— Хочешь умереть не больно, впусти нас, — вкрадчиво увещевал незнакомец.
— Ага! — фыркнула Фрея, вытаскивая из-под навеса копьё. — Только шнурки поглажу.
За стеной наступила тишина. То ли нападавшие гадали, что такое шнурки, и зачем их нужно гладить? То ли совещались, сообразив, что просто так в жилище Отшельника не ворваться.
— Это вам не вигвам! — презрительно буркнула девушка, тут же подумав: "А вдруг действительно возьмут в осагу? То есть, в засаду? Тьфу ты, в осаду! Еды много, от голода не умру. А от жажды?"
Фрея быстро сняла с очага котёл с уже готовой ухой и торопливо проверила кувшины. Один почти пуст, зато ко второму она даже не притрагивалась. Сама толком не понимая зачем, отнесла его в хижину. А когда вернулась, во дворе стояла тишина. Осторожно подойдя к двери, девушка заглянула в щель и тут же в ужасе отскочила, встретившись глазами с Одиноким Орехом. И без того не слишком благообразную физиономию "рысёнка" уродовали красно-чёрные полосы, проведённые от носа и рта к ушам.
С хриплым криком он ткнул ножом, стараясь достать её через узкую щель между дверью и стеной.
— Я убью тебя, Бледная Лягушка! — прошептал аратач замогильным голосом. — Выпотрошу как лесную корову.
Юноша хихикнул.
— Не боишься нарушить волю Великого духа? — попыталась улыбнуться девушка. — Он не велел лишать жизни без причины.
— У нас много причин! — парировал собеседник. — Ты унизила меня, убила Упрямую Веточку, похитила Глаз Гневной Матери. За одно это тебя живьём закопают в муравейник.
— Какой-какой матери? — криво усмехнулась она. — Я даже не знаю, что это такое!
— Не разговаривай с ней! — послышался чей-то недовольный голос. — Она может тебя заколдовать.
Одинокий Орех отпрянул, а Фрея увидела нагруженного хворостом охотника. Но кричал явно не он.
— Складывай сюда, — распорядился незнакомец, оставаясь вне поля зрения. — Долго ждать не придётся, Бледная Лягушка. Мы сожжём эту деревянную завесу и войдём. Подумай ещё раз, что лучше, быстрая или медленная смерть.
Чувствуя, как слабеют колени, девушка упёрлась тупым концом копья в землю, чтобы не упасть. Ей даже почудилось, что волосы на голове зашевелились.
— Открой и отдай нам Глаз Гневной Матери.
— Ну, если его у меня нет! — торопливо проговорила Фрея. — Может, Отшельник унёс?
— Впусти, мы поищем, — усмехнулся тот же голос. — Даже если не найдём, убьём тебя быстро.
— Нет! — вскричал Прыжок Льва. — Она должна страдать!
— Ш-ш-ш, — кажется, неизвестный заткнул ему рот.
— Да, — немного погодя буркнул охотник. — Открой нам, и умрёшь легко.
Из-за двери явственно потянуло дымком. Недолго думая, девушка схватила кувшин и вылила на брусья остатки воды. Раздалось недовольное шипение. За спиной раздался громкий, презрительный смех.
— Это священный огонь, Бледная Лягушка! — чуть помедлив, крикнул незнакомец, перекрывая треск разгоравшегося пламени. — С ним не справится твоя злая магия!
— Какая магия!!! — завизжала она, швырнув в дверь кувшин. — Оставьте меня в покое!
— Ты должна умереть! — проорал Прыжок Льва. — Так велит наш обычай! Смерть Упрямой Веточки требует мести!
Дым густыми клубами проникал сквозь щели во двор. Трое мерзавцев навалили там такую кучу хвороста, что залить её сможет только озеро или пожарный вертолёт.
— А-а-а-а!!! — заверещала Фрея, приседая и хлопая себя по ногам.
Она ринулась к выходу, но отпрянула от источавшей жар двери.
— Будьте вы прокляты! — кричала девушка, срывая голос. — Сволочи, сволочи, сволочи!!!
Бестолково мечась по двору, она споткнулась о стоявший на земле котёл и хотя не обожглась, но упала, сильно ударившись плечом. Боль немного отрезвила Фрею.
Эти люди пришли её убить. От них не убежишь, скалы вокруг поднимаются на десятки метров. С ними не договоришься. Ни оскорблённый Одинокий Орех, ни Прыжок Льва, уверенный в справедливости своей мести, не захотят её слушать. А третий… Ему нужен какой-то глаз. Наверное, тот самый бриллиант, который она нашла на поляне, где убили дочь вождя? И чтобы заполучить этот камешек, тот человек, похоже, ни перед чем не остановится.
Сколько ещё продержится дверь? Даже со стороны двора уже появились крошечные язычки пламени.
Может закидать её дровами? Аратачи наткнутся на огонь и не войдут. Вот только надолго ли их это задержит? Хворост горит гораздо быстрее, чем толстые брусья. Тем не менее, девушка подбежала к поленнице и, набрав большую охапку, вывалила дрова у входа. А когда вернулась за новой, в дверь ударили.