— Успокойся… — попросил Ковалев. — Все уже кончилось…
Медсестра уткнулась ему в грудь, и слезы прорвались сплошным потоком. Она рыдала, а Ковалев смотрел на далекий негостеприимный лес и думал о том, что зря он согласился на все это… И совсем не потому, что испугался! Впрочем, испугался, но только сейчас, именно в эту секунду, до этого бояться было просто некогда… А зря согласