Язычники (какие-то) в одном из набегов (ок. 999 г.) захватили Лысую гору (где-то). Крутые обледенелые склоны непреодолимы для конницы. Язычники, считая себя неуязвимыми, насмехались, приглашали на поединок.
Вызов принял рыцарь Ястшембчик, впечатленный верой и славой Божьей. Придумал подковы, подковал коня, преодолел неприступные склоны, сошёлся в поединке с силачом-язычником, захватил его в плен. Подал пример другим воинам, которые, подковав своих коней, поскакали на ледяную гору и выбили врага.
Военно-техническая инновация - до подковы додумался!, принесла победу и была вознаграждена: рыцарь получил от короля герб. На щите подкова с крестом, шлем, на шлеме - ястреб.
По мнению историков, род древний и процветал в Польше ещё во времена языческих монархов. Штурм ледяной горы в конном строю историков не смущает.
***
Ни род, ни конкретный Одолай ощущения надёжности не вызывали. Увы, у принцессы не было выбора. Командовать воинством правительницы должен высокородный. А этот, хоть ленив, глуповат и сразу глазки начал строить, но не вреден, не злобен, не сильно противен на вид и на запах. Золотая подкова на голубом поле с ястребом и шлемом в стране известна и уважаема. Хорошенький мужчинка под славненьким стяжиком.
Можновладцы принцессу игнорируют. Хотя она ещё ничего никому не сделала. Те кланы, у которых поместья в Мазовии - прямо враждебны.
Ястшембцы рискнули, кинули Одолая принцессе. Ежели что: любовь-морковь, никакой политики. Молодой парень, увидел-воспылал. Отдайте его взад, накажем по попке розгой. А вот ежели наоборот, то... фаворит регента... перспективы...
Парню сразу дали чин комеса (воеводы), наградили высочайшей улыбкой, добавили несколько человек из моих для практической работы с новобранцами, и принялись набирать добровольцев в Его Высочества Великого Князя Краковского личный полк.
С юга вдоль Вислы шла Силезская армия.
Долговязый повторил ошибку принцессы: потеря темпа.
Резво занял Краков, сданный местной знатью. Простонародье, побуждаемое краковским клиром, вышибло из города Вернера.
Ура! Победа!
И... завяз.
Подобно Изе Давайдовичу, выбившего десятилетием ранее Ростика из Киева с помощью своих должников, о чём я уже..., Долговязый был вынужден разговаривать, являть милость, отмечать достойных, награждать лучших... Сил хватило послать отряд в Сандомир. И всё.
Подходили подкрепления, шла консолидация, возносились молебны и приносились клятвы...
Всё - нужно, полезно. Но главное - добивание противника - не делалось. Хуже: вообще не считалось важным.
К принцессе отношение... презрительное. В Кракове помнили её по предыдущим годам замужества. Что-то... серенькое, неинтересное, не самостоятельное. Овца. Её прежняя униженность, забитость исключали уважение. И, соответственно, опасение. Слухи о её роли во взятии Минска отметались как небылицы, танцы в Сероцке с ней не связывались. Все уверены, что принцесса испугается и убежит на Русь. А русские... Они же рабы! Побегут следом.
В Кракове обсуждалось важное: как поделить имущество покойных крестоносцев, сколько новый король позволит оторвать от королевского домена. А с этой... Послать сотню слуг, они плетями разгонят русский сброд. Если он сам прежде не разбежится.
Сброд не разбегался.
-- Доброе утро, панове.
Утренний совет в домике настоятеля церкви св.Троицы в Завихосте.
Такие собрания стали для принцессы необходимы. Без разговоров с приближёнными, потока новостей, обсуждений, принимаемых решений она чувствовала себя одинокой, брошенной, беззащитной. Общение создавало иллюзию активной деятельности, успокаивало.
Золотоволосый успокоитель души и тела помог принцессе усесться за столом, ласково улыбнулся, весело приземлился рядом на лавку и дурашливо поинтересовался:
-- Что, паны рады, небо и нынче на землю не упало?
Миссионер вежливо улыбнулся в ответ:
-- Небо? - Нет. Но в мире божьем есть и иные не туда падающие предметы.
И протянул принцессе пергаментный конвертик. Послание вскрыто, печать болтается на разрезанном шнуре. Судя по гербу на свинце - Одалай.
-- Это... это ж моё. Откуда?
Протянул руку к грамотке, сидевший рядом Федя грустно сказал: э-эх, перехватил руку и левой несильно ткнул тыльной стороной кулаком в нос. Бедняга попытался свалиться с лавки, но его поддержали: два парня, недавно проявивших себя в Сероцке не лучшим образом в подобной ситуации, вошли в охрану принцессы и за прошедшее время существенно повысили уровень своего профессионализма.
-- К палачу? - вежливо поинтересовался Миссионер.