- Все знают, что Корявый Дуб - искусный охотник и опытный следопыт, - поспешил вмешаться вождь. - А кто не доверяет его глазам, пусть сходит и посмотрит сам.
- Может её привезли по реке? - предположил Умный Бобр. - Высадили и уплыли.
- Куда? - усмехнулся воин. - В озеро впадают три речки, достаточно широкие, чтобы могло пройти берестяное или кожаное каноэ. - Устье одной из них так заросло камышом, что любая лодка должна будет оставить следы. Остаются только две. Одна течет с востока от Костяного хребта, другая - на запад к Маракане.
- Но мы сами пришли оттуда, - задумчиво проговорил Широкий Поток. - Значит, надо идти к горам и там искать её народ?
- Там чужих нет, - уверенно заявил старейшина Черных Рысей.
- Почему? - вскинул брови Умный Бобр.
- Дети Кабана были у нас в начале лета и не говорили, что за горами появились какие-то новые люди, - наставительно проговорил Мудрый Камень.
- Они могли появиться позже, - упорствовал старейшина рода Серых Рысей.
- Отшельник ушел за Костяной хребет, - напомнил, вступая в разговор, вождь. - Если бы нам угрожала опасность, он бы обязательно предупредил.
- Какая опасность? - насмешливо фыркнул глава рода Черных Рысей. - Девчонка?
- Я имею ввиду её народ! - повысил голос Белое Перо. - Который может быть опасен для Детей Рыси!
- Одна девчонка еще не народ! - парировал собеседник.
- Только вот непонятно, откуда она взялась? - беря себя в руки, усмехнулся вождь.
- Если нет никакого объяснения, - наставительно проговорил Мудрый Камень. - Значит, тут замешана магия.
- Колдун уже сказал, что она человек! - сердито напомнил Белое Перо.
- А вдруг он ошибся?
Все взоры тут же обратились на толстяка.
Тот сидел, глядя на огонь полуприкрытыми глазами и скрестив руки на груди, теребил любимый колокольчик.
- Ты чего молчишь?! - рявкнул глава племени.
- Не кричи, вождь, - разлепил крепко сжатые губы старик. - Она человек. Это точно.
- Тогда откуда она взялась! - начал терять терпение Белое Перо, всегда с недоверием относившийся к магическим способностям Колдуна.
- Да он сам ничего не знает! - прорезал сумерки звонкий голос.
Толстяк встрепенулся, с юношеской прытью вскакивая на ноги.
- Я не учу вас выслеживать дичь и стрелять из лука! - крикнул он, потрясая кулаками. - Почему же любой сопляк норовит мне указывать?!
- Никто не хотел тебя обидеть, - примирительно заявил вождь, стараясь определить, кто это из молодых воинов такой языкастый.
- Всем известна твоя мудрость, - поддержал его старейшина рода Серых Рысей.
- И твое терпение, - добавил Мудрый Камень.
Колдун расправил жирные плечи.
- Приведите её. Я спрошу предков, кто она и как тут оказалась.
- Глухой Гром, сходи за женщиной, - распорядился Белое Перо.
- Она около моего вигвама, - подсказал Лосиный Рог.
Пока молодой охотник отсутствовал, Колдун с учеником занялись приготовлениями. Рядом с большим костром развели маленький, уложив на горящие угли охапку плотных темно-зеленых листьев. Старик одел ярко раскрашенную маску, а помощник взял в руки бубен и колотушку.
Со вчерашнего дня, когда вождь последний раз видел Фрею, она мало изменилась. Только глаза казались не столько испуганными, сколько озлобленными.
Нервно дернув плечами в ответ на легкий тычок Глухого Грома, молодая женщина шагнула к костру. Толпа охотников молча сомкнулась у неё за спиной.
Она окинула старейшин быстрым, ничего не выражающим взглядом, на секунду задержавшись на фигуре Колдуна, склонившегося над маленьким костерком и полной грудью вдыхавшего густой дым.
В повисшей тишине под прицелом сотен глаз Фрея стояла, нервно потирая руки, потом сунула их в разрезы на штанах.
