Что веселого нашел в этой ситуации отец? Мне тоже надо радоваться, что меня год держали в неведении, а теперь, решили сообщить эту новость?
- Извините, Ваше Величество, но мне о чем с Вами разговаривать. - повторяю его позу и скрещиваю руки на груди. - Мой ответ остаётся прежним. Я против этой помолвки.
- Анелия! - прикрикивает мама и хмурится. - Где твои манеры?
- Все хорошо, Леди Вальбер, девушка просто удивлена, - спокойно произносит и смотрит при этом мне в глаза. - Но мы найдем с ней общий язык, уверяю Вас.
- Мама, папа, можно Вас на минутку? - я подскакиваю и направляюсь в сторону спальни. - Пожалуйста. - с нажимом добавляю и открываю дверь, пропуская их в комнату.
Папа прищурился и встал, покачав при этом головой, за ним поднялась мама, после того как они зашли внутрь, я закрываю дверь и накладываю полог тишины.
- И что это значит? - возмущенно вскрикиваю и перевожу взгляд с одного родителя, на другого.
- Не кричи, Анелия. - морщится мама. - Пора взрослеть и брак отлично поможет тебе в этом. Больше половины девушек твоего возраста уже связаны узами брака и отлично живут, не жалуются.
- Отличный ответ, - иронично улыбаюсь. - Для Леди, но не для матери. Я не подпущу к себе этого человека, ни за что. - отворачиваюсь и подхожу к окну. - Пап, у тебя все так плохо на работе? - тихо спрашиваю и вижу, как садовник сажает какие-то цветы.
- К чему ты ведешь, Анелия? - грубо отвечает мне отец. - Брак - это лучшее, что может произойти в жизни девушки. Ты достигла того возраста, когда лучше всего заводить детей. - подходит ближе и сжимает мое плечо. - Ты сможешь подарить Андарии сильных наследников, с твоей то магией, это лучший вариант развития событий.
- Ты серьёзно, пап? - поворачиваюсь к нему и смотрю на него. - Ты серьёзно думаешь, я буду радоваться тому, что собственные родители продали меня только из-за того, что я могу родить ребёнка для самого Императора? - всхлипываю и продолжаю: - Вы правда думаете, что это то, чего я хочу от жизни?
- У тебя и так слишком много свобод, дочка. Тебя стало невозможно контролировать, - качает головой мама и подходит ближе. - Мы совершенно не в курсе того, что происходит в твоей жизни. Ты стала нам чужой, после того... И сколько бы попыток я не делала, чтобы сблизиться, ты не подпускаешь меня к себе. Брак научит тебя доверию, поможет справиться с проблемами и... - она не успевает закончить, как я ее прерываю.
- И только из-за невозможности меня контролировать и знать обо мне все, Вы решили выдать меня замуж? Ты хочешь знать, мама, - выделяю последнее слово. - Почему я не подпускаю к себе людей? - сквозь слезы спрашиваю и тянусь руками ко лбам родителей. - После того, как я покажу Вам все - не смейте и близко ко мне подходить. После бала я вернусь в академию и забуду дорогу домой.
- Анелия... - обиженно произносит родительница и пускает слезу. Я вижу, что ей трудно дается этот разговор, она с детства учила меня доверию, что нужно быть открытой с близкими тебе людьми, рассказывать им все. Я такой и была. До смерти Лии и похищения.
Меня не задели ее слова, о том, что мы чужие, теперь чужие. Так и есть. Я не могу по-другому. Уже не могу.
- Закройте глаза. - после того как родители закрыли глаза, я начинаю показывать им все, что происходило в том доме. И если Дамиану я не показывала постельные сцены, то сейчас вспоминаю все до мельчайших деталей.
Родители вздрогнули, когда дело дошло до первого похода в лабораторию, как я ее назвала. Порванная одежда моей подруги, изуродованное тело, а потом и висящая рядом с ней я в таком же виде и умоляющая Генриха остановиться, не делать глупостей. Я не только показываю свои воспоминания, я передаю им свои эмоции. Может, это неправильно, но мне хочется, чтобы они поняли наконец, почему я стала изгоем в собственном доме.
Боль от первого полового акта, ударов, укусов, я передаю им все, что ощущала. А потом, показываю все остальные дни, попытки связаться с ними, этот страх, беспомощность и снова Генриха, мои связанные руки, кровать, ужасную боль и отвращение. Я одергиваю руки и отхожу в сторону, после того, как показала последнее воспоминание из того дома - момент сожжения всех обитателей поместья Даннэм.
- Пока я учусь в академии, Вы не в праве выдавать меня замуж. А после, я откажусь от всех привилегий рода Вальбер и Вы больше никогда не увидите меня. - тихо говорю и пытаюсь сдержать приступ паники. Смотрю на свои руки, которые трясутся с невероятной силой и сжимаю их в кулаки, причиняя себе боль от впивающихся в нежную кожу ногтей. Но это ничто, в сравнении с тем, что происходит внутри меня.
- Милая, я... - мама подходит и аккуратно берет меня за локоть, разворачивая к себе лицом.
- Не подходи! - рычу и выпускаю огонь, котрый обжигает ее руку. - Убирайся отсюда, мама. - выделяю последнее слово и смотрю на растерянного отца, у которого текут слезы. Это первый раз, когда я вижу его в таком состоянии. После моего возвращения домой он злился за Генриха и чувствовал желание убивать, а сейчас... Сейчас - это неважно. - А ты, папа, забирай Императора и проваливай из моих покоев.
- Анелия, давай поговорим, - тихо еле слышно произносит родитель и подходит ближе, прикрывая собой маму. - Мы отменим помолвку, милая, но давай поговорим.
- Поговорили уже, мне хватило. - я вытягиваю руку, которая полыхает огнем и направляю ее на когда-то близких мне людей. - Если вы сейчас же не уйдете, то я выпущу не только пламя, но и лед. Я знаю, как обходить твою защиту, папочка. Это тебе не поможет.
- Хорошо, мы уйдем, но когда-нибудь нам придётся поговорить, Анелия. - он берет за руку рыдающую мать и тянет ее к выходу.
Как только за ними закрывается дверь, я без сил рухнула на пол и разревелась.
- Ты опять в слезах, Анелия. - шепотом произношу и прижимаю ладонь ко рту, заглушая свои рыдания.
Вчера я узнала о беременности, снова столкнулась с Генрихом, сорвалась и чуть не ослепла из-за своей глупости. Сегодня, из-за нее же, разорвала все отношения с Дамианом, встретила умершего несколько столетий назад Императора, узнала о помолвке и испортила и без того плохие отношения с родителями.
Не слишком ли много, для двух дней?
Сегодня меня уже никто и ничто не сможет удивить.