— Плот, — невозмутимо ответила она. — Снежный Ландыш верёвку длинную дала. Вот я и не удержалась. Рыбки свежей хочется. Да и ты от неё не откажешься. Так ведь?
— Вот глупая девчонка! — в сердцах плюнув, покачал головой наставник. — Я уж решил тебя искать. Утром ушла, и до сих пор нет. Хоть бы пришла и предупредила.
— Зачем? — удивилась ученица, затягивая узел. — Я же буду охотником. Значит, должна привыкать к самостоятельности. Не вечно же ты со мной возиться будешь? Скоро в вигвам "рысят" идти, а там придётся рассчитывать только на себя.
Она пододвинула новое бревно. Смутившийся старик крякнул, упёр тупой конец копья в землю и погладил бороду чуть дрогнувшей рукой.
Почувствовав его волнение, Фрея отвела глаза.
— Если со мной что-то случится, тебе же легче. Не надо никого учить, со старейшинами договариваться. И перед Глухим Громом просто оправдаться. Прости, мол, храбрый охотник, так получилось.
Послышался странный, булькающий звук. Она подняла голову. Уж не случилось ли чего с её драгоценным наставником? Побледнев, как снег, тот стоял, беспомощно разевая рот и хлопая глазами.
— Ах ты… дрянная девчонка! — рявкнул он, шагнув к ней с копьём наперевес.
Вскочив на ноги, Фрея отпрыгнула в сторону.
— Чего шумишь? Сам говорил, что правду не убьёшь!
Заморец поднял оружие и перевёл дух.
— Ты на самом деле так думаешь?
— Как ты меня учил, — усмехнулась девушка. — Ничего другого в голову не приходит.
Густые брови сошлись к переносице, глаза вспыхнули опасным огнём, под седой щетиной на лице заходили желваки.
— Убить меня хочешь? — стараясь сохранить спокойствие, спросила она. — Или прогнать?
— Надо бы, — глухо пророкотал Отшельник. — Но не стану. Живи… дурой!
С этими словами старик, развернувшись, зашагал прочь, а девушка, сев на недоделанный плот, перевела дух. — Думала, прибьёт.
И усмехнулась.
— Нет, не догнал бы!
Кроме всего прочего жизнь здесь отучила её переживать по поводу того, что могло случиться. Завязав последний узел, отрезала оставшийся кусок верёвки. Пригодится. Взглянула на солнышко, уже коснувшееся верхушек нижним краем. Кажется, есть возможность кое-что вынести из дома заранее. Несмотря на усталость, Фрея припустила бегом, остановившись только у ограды. Дверь оказалась заперта.
— Эй, Отшельник! — крикнула она, уперев руки в бока. — Открывай!
"А в ответ — тишина", — неожиданно всплыло в памяти.
Девушка заколотила по брусьям кулаками.
— Хочешь оставить меня в лесу? Эй, хоть копьё дай! Неужели так, без оружия и припасов бросишь?!
Вновь никакого ответа. Она наклонилась, собираясь расшнуровать кроссовки и лезть на стену, когда из-за стены донеслись шаркающие шаги.
— Открой! — вскричала Фрея, стараясь разглядеть заморца в щель.
Дверь рывком распахнулась. Не глядя на ученицу, Отшельник зашагал к хижине, бросив через плечо:
— Не мешай мне!
"Это я удачно зашла!" — хмыкнула про себя девушка, провожая наставника долгим взглядом.
Было бы непростительной глупостью не воспользоваться таким подарком судьбы. Первым делом метнулась в кладовую. У неё имелся небольшой запас продуктов, но прихватить ещё не помешает. Быстро срезала два куска жирной кабанятины без костей. Нечего лишний груз таскать. Глухой Гром перед охотничьим походом принёс ей в подарок задний окорок молодой свинки. Так же взяла копчёной рыбы, завернула всё в старый плащ заморца, который вчера вывесила просохнуть на солнышко.
Обеспечив себя едой, отыскала в одной из корзин четыре стальных полосы, оставшиеся от колёс кресла. Всё остальное старик хранил в сундуке, ключ от которого всегда носил на шее. А жаль, прутки из нержавейки, железные трубки и прочие мелочи могли бы пригодиться на новом месте. Хотя бы в качестве "обменного фонда". Не ударься Отшельник в самоизоляцию, Фрее оставалось бы только вздыхать с завистливым сожалением. Теперь же девушка решила, раз наставник оставляет себе что-то, принадлежащее ей, ученица имеет полное право взять что-то его.
— Справедливо, — пожала плечами она, оглядывая двор.
К сожалению, корзина с металлическим инструментом стояла под навесом как раз напротив единственного окна. Стоит старику бросить случайный взгляд, и сразу могут возникнуть весьма неудобные вопросы.
Прижимаясь спиной к холодным камням хижины, Фрея подобралась к окну. Изнутри доносилось еле слышное бормотание. Прислушавшись, она догадалась, что это Отшельник говорит на радланском. Часто, отчитывая её за какой-нибудь поступок или читая очередную нотацию, заморец, очевидно для полноты впечатления, приводил мудрые изречения своего народа, предварительно произнося их на родном языке.