- Так ты сама сделала это открытие? - Поразилась женщина. - Это был даже не врач?..
- Я долго не догадывалась, что это же можно сделать просто зубами...
- Матерь Божья... Ларочка, милая моя, лапушка... Успокойся, всё давно закончилось! - Опекунша попробовала унять девочку.
- Ошибаетесь, Мая Михайловна... Всё только начиналось... Когда я приехала в училище, там по ночам было не на много лучше... Взрослые, они тоже люди и не всегда стоят рядом с тобой днём, и уж тем более ночью... Тех, кто из семьи - не трогают, побаиваются, но детдомовских... Оказалось, что насилуют даже мальчиков-младшеклассников...
- Шура,.. - в ужасе прошептала Лида, присев к сыну на пол, - ты же их куратор! С этим же что-то нужно делать?.. Они же дети, а их так калечат, да ещё и безнаказанно...
Саша молча качнул матери головой. Из своей комнаты выглянули Павел с Ириной и застыли в дверях от открывшегося вида. Казалось, что крепко остался спать только молодняк на чердаке, но это только казалось. Балетные девчонки руками останавливали, тех, кто пытался спуститься вниз. Мадина собой преградила путь Игорю Ивановичу со словами:
- Там уже и без вас хватает народа.
- Я должен это услышать, что бы чем-то помочь. Не беспокойся, я только подойду к люку. - С этими словами Игорь аккуратно взял Мадину за плечи и нежно, но настойчиво отодвинул её в сторону.
- В какой-то момент я поняла, - Лялька от перехлёстывающих её эмоций и слёз стала заикаться на каждом слове, - что мне нужно себя изуродовать, что бы перестать привлекать к себе внимание такого рода... Я заметила, что насилуют только симпатичных. Я была согласна на что угодно, только ни на это, потому что поняла - ту боль невозможно выдержать с нормальной психикой. Девушка покончила с собой, потому что не в силах была терпеть такое унижение... Ведь они приходили бы снова и снова, а днём потешались бы над ней при всех, предлагая её другим... И другие тоже приходили бы... Перед тем как себя обезобразить, я долго смотрелась в зеркало, пытаясь запомнить свое лицо нормальным,.. а потом на-ачала пробовать, как можно выглядеть страшнее всего... Оказалось, что с зализанными, сколотыми волосами без чёлки, засаленными кремом для рук я уже выглядела как ушастый замызганный подзаборный уродец. Вот так я стала вести жизнь мерзкой крысы... Когда меня ни кто не видел, я подходила к зеркалу, вглядывалась в свои глаза и пыталась понять - я ещё человек; я ещё смогу вернуться оттуда?.. Меня спасал только собственный мир, в котором танцевала... Однажды пришла в голову мысль: если смогу встать и простоять на шаре хоть две-три секунды на одной пуанте, я смогу преодолеть в этой жизни всё и с маниакальной страстью работала над этим!.. Больше всего пришлось потрудиться над пуантами. Они всё время соскальзывали. Идея пришла неожиданно. Оказалось, что бы устоять на шаре нужны две вещи: застопорить мяч в кольце и носок пуанты обтянуть резиной или пропитать подходящим клеем. Когда мне это удалось - в зеркале я увидела горящие от счастья глаза и поняла, что даже в шкуре жабы можно выжить, если занимать любимым делом... И я стала жить только этим и ради этого, мысленно расписав всю свою жизнь до самой пенсии.
- А дальше? - Автоматически спросила Мая Михайловна.
- У меня не было в программе пункта "дальше".
- Ла-а-ара! - Пришла в тихий ужас опекунша.
- У меня н-не было пунктов: любимый муж, семья, дети... Потому что, на фоне таких событий я о мужчинах вообще не могла думать. Мне была противна сама мысль об этой стороне человеческой жизни. Я не видела ни чего хорошего в ней. Мне казалось, что с уходом родителей нормальный мир перестал существовать. Он рухнул как разбитое зеркало и за ним оказалась помойка.
- Ла-ма-ара! - Мае Михайловне только и оставалось, что качать головой, лаская и успокаивая девочку насколько это возможно.
- Я вам очень благодарна, за такой сказочный подарок: вы подарили мне возможность иметь свою кошку - самую удивительную кошку на свете, свой глобус, свой диван, даже выделили свою комнату доме, но это ещё не всё. Вы даже не подозреваете, что вернули мне все краски мира, потому, что до этого я долгое время видела мир в чёрно-белом цвете и практически не различала запахов, вкусов привычной еды. Может именно ваши пироги вернули мне эту сказку, может вами поданный мячик для игры с собакой, может шершавый язык Блэкура; а может бессонные ночи всего вашего семейства у моего тела. Я даже без страха смогла показать своё не изуродованное лицо вашей семье. Не знаю, в какой момент случилась эта сказка, но я невероятно благодарна вам, что такое чудо вообще со мной случилось. Только любая сказка должна вовремя кончаться, что бы она не превратилась в очередной кошмар. Мне действительно лучше не переезжать с места на место, потому что в каждом новом месте, закрывая ночью глаза, вижу жуткий столб света и пропадающее в дыму лицо несчастной девушки. Я изуродована морально до без-зумия. Меня нельзя назвать девочкой в том понимании, какое вы в него вкладываете! Верните меня, пожалуйста, обратно в училище и забудьте. Вам уже не вытащить меня из этого болота, я всё равно в нём утону рано или поздно...