– В какой степени она тратила деньги, мистер Мур?
– Простите?
– У вас не возникало, скажем, ощущения, что она живет не по средствам?
– Не по своим средствам?
– Ну, учитывая то, что она зарабатывала в театре.
– Никаких ощущений не возникало. Одевалась она хорошо. И мне кажется, она редко в чем себе отказывала... Мистер Карелла, если вы объясните, что вас интересует...
– Один человек, с которым мы говорили, намекнул, что у Салли был дополнительный заработок. Мы знаем наверняка, что она доставляла кокаин, пусть и в ограниченных количествах. Нам бы хотелось знать, не была ли ее деятельность в области торговли наркотиками шире.
–Мне очень жаль. Я рад вам помочь, но до последней минуты я не ведал, что она хоть как-то была связана с наркотиками.
– За исключением марихуаны, – снова сказал Карелла.
– Ну да.
– Вы можете предположить, какой она могла иметь ещеприработок?
– К сожалению, нет.
– Она не подрабатывала как проститутка? – спросил Мейер.
– Конечно, нет!
– Вы уверены?
– Абсолютно. Мы были очень близки. Практически мы проводили каждый день вместе. Я бы наверняка знал...
– Но вы не знали насчет кокаина.
– Нет, не знал.
– Она когда-нибудь говорила с вами о любой посторонней деятельности? О любом занятии, которое могло давать приработок?
– Я пытаюсь вспомнить, – сказал Мур.
– Постарайтесь вспомнить, – сказал Карелла.
Мур умолк и, казалось, хранил молчание очень долго. Вдруг, словно его осенило, он вскинул склоненную голову и посмотрел на детективов.
– Конечно, – сказал он. – Я не понимал, когда она говорила об этом. Но, вероятно, это оно и было.
– Что именно?
– Ну, как она получала свой приработок.
– Как она получала? – спросил Мейер.
– Чем она занималась? – насторожился Карелла.
– "Льдом", – сказал Мур.
Глава 11
Семнадцатого февраля было ясное небо, и погода стояла на удивление мягкая. Им не удалось встретиться с Аланом Картером накануне. Когда они позвонили ему утром домой, оказалось, что он уже уехал в контору. Эту задержку они решили считать удачной.Она предоставляла возможность проделать «домашнюю работу» по предмету, который они намеревались затронуть в разговоре с продюсером.
Контора Картера располагалась в здании, что находилось в одном квартале на север от Стем, на территории участка Мидтаун-Ист. С одной стороны здания находился испанский ресторан, с другой – еврейский магазинчик деликатесов. В витрине ресторана была надпись: «Здесь говорят по-английски».В витрине магазина деликатесов можно было прочесть: «Здесь говорят по-испански».
"Наверное, в испанском ресторане не подают блинчиков", -подумал Мейер.
«Наверное, в еврейском заведении не подают плоских маисовых лепешек тортиллас», – подумал Карелла.
Здание было старым, с массивными медными дверями у единственного лифта в вестибюле. Указатель напротив лифта уведомлял, что компания с ограниченной ответственностью «Картер Продакшен, Лимитед»находится в комнате 407. Они поднялись на лифте на четвертый этаж, принялись искать комнату 407 и нашли ее в середине коридора слева от лифта.
Девушка со светлыми кудряшками сидела за столом сразу за входной дверью. На ней был коричневый спортивный костюм. Она жевала резинку и печатала на машинке.
– Чем могу помочь? – спросила она и взяла ластик.
– Мы хотим повидаться с мистером Картером, – сказал Карелла.
– Мы до двух часов не проводим прослушивания, – сказала девушка.
– Мы не актеры, – сказал Мейер.
– Не важно, – отрезала девушка и стерла слово на листке, который отпечатала, и подула на бумагу.
– Вы бы лучше употребляли белую замазку, – посоветовал Мейер. – От ластика машинка заедает.
– Замазка слишком долго сохнет, – возразила девушка.
– Мы из полиции. – Карелла показал ей свой значок. – Вы передадите мистеру Картеру, что детективы Мейер и Карелла хотели бы с ним повидаться?
– Почему же вы сразу не сказали? – воскликнула девушка и тотчас сняла трубку. Ожидая соединения, она наклонилась над столом, чтобы повнимательнее рассмотреть значок. – Мистер Картер, – сказала она, – тут пришли детективы Мейер и Каналья. -Она помолчала. – Да, сэр, – сказала она. Она положила трубку. – Можете пройти, – пригласила она.
– Моя фамилия – Карелла, – сказал Карелла.
– А я как сказала? – спросила девушка.
– Каналья.
Девушка пожала плечами.
Они открыли дверь в контору Картера. Он сидел за огромным столом, замусоренным тем, что – по мнению Кареллы – было сценариями. Три стены конторы были заклеены плакатами, которые рекламировали представления, предшествовавшие «Жирной заднице», – Карелла не узнал ни одного. Четвертая стена представляла из себя широкое окно, сквозь которое струился утренний солнечный свет. Когда они вошли, Картер встал, указал им на диван перед письменным столом и сказал:
– Садитесь, пожалуйста!
Детективы сели. Карелла тотчас перешел к главному.
– Мистер Картер, – спросил он, – что такое «лед»?
– Лед?
– Да, сэр.
Картер улыбнулся.
– Когда вода замерзает, она превращается в лед, – сказал он. – Это ребус?
– Нет, это не ребус, – сказал Карелла. – Итак, вы не знаете, что такое «лед»?
– Ах, вы говорите про «лед»? – сказал Картер.
– Да.
– Театральный «лед», вы это имеете в виду?
– Театральный «лед», – кивнул Карелла.
– Ну конечно, я знаю, что такое «лед».
– И мы тоже знаем, – сказал Карелла. – Давайте убедимся, что мы правильно поняли другу друга.
– Мне очень жаль, но...
– Доверьтесь нам, мистер Картер, – сказал Карелла.
– Но у меня назначена встреча на десять.