— Я попрошу её сшить тебе мокасины, — пообещал он на прощанье. — Если у них подходящая кожа найдётся.
И не удержался от укола.
— Ту, что подарил Одинокий Орех, ты уже извела.
— Я помню, — мрачно проговорила девушка, едва за ним закрылась дверь.
Старик отсутствовал достаточно долго. Так, что она успела нагреть воды, быстренько-быстренько сполоснуться прямо в хижине и даже высушить волосы у печки. Потом Фрея долго их расчёсывала подаренным гребнем, смотрясь в тусклое серебро кувшинчика.
Изведя весь запас воды на гигиену, она отправилась к ручью, а когда вернулась, застала у дверей недовольного хозяина.
— Где ты шляешься? — очень невежливо поинтересовался тот и, не дожидаясь ответа, скомандовал:
— Пошли!
— Куда? — насторожилась девушка, снимая с плеча связанные верёвкой кувшины.
— В вигвам Медвежьего Уха, — нетерпеливо пояснил старик. — Снежный Ландыш снимет с тебя мерку.
Пришлось второй раз за день спускаться в долину. Отшельник с зятем остались беседовать у костра о своих важных мужских делах, а женщины забрались в жилище.
— Разувайся, — распорядилась аратачка, доставая из корзины свёрнутую кожу. — Ставь ногу сюда.
Стянув кроссовку и аккуратно размотав портянку, Фрея поставила ступню на кусок выделанной оленьей шкуры, в душе радуясь, что это происходит после помывки, а не до. Не то, чтобы запах от её ног мог ещё сильнее испортить воздух в вигваме, но всё же.
Снежный Ландыш обвела её угольком.
— Теперь вторую.
Потом вырезала острым кремнёвым ножом две подошвы. Глядя, как у неё это ловко получается, девушка не удержалась от удивлённого восклицания.
Женщина пристально взглянула на неё.
— Вот чему тебе надо учиться, а не дротики метать.
Фрея молча натянула кроссовки.
— Одумайся, пока не поздно, — с тихой жалостью продолжала увещевать Снежный Ландыш. — Оставь охоту мужчинам, стань хозяйкой вигвама, расти детей.
— Ещё бы найти от кого, — хмыкнула девушка.
— Разве среди Детей Рыси нет достойных охотников? — нахмурилась собеседница, и взгляд её стал подозрительно-злым.
"Вот свинство! — мысленно взвыла Фрея. — Дёрнуло же меня за язык! Теперь тётка обидится за дискредитацию соплеменников и не станет шить обувку."
И тяжело вздохнув, проговорила:
— Я хотела стать женой твоего отца. Но он отказался.
Приоткрыв от удивления рот, аратачка захлопала глазами.
— Что?
— Я предложила Отшельнику стать хозяйкой в его каменном вигваме, — тщательно выговаривая слова, словно малому ребёнку, повторила девушка, с удовольствием наблюдая за обалдевшей собеседницей. — Но он не захотел.
— Мой отец слишком стар! — раздражённо проворчала Снежный Ландыш.
— А с копьём управляется не хуже молодых, — усмехнулась Фрея.
— Это ещё с каким? — подозрительно нахмурилась аратачка.
— Спроси у него сама, — ехидно улыбнулась девушка на прощание.
— Отшельник! — окликнула она наставника. — Я пойду. За печкой надо приглядеть.
— Иди! — не глядя, махнул рукой тот, продолжая о чём-то оживлённо беседовать с Рваным Ухом.
Фрея в прекрасном настроении шла по стойбищу, вежливо приветствуя попадавшихся навстречу мужчин и женщин и не обращая внимания на кричавших какую-то дразнилку детей, зная по собственному опыту, что им всё очень быстро надоедает. Вот и сейчас, не успела она добраться до крайних вигвамов, как те отстали, отыскав более интересное, с их точки зрения, занятие.
С удовольствием вспоминая озадаченную физиономию дочери заморца, девушка едва не вздрогнула, услышав позади:
— Стой, Бледная Лягушка!
"Ну, кто тут ещё?" — буркнув себе под нос, обернулась Фрея, и почти погасшая улыбка вновь осветила её лицо.
Громко шлёпая по раскисшей земле, к ней торопился Рог Барана, что-то прижимая к груди.
— Ты куда пропал? — спросила девушка. — Я два дня рыбу с собой носила. Хотела тебя угостить.
— Да не люблю я её! — махнул свободной рукой парнишка. — И некогда было.
Только теперь Фрея заметила, что он несёт двух связанных за лапки тетёрок.
— Охотился? — уважительно проговорила девушка, кивнув на дичь.
— Нет, — покачал головой "рысёнок". — То есть, да. Ну, это я тебе. Вот.
Сразу же посуровев, Фрея убрала руки за спину.
— Я знаю обычаи Детей Рыси и не возьму их.
— Почему? — набычился подросток, выпятив нижнюю челюсть.