За головой свистнул ветер, сыпанул дождем в спину, под воротник снова поползли ледяные капли.
Мишка укрепился как мог, расклещился, выворачивая для равновесия туловище и втискивая ногу в прутья ступеньки. Вытащил из левого кармана связку ключей. Примерился, щурясь, и размахнувшись, забросил шнурок в промежуток между двумя ступеньками, что висели над вырванной секцией.
Сердце стукнуло, легкие сами сжались, выжимая из груди воздух. Попал! Мишка расслабился, держа между пальцев шнурок, как держат за крылья бабочку. Тихонько. Чтоб не зацепился за корни, торчащие из глины. Чтоб тяжелая связка сама тянула его вниз. Отлично, что я такой раздолбай, возрадовался Мишка, и не отрезал кусище шнура, и отлично, что Ксенька шить не умеет, одежду мою не трогает!
Ключи послушно опускались, шнур тянулся между пальцев, вот натянулся, не в силах потащить за собой привязанный к шнурку канат. Но это уже и нестрашно, знал Мишка, вот она связка, болтается над головой, еще бы немножко опустить...
Но не вышло. Ключи, еле видно бликуя, качались сильно выше поднятой руки, а канат не желал подтягиваться следом, даже когда Мишка стал подталкивать его в горсти, словно птицу отправлял в полет.
Хуже всего было то, что он устал и совсем озверел, движения сделались беспорядочными. Больше всего после очередной непосчитанной попытки хотелось все бросить, заорать, расхерачить кулаками остатки лестницы, свалиться и продолжать лупить кулаками по песку. Пока силы не кончатся. Но для кого ты тогда останешься живым, Миха Баха, снова спросила его голова. И он застыл, тяжело дыша и стараясь успокоиться.
Так... Нужно что-то. Чем подтянуть к себе. Связку эту. Долбаную. А нет ничего, только три неуклюжие деревяшки, крепко стянутые лохматым канатом. Ну... если совсем кранты, придется одну отвязать. А дальше? Зубами выгрызть на конце выемку? Чтоб зацепить клятый шнурок?
Смиряясь, он ощупал висящую на больном плече неудобную вязанку. Ну, да. Если нет другого выбора, погрызу, решил мрачно. А вот не надо было становиться предателем, может, это тебе, Миха Баха, за те давние события наказание пришло!
А что я такого сделал-то, удивился Мишка, понимая, что вопросом сам себе врет. Да, вроде ничего сильно плохого. Но помнил об этом всегда и всегда было стыдно.
***
Той весной они со Светкой дружили, да. И в гостях у нее именно тогда Миха и побывал, сидели на диване, укрытым плюшевым покрывалом, пили компот и разглядывали толстые альбомы, тоже плюшевые, набитые фотографиями, которые стали для Михи интереснее киношных боевиков.
Еще он помогал измученной горластым Витюшей Светкиной маме вскопать грядки с картошкой, и даже починил кран в дворовой колонке. Мама ахнула, всплескивая руками и пообещала обязательно написать обо всем в письме Светкиному отцу, который когда еще появится, ну весь же в любимого дочкиного деда, нашел себе работку - сплошные экспедиции, а мы тут мучайся, с частным домом.
В школе, перед самыми уже каникулами, Миху слегка подразнили, видимо, кто-то рассказал, что ходят Миха с Балясиной вместе, мороженое едят, в тире стреляют. Может, та же Наташка. Но вокруг была уже почти летняя суета, последние контрольные, дополнительные занятия, внезапные спортивные сборы, и Миха просто отмахнулся, внимания не обращая.
А потом как-то за пару дней, сразу после того, как выпустили их на каникулы, очутился в летнем лагере, куда маме внезапно досталась почти бесплатная путевка, на целых три недели. И вместе с ним туда поехала не кто-нибудь, а первая красавица Наташка Легкоступова, и в лагере случился у Михи с ней роман, танцевали на дискотеке, обнимались, и он в первый раз поцеловался. Она его поцеловала.
Когда вернулся, то сразу к Светке не пошел, мама нагрузила кучей дел, пришлось побегать, потом Серега ездил на свой футбол и Миха, как лучший друг, получил пропуск не только на городские матчи, но еще и в автобусе покатался с юношеской сборной аж в три соседних города.
Потом пришло письмо. И такое вот совпадение, он как раз проснулся, решив, что сегодня обязательно пойдет к Светке, и кучу всего ей расскажет, даже стал волноваться, а вдруг она тоже куда в лагерь уехала, но сам себя успокоил, куда ей, мать с мелким не бросит ведь.
Так что, долго валялся, потом долго пил кофе и поиграл в игру на компе, разобрал диски, прикидывая, надо зайти по пути в магазин и посмотреть, может купить какую пиратку.
Мама пришла к обеду, заглянула к Михе, кладя на диван конверт.
- Тебе письмо, дамский угодник! Окрошка осталась хоть? Жара дикая просто. Поем и быстренько побегу.