Мне стало немного стыдно за свои мысли. Как я могу думать такое?!
Я люблю Ингу, но не так, что готов только на то, о чем шутила шмелёвская ОПГ. Я хочу иметь возможность чаще обнимать ее, свободно разговаривать с ней обо всем на свете, долго-долго целовать, покрепче укрывать одеялом, оберегать от проблем и защищать ее от таких, как Шмелёв, Катаев и прочая гопота.
Но те самые мысли все равно нет-нет да всплывали. И я позволял им быть при условии, что это будет не тупая спермотоксикозная порнография, а чувственность и нежность, забота друг о друге. Такое определенно было мне по душе. Единение тел и душ.
Чувствуя прилившую к лицу краску, я включил несколько песен Нойза МС, которые мы с Ингой сегодня вместе прослушали и которые понравились мне больше всего. После этого я начал набирать очередную главу своего произведения. Как раз ту самую, в которой описывал все те мысли, которые так часто и так не вовремя приходили ко мне. Просто, согласно повествованию, эти мысли принадлежали не мне как автору, а главному герою.
Когда я наконец закончил, на двор уже опустились сумерки. Выйдя на балкон подышать, я обнял себя обеими руками и взглянул на Луну, которая сегодня была полная. Интересно, видна ли она Инге? И нравится ли она ей?
Мне кажется, что да, ведь Инга сама как Луна: таинственная, молчаливая, недоступная. И в то же время невероятно красивая.
Замерзнув, я вернулся в квартиру и закрыл балконную дверь, а затем сел за редактуру своего текста. На удивление, исправлять нужно было не так уж и много. Поэтому уже в шесть часов вечера новая глава ждала моих пока не очень-то многочисленных читателей на самиздат-площадке.
А меня ждал разговор с мамой, которая как раз вернулась с работы и, кажется, принесла что-то вкусное. Это был прекрасный вечер, наполненный теплом и уютом. Мы с мамой сообща ели пиццу, которую она заказывала себе на работу днем, болтали обо всем и смеялись. Давно не было так хорошо и спокойно.
Сегодня же я весь день ничего полезного не делал. Только писал еще одну главу, отвечал на отзывы по поводу последней вышедшей, немного повторял текст своей роли и отдыхал от школьной нагрузки. Отец, конечно, поворчал для порядка, что я опять занимаюсь какой-то ерундой, но мама напомнила ему, что у меня завтра аж три спектакля, поэтому мне надо набраться сил, чтобы выступить как можно лучше.
Люблю свою маму, она золотая женщина!
Целый день меня беспокоило, была ли Инга сегодня в школе. Интуиция мне подсказывала, что вряд ли: зная, что я не приду, мне кажется, она тоже не захотела приходить. Зачем ей это? Чтобы выслушать кучу насмешек по поводу своей реакции на то неизвестное большое насекомое, привезенное явно не из наших широт?
Скорее всего, в школе Инги не было. Но и дома она вряд ли оставалась – она же говорила, что ее отец дома. Может, и сегодня так же? Правда, когда я отправил ей сообщение с вопросом об этом, Инга не ответила. Да и онлайн была довольно давно…
Надеюсь, с ней все в порядке и она уже дома: ужинает, общается с семьей, готовится ко сну. И думает обо мне. Очень надеюсь, что этот пункт точно соблюдается!