим голосом Торина Септиса Ульда. — Неужели моя любимая внучка станет принцессой, а правнуки будут принадлежать к роду Тарквинов?!
— Не спугните удачу, матушка! — резко, почти грубо оборвал её сын. — Канни — самая капризная из небожительниц.
— Молчу, молчу! — испуганно охнув, старушка торопливо прикрыла рот ладонью.
До самого вечера бабуля тяжело вздыхала, что-то тихо бормотала себе под нос и виновато поглядывала на Нику.
А та весь день пыталась прийти в себя и разобраться в происходящем. Весь её жизненный опыт и элементарный здравый смысл криком кричал, что этого не может быть потому, что не может быть никогда! Даже если историю с принцем придумал тот загадочный геймер, в игре которого девушка всего лишь протагонист, то неужели он сам не замечает нелогичности и даже глупости сюжета?
Странно, но почему-то до самого последнего момента Ника надеялась, что император вызвал регистора Трениума по вопросу, не имеющему к ней никакого отношения. Вот только одного взгляда на самодовольную физиономию дядюшки с гордо вздёрнутым подбородком, на его неторопливую, вальяжную походку ухоженного породистого кота, коей он проследовал по внутреннему дворику, где его в сильнейшем волнении ожидали члены семьи, хватило попаданке для осознания тщетности своих ожиданий.
Чуть выставив вперёд правую ногу и скрестив руки на груди, Итур Септис Даум торжественно объявил:
— Его величество Констант Тарквин Лаврий оказал нам честь, попросив мою племянницу, госпожу Нику Юлису Террину, в жены своему сыну, принцу Вилиту Тарквину Ниру. Я согласился.
— Вы будете принцессой, госпожа Юлиса! — взвизгнув, вскричала Гэая, с восторгом и завистью глядя на двоюродную сестру.
— А как же господин Аварий и сенатор Юлис? — нервно усмехнулась та.
— Каким будет брак? — торопливо поинтересовалась тётушка.
— Хвала богам! — возопила бабуля, воздев к небу тощие старческие руки. — Я всегда знала, что моя внучка станет великой женщиной Радла!
— Тихо, тихо! — морщась, регистор Трениума взмахом руки заставил всех замолчать. — Помолвку назначили на праздник блистательной Ноны. К тому времени государь определит день свадьбы. По традиции рода Тарквинов брак будет либо радланским, либо священным. Это как решит император.
Ника уже знала, что согласно радланским обычаям, дочь, даже выйдя замуж, всё равно оставалась под властью отца, который имел право в любой момент развести её с супругом. Либрийская традиция отдавала жену в полную власть мужа, но вот о священном браке ей слышать не приходилось.
— Господину Аварию придётся отказать, — при этих словах дядюшка вдруг как-то сразу погрустнел. — Я отправил сенатору Юлису приглашение на ужин, где и расскажу ему обо всём, что случилось. Они с господином Аварием старинные приятели, вот пусть тот ему всё и объяснит. Ну, не могли же мы отказать самому Константу Великому?!
Тяжело вздохнув, регистор Трениума с жаром продолжил:
— Да и, как Юлис, он должен понимать свою выгоду. Вы же, госпожа Юлиса, войдёте в императорскую семью! Ваш род породнится с самими Тарквинами. Или, может быть, вам так хочется стать женой именно господина Авария?