— Какая разница, — произнёс он, глядя строго. Глаз его дёрнулся.
— Спасибо за пилюлю, мистер Гамбер, — Дэннис приподнял стакан и осторожно заскользил задом по столешнице, выбираясь из ловушки.
— Как думаешь, что будет, если ты перестанешь принимать мои таблетки? — спросил вдруг старик, усаживаясь в кресло.
Дэннис попятился и почти упал в кресло для посетителей, стоящее чуть сбоку от центра стола.
— Кажется, вопрос с подвохом, — сказал, сжимая стакан, который ещё не осушил.
Гамбер сделался ещё строже, выжидая ответ.
— Пока я был в больнице, — начал парень, — без таблеток чувствовал себя не хуже. Конечно, это могло быть из-за обезболивающих или ещё каких-то лекарств…
— Так вот, Дэннис, — перебил Фредерик, — в больнице тебе давали моё лекарство. — Он сделал многозначительную паузу и договорил: — Тебе рискованно отказываться от него.
Дэннис нахмурился, непроизвольно глянул в стакан. В голове завертелись пугающие предположения.
— Чёрт, — с ухмылкой ругнулся старик, — я и подумать не мог, что ты такой наивный!
Парень поднял погрустневшие глаза.
— Может, я просто не хотел понимать. — Он залпом осушил стакан и поморщился, словно только что выпил горькую отраву. — Я и так никуда от вас не денусь, мистер Гамбер. Можно было бы не использовать ошейник с шипами…
Старик откинулся на спинку и задумчиво посмотрел на картину на стене. Это был "Последний день Помпеи" — его любимый сюжет — повсеместный хаос и страх смерти.
— Впереди у нас важные, великие дела! — Он застучал тростью по полу, будто отмеряя секунды. — Ничего не должно помешать моим планам.
— Сколько раз я это слышал… — буркнул Дэннис в стакан, который держал у рта.
— Важны вы с Роуз.
— Роуз? — парень оживился.
— Я разрешил девочке пожить здесь.
— Пожить?
— Да, Дэннис! Ты разучился понимать слова после удара головой?
— Так она здесь?
— Почти твоя соседка, — смягчился Гамбер и слащаво улыбнулся. — Нужно за ней понаблюдать. Ей нездоровится после случившегося. Бедняжка в крайнем нервном истощении.
Улыбка не сошла с его уст, и Дэннис заподозрил неладное. Первый раз в жизни он нарушил правила договора и попытался перехватить мысли хозяина. Сосредоточился и на секунду закрыл глаза — этого должно было хватить. Но ничего не вышло.
— Не справляешься, друг мой? — ехидно спросил Гамбер.
Он разразился смехом, и смех становился всё громче и злее, пока не превратился в рычание ненависти. Гамбер замахнулся и ударил тростью сверху по столу, попав по пресс-папье и бумагам, монитор качнулся.
— Ты что, хотел залезть ко мне в голову, подлец? — вскрикнул он и вскочил.
Дэннис вжался в кресло. Стакан выскользнул из слабой руки и разлетелся осколками на полу. Гамбер вышел из-за стола и медленно, как хищник, стал подходить к больной жертве. Дэннис вскочил с кресла и ринулся к выходу, но его ошарашил удар по спине. Позвоночник прострелила боль, ноги от этого подкосились, и он оказался на коленях. Медленно обходя его, старик щёлкал тростью и набойками.
— Сначала подглядываешь в мой компьютер, потом ко мне в голову…
Дэннис склонился над полом, прижав руки к груди. Гамбер, нависнув над ним, процедил сквозь зубы:
— Сейчас я запросто справлюсь с тобой — больным взбунтовавшимся рабом.
Он, поставив трость почти перед самым его лицом (Дэннис видел только металлический наконечник и начищенные ботинки хозяина), грозно продолжил:
— Я помогаю тебе, а ты ведёшь себя как последняя тварь. — Дважды стукнул тростью в пол. — Я принимаю все твои странности, закрываю глаза на безумные выходки… Я покрываю тебя и отмазываю от неприятностей. А ты посмел пойти против меня?
Он хлестнул его тростью по плечу. Дэннис пошатнулся и завалился набок, упёршись в пол здоровой рукой. Гамбер воспользовался возможностью и ткнул концом трости в прижатую к груди культю.
— Я знаю все твои слабые стороны, мой мальчик. Ты никуда не денешься от меня. А вот если я от тебя откажусь, ты сгниёшь в одиночестве. Что ты умеешь? Признайся, работник из тебя тот ещё! Понимаешь это?