Утром Лосиный Рог принес их, чтобы показать необыкновенные штуковины из множества металлических частичек, обладавших свойством крепко сцепляться между собой. Колдун тогда до хрипоты спорил с озабоченным охотником, доказывая, что в них нет никакой магии, а если и есть, то самая слабая и не опасная. А вождь обратил внимание на эти прорезы в штанинах, не понимая их предназначения. Если в задние еще можно что-то положить, то передние для этого слишком маленькие.
Теперь стало понятно. У народа Фреи туда принято прятать руки, чтобы скрыть волнение. Но это очевидный признак слабости.
Кто-то из старейшин недовольно засопел. Да и Белому Перу поза молодой женщины показалась слишком вольной. По всему видно, что она просто не уважает Совет! Или не понимает, куда её привели?
Вдруг колдун что-то резко выкрикнул, воздев руки к небу. Помощник стал бить в бубен колотушкой, обтянутой шкурой рыси. До вождя дошел резкий, неприятный запах горелой травы, помогавшей общаться с духами. Старик затрясся всем телом, бормоча что-то бессвязное. Еще раз склонился над чадящим костерком. Шумно втянув носом воздух, внезапно одним прыжком вскочил на ноги. Ударили деревянные трещотки, звякнул колокольчик.
Колдун начал мелкими шажками приближаться к девушке. Та попятилась, но охотники грубо толкнули её назад. Толстяк завыл, раскачиваясь, глухо стучали брекотушки. Вытянув руки, словно собираясь кого-то ловить, он стал обходить вокруг Фреи.
Молодая женщина пристально следила за каждым его шагом, присев и прижав к груди сжатые кулачки.
Сделав круг по ходу солнца, Колдун пошел прямо на неё. Вдруг девица резко выбросила вперед правую руку. Дети Рыси охнули! Вождь застыл с открытым ртом. Старейшина рода Рыжих Рысей едва не свалился, а ученик сбился с ритма, пропустив несколько ударов.
Никогда еще ни одна женщина не поднимала руку на мужчину, тем более на Колдуна.
Белому Перу показалось, что толстяк только чудом увернулся от крепкого кулачка, летевшего прямо в прикрытое маской лицо.
- Держи её!
Сейчас же несколько молодых охотников крепко вцепились в Фрею.
Та отчаянно задергалась, что-то крича и пытаясь достать обидчиков ногами. Причем пару раз это ей удалось.
- Да уймите вы её! - вновь закричал не на шутку встревоженный вождь.
Он знал, что колдовство ни в коем случае нельзя прерывать, что только стук бубна связывает душу человека, ушедшего в незримый мир духов, с его телом. Прекратится размерный звук, и племя лишится Колдуна. Хорошо еще, что ученик понял это и теперь отчаянно колотил по натянутой коже.
Оказавшийся рядом Глухой Гром два раза хлестнул дерзкую девицу ладонью по лицу. Она что-то крикнула, пытаясь плюнуть в лицо молодому воину. Вспыхнув, тот неловко ударил её в живот. Громко заскулив, Фрея повисла на руках воинов.
Колдун заухал, кружась на одном месте, словно старый филин в глухой чаще. А едва молодой охотник отступил в сторону, бросился на девицу. Та дернулась, но старик уже крепко вцепился обеими руками в её короткие волосы, раскачиваясь и что-то вереща. Вырвав клок, бросился к почти затухшему колдовскому костерку. Никогда не видевшие ничего подобного охотники наблюдали за происходящим, раскрыв рты.
А толстяк вновь стал с шумов вдыхать дым, махая руками, словно подгребая к себе обрывки грязно-белых струй.
Белое Перо бросил взгляд на девушку. Та уже не висела на руках, а покачиваясь, стояла. С носа и губ свисали длинные тягучие капли, щеки блестели от слез, набегавших на оскаленный рот, глаза горели гневом.
"А она сильная", - с невольным одобрением подумал мужчина.
Громкий крик Колдуна привлек его внимание. Вскочив, толстяк тяжело рухнул на землю и забился в конвульсиях.
Помощник, отложив бубен, бросился к нему, сорвал маску и, кряхтя, помог сесть. Старика стошнило, но дрожать он перестал, оглядываясь вокруг ошалелыми, мутными глазами.
- Чего ждете? - рявкнул Белое Перо. - Дайте ему воды!
Молодой охотник принес заранее припасенный кувшин. Колдун пил долго, смакуя каждый глоток, словно стараясь растянуть удовольствие.