- Ты ошиблась, - резко ответил я, скрипнув зубами. Теперь я знаю, как зовут ту, что скоро станет моей девушкой на этот сезон. Не то, чтобы у меня не было планов продолжить отношения, но обычно после года все мои девушки становились просто невыносимыми.
- Да ну, Ас? Все знают этот твой блядский взгляд!
Она перешла черту. По прозвищу и имени меня могли звать только друзья и близкие. Рой больше не заслуживала этой привилегии. Эта потаскуха больше ничего не заслуживала.
- Еще раз назовешь меня так или подойдешь ко мне - пожалеешь, - предостерег её я, вставая со стула. - Для тебя я Кинг.
- Но…
- Если тебе нужен ебырь - обратись к кому-нибудь другому из команды. Почти все будут рады твоей бесплатной, хоть и раздолбанной киске.
Она багровеет от злости, но может только закатать свою губу. Оскорбления - это лучшее, что я могу сделать. Поднять руку на женщину я не могу. Какие бы аморальные поступки я не совершал, бить слабый пол - это мое табу. Но мне никогда не хотелось этого так, как сегодня. Никто не имеет права вмешиваться в мои отношения. Дружеские или романтические, без разницы. Эта дура должна знать свое место.
После лекции я едва не потерял мое светловолосое наваждение. Несмотря на свое расписание, я ходил именно на те лекции, которые посещала она. Черт. Кажется, я нарушу обещание отцу поднять свой средний балл. Да и похуй. Главное, совсем не вылететь из универа. Успешная карьера в хоккее с моими достижения мне уже обеспечена.
Меня не зря смущали перешептывания и взгляды Джинджер с её подружками. Они явно задумали нечто нехорошее. И этим нехорошим оказалась краска в шкафчике. Блядский детский сад! Стоя в стороне, я уже приготовился успокаивать её где-нибудь в укромном месте. Ей нужно было только покинуть людный коридор. Как бы мне не хотелось оказать ей помощь, я слишком узнаваемый персонаж. Я изначально не был тем, кто бегает за девчонками. И терять свое лицо я не намерен.
Но все случилось так, как случилось. Всего несколько фраз, и они уже дерутся в грязи. Я терпеть не мог женские перепалки, но от неё не мог отвести взгляд. Холодная уверенность в себе и жгучая ненависть переполняли её. Это жуткое зрелище пробуждало во мне какие-то животные инстинкты.
- Ты чего стоишь, Ас? Надо разнять этих дур! - испуганно восклицает Сэм. Он не только строит из себя рыцаря, но им и является. Само воплощение доброты. Я не стану помогать Эвелине побить Рой. Моя девочка сама с этим справится.
‐ Нет, - говорю я, когда он бросается к ним.
Сэм дотрагивается до неё первым, заставляя меня крепко сжать зубы. Я не делюсь. Даже с друзьями. Ни с кем. Знаю, что многие парни и в нашей команде иногда делят своих девушек с другими. Я - нет.
Наши взгляды встречаются. В выражении её лица уже нет и капли гнева. Её глубокие серые глаза выглядят испуганными и невинными. Такое мне по душе. Я тону в этом взгляде и даже не собираюсь отводить глаза, пока Рой не поднимается на ноги. Я иду за ней, махом руки заставляя её подружек сгинуть.
- Теперь она моя, Рой. Если я увижу, что ты смотришь в её сторону... Нет! Дышишь рядом с ней… Я найду средства, чтобы превратить твою жизнь в кошмар, - говорю я, крепко сжимая её руку. Напуганная она молча кивает. Мне не нравится страх в женских глазах, но я вынужден сделать это. Она не может стоять у меня на пути.
Я не могу спать этой ночью. Могу думать только о сероглазой блондинке. О её пухлых губах, глубоких глазах, обнаженной шее и почти невинном вырезе на кофте. Обо всем, что связано с этой Эвелиной Файерчайлд. Могу списать это на несколько месяцев отсутствия хорошего секса, но, скорее всего, я просто попал. Втюрился в неё с первого взгляда, как в далекие годы средней школы. Но цветов и свиданий не будет, пока она сама не даст мне зеленый свет. У меня принцип. Именно девушки должны показать мне свой интерес. Потом я могу сделать с ними все, что захочу.
Вчера я заснул с трудом, поэтому на сегодняшней тренировке для вратарей теряю хватку, пропуская 4 шайбы из 20-ти брошенных. Обычно их не больше 2-х. Тренер меня отчитывает, а забившие нападающие радуются и глумятся. Далеко не каждый раз им удается попасть в мои ворота.
Хоккей - моя жизнь и единственное дело, в котором я хорош. Изначально я, как, наверное, и многие другие, хотел быть нападающим. Именно количество заброшенных шайб в матчах и сезоне определяет лучшего игрока. Но для меня нет ничего лучше хорошо защищенных ворот. Так я могу принести своей команде наибольшую пользу.