За его спиной тихо всхлипывала Лёгкое Облако, шепча проклятия сквозь зубы. А вождь всё никак не мог понять, как такое вообще могло случиться? Неужели Владыка вод послал эту девку только за тем, чтобы убить его дочь? Мужчина скрипнул зубами. Если так, то он выбьет всё сало из толстой туши Колдуна. Как тот мог не заметить зла в Бледной Лягушке? Если бы охотники Детей Рыси разбирались в повадках зверей, как этот жирный дикобраз в магии, племя вымерло бы от голода.
— Здесь погибла моя доченька! — запричитала Лёгкое Облако, когда они вышли на поляну, посередине которой чернел толстый, обгорелый пень, словно гнилой зуб во рту старухи, почему-то подумал Белое Перо, подхватив супругу, решившую рухнуть на колени возле опрокинутой корзины. На земле чётко просматривалась полоса примятой травы, среди которой то тут, то там выделялись мелкие берёзовые листочки.
— Нам некогда, — мягко, но решительно заявил муж, увлекая Лёгкое Облако за собой. — Надо узнать, что случилось, и наказать Бледную Лягушку.
— Да, да, — закивала женщина. — Убить, её надо убить!
"Это мы всегда успеем", — подумал, приходя в себя Белое Перо.
— Я говорила, что она с самого начала невзлюбила нашу дочь, — продолжала бубнить женщина. — Но ты не слушал. Ты никогда не слушаешь.
Вождь морщился, но помалкивал. Хотя его так и подмывало заставить супругу замолчать. Никакие слова уже не помогут вернуть к жизни Упрямую Веточку. Так зачем же глупая женщина лишний раз напоминает людям о его ошибках?
— А всё Колдун! — словно услышав его мысли, продолжала Лёгкое Облако. — Какой Владыка вод? Её прислали злые духи!
— Колдун ошибся, — громко поддержал её супруг. — Не разглядел в ней зла.
Кое-кто из родичей, внимательно прислушивавшихся к разговору, одобрительно закивали.
— Может быть, его самого обманули злые духи? — робко предложил Поющий Орёл.
— Тогда он дрянной Колдун! — рявкнул Суровый Ветер. — Я просил его вылечить зуб, а он его вырвал! Ничего не умеет!
Словно по команде родичи принялись вспоминать другие промахи и неудачи толстяка. Так что, когда впереди появились вигвамы, все уже считали виноватым в происшествии именно Колдуна, не сумевшего вовремя распознать в девчонке зло.
Вдруг Лёгкое Облако, оттерев мужа плечом, бросилась бежать к священному столбу, возле которого теснилась редкая толпа, и доносился возбуждённый вопль множества голосов. Вслед за ней устремились многие женщины, и даже кое-кто из молодых мужчин. Белое Перо не прибавил шага, хотя ему тоже хотелось как можно скорее увидеть убийцу дочери.
Внезапно он с удивлением понял, что аратачи орут, размахивают руками, но не двигаются с места и никого не бьют.
— Мне! — хрипло кричала мать, потерявшая единственного ребёнка. — Дайте её мне!
Люди расступились. Прислонившись спиной к священному столбу, стояла Бледная Лягушка, а перед ней отгоняли разъярённых родичей Глухой Гром и… Отшельник!
Молодой охотник не посмел заступить дорогу разъярённой супруге вождя. Но старый заморец быстро перехватил её за запястье, присел, поворачиваясь кругом, и тучная женщина врезалась в толпу. Множество рук тотчас подхватили её, не дав упасть. Крик возмущения вырвался из десятка глоток.
— Остановитесь, Дети Рыси, — вскричал Отшельник, воздев к небу руку с зажатым копьём. — Не оскверняйте столба предков!
— Смерть убийце! — пронзительно завизжала Лёгкое Облако. Толпа вновь подалась вперёд.
Глухой Гром вытащил из футляра топорик, готовясь биться насмерть. Вождь понимал, что происходящее нарушает все обычаи аратачей, что он обязан не допустить расправу над той, которую они приняли в свой род. Но эта дрянная девчонка убила его дочь и достойна только смерти. Так чего же её жалеть?
— Не позорьте себя перед праматерью, — продолжал увещевать старик, отступая к столбу. — Великий дух не простит напрасно пролитую кровь!
И тут послышался глухой, перекатывающийся гул. Все взоры тут же обратились к затянутому тучами небу.
— Слышите!? — возопил ободрённый поддержкой свыше Отшельник. — Всё должно быть так, как завещали предки!
Не на шутку обеспокоившись громом, Белое Перо решил вернуть руководство растерянными Детьми Рыси в свои руки.
— Стойте! Судьбу убийцы должен решить Совет Старейшин.
— Я никого не убивала! — с отчаянием в голосе закричала Бледная Лягушка.
Только сейчас вождь обратил внимание на её разорванное платье, ссадины на обнажённом плече и большой, багровый синяк под заплывшим глазом.