«Только попробуй! — шептала про себя девушка, медленно закипая. — Тоже по морде схлопочешь!»
К счастью или нет, дальше угроз дело не пошло. Да и у неё стало получаться. Наука не хитрая. Главное, не перестараться. Лучше стукнуть ещё раз.
Тем не менее, Маема продолжала фыркать и причитать при каждом неловком ударе. И так по поводу всего, чего бы Фрея ни делала. Чтобы хоть как-то отвлечься от мыслей о невесёлой перспективе, провести долгие года в обществе злобной старухи, она учила слова и пыталась приспосабливаться к окружающей действительности.
Местные стали к ней потихоньку привыкать. Теперь ребятишки уже не бегали за ней шумной стайкой, а женщины не провожали долгими, оценивающими взглядами.
Немного удивляло отсутствие старика. Но к вечеру появился и он. Вдвоём с каким-то «индейцем» принесли две большие охапки гибких прутьев и свалили возле вигвама.
Эту ночь, как и последующие, девушка спала напротив хозяек, занимая то же место, что и в жилище Ясины.
А утром она увидела, зачем хозяину столько прутьев. Усевшись на траву, он занялся плетением корзин. Немного погодя, к нему присоединился второй мужчина, отличавшийся странной, прихрамывающей походкой.
Фрея с интересом наблюдала за ними, заметив, те же странные пятная на тыльной стороне ладони. Похоже они имелись у всех мужчин. «Откуда он взялся?», — подумала девушка. — «И что это такое?»
Но ответ на это вопрос ей отыскать не дали. Маема погнала их с Поломой за водой. Новый день оказался ещё более наполнен новыми впечатлениями.
Охотники принесли в селение четырёх оленей. Шкуру одного из них отдали Инрану. Теперь её предстояло обработать. После своего короткого пребывания в гостях у Ясины, Фрея немного представляла себе, как это делается. Вначале они растянули шкуру на земле, закрепив вбитыми колышками. Потом Полома взяла короткий нож и стала соскабливать с внутренней поверхности плены, жир, изредка встречавшиеся крошечные кусочки мяса, которые тут же отправляла в рот. Девушка обрадовалась, решив, что ей уготована роль зрительницы. Но женщина торжественно вручила Фрее инструмент, знаком предлагая сменить её за этой увлекательной работой. Убедившись, что девушка поняла всё правильно, Полома стала разделывать кусок мяса, который им принесли охотники.
Очень скоро пальцы Фреи сделались такими жирными, что кожа из них выскакивала, нож оказался безобразно тупым, а настроение паршивым.
Сама не понимая как, она умудрилась проколоть в шкуре дырку. Совсем маленькую, но вызвавшую бурю негодования. И как только Маема её углядела? Старуха кричала, брызгала слюной из беззубого рта, опять махала руками у лица девушки. Грязная, провонявшая жиром Фрея чуть не расплакалась от усталости и обиды. Одновременно чувствуя, как пальцы крепко стискивают осклизлую от сала рукоятку ножа.
Хорошо, что в этот момент появилась отлучавшаяся за водой Полома. Передав кувшин отцу, не обращавшему никакого внимания на вопли супруги, она быстро подошла к матери, и приобняв её за плечи, что-то тихо сказала.
Тут Маема стала ей жаловаться, смахивая несуществующие слёзы и кивая на Фрею. Выслушав мать, Полома осторожно взяла у девушки нож, передав его старухе, которая тут же взялась скоблить шкуру.
А они пошли в лес. По дороге женщина ей что-то говорила. То и дело мелькало имя Маемы. Наверное, она то ли извинялась за свою мать, то ли как-то объясняла своё поведение. Девушка уже выучила кое-какие слова, но по-прежнему почти ничего не понимала из быстрой речи «индейцев».
Шли долго, пока Полома не привела их в сырую лощину, где предстояло набрать полные корзины мха. Его завернули в шкуру, предварительно густо полив мочой. Участие в этом процессе приняли все обитатели вигвама, а также хромой мужик, который вместе со стариком плёл корзины. Только Фрея отказалась. Впрочем, хозяева не настаивали. Этот благоухающий ком уложили в корзину и отнесли в вигвам. Просто удивительно, как там после этого вообще можно будет дышать?
Девушка мрачно оглядела заляпанные джинсы, рубашку, покрытую сальными малосимпатичными пятнами, грязные в царапинах руки.
Когда мать с дочерью вышли, Фрея попыталась им объяснить, что ей нужно помыться и постирать одежду.
Маема сразу же принялась кричать. Но Полома, отведя девушку в сторону, стала переспрашивать, изо всех сил стараясь понять, чего та хочет.
Вдохновлённая таким искренним, благожелательным вниманием, Фрея пустила в дело все известные ей слова, подкрепив их знаками, мимикой и прочей пантомимой.