Теперь Вита не могла уже вспомнить, кому из ее подруг пришла в голову идея осуществить страшную месть Хильде Петровне.
Здесь нужно кое-что объяснить. Кинопленка очень чувствительна к механическим повреждениям, поэтому работы с ней по инструкции должны были производиться в специальных белых хлопчатобумажных перчатках. В реальности же пользоваться ими было невозможно, потому, что перчатки были одного самого большого размера. Вот такую перчатку в один из вечеров, перед уходом домой монтажницы набили ватой и подвесили на нитке сверху в дверном проеме, примерно на уровне головы входящего.
На следующий день, как обычно, будучи с бодуна в плохом настроении, Хильда Петровна, как злобная фурия влетела с утра в монтажную. Дабы разрядиться посредством очередного громкого разноса.
Страшная месть свершилась!
А страшной она оказалась еще и потому, что голову фурии всегда украшал модный тогда парик, и когда белая хлопчатобумажная рука ласково провела ладонью по начальничьей голове, парик свалился на пол, обнажив почти голый череп, местами покрытый легким светлым пухом. Зрелище, прямо скажем, не для слабонервных.
Жестокость этой глупой шутки Вита осознала гораздо позже, когда извиниться было уже невозможно. Вита не вспомнила, чем закончилась эта история, но если бы чем-то серьезным, то, наверное, в памяти всплыли бы ее последствия. Как ни странно преследования начальница прекратила и давала монтажницам исключительно хорошие характеристики.
А характеристики были очень нужны, потому, что тогда же три Лены, Галя и Вита впервые побывали во время отпусков за границей, естественно в странах социалистического лагеря.
К середине восьмидесятых к социалистическим относилось пятнадцать стран, среди которых наиболее популярными у советских туристов были Болгария, Венгрия, Румыния, ГДР, Польша и Чехословакия. Капиталистические страны в те времена посещали избранные. Всем остальным преграждал дорогу железный занавес. Через него не могла бы пролететь даже птица.
Собрав массу справок и справочек, тщательно проверенный всеми полагающимися органами и инстанциями, потенциальный турист, который «никогда, ничем, нигде», перед отъездом подвергался строгому инструктажу, усваивая простые правила – больше трех не собираться, меньше трех от группы не отрываться. Выпускали из страны далеко не всех без объяснений. Боялись невозвращенцев.
Короче, «Руссо туристо – облико морале».
Надо было видеть, как трепетно компания собирала счастливицу, выезжавшую за рубеж. Девушкам не хотелось за границей ударить в грязь лицом. Да и «за державу было обидно». Без сомнений и жалости отдавали самые красивые вещи из своего гардероба, кто сумочку, кто кофточку, кто босоножки. Одни и те же вещички побывали в разных странах, часто отдельно от своей хозяйки.
Монтажницы даже одевались тогда не как «инкубаторские» – неприметно, скромненько, серенько, а в своем, присущем только компании стиле. Многие вещи были мастерски связаны или сшиты своими руками. Сиротский ширпотреб брежневской эпохи искрометная фантазия превращала во вполне приличные вещи, как им тогда казалось. Отправляясь впервые за границу, девчонки самоуверенно надеялись «взлохматить» старушку Европу, но кудри встали дыбом у них самих.
Первые поездки за границу принесли шок. Прилавки магазинов в странах социалистического лагеря ломились от изобилия дефицитных на родине товаров народного потребления. Там лежали вещи совершенно непохожие на те, что продавались в советских магазинах. Продуктовые витрины вызывали шок и растерянность от огромного ассортимента сыров, колбас и многого такого, чего отродясь не видали на родине, да что лукавить, даже не предполагали, что такая еда существует. В гостиничных номерах все бесперебойно работало: краны, души, унитазы, освещение, кондиционеры, все включалось и выключалось. Это как так-то? Все это приводило аскетичных русских туристок к симптомам тихого помешательства.
Надо заметить, что они были не одиноки, все советские туристы за границей были полными папуасами. Начать с того, что провозили в багаже кипятильники, консервы, сухое печенье. Сами таскали свои чемоданы, чтобы не платить носильщику. Не позволяли себе такие маленькие удовольствия, как прохладительные напитки или мороженое. Скудные задекларированные средства экономили на подарки родным. В ступор приводило многое. Даже внешне «руссо туристо» сильно отличались от остальной туристической массы своим неповторимым колоритом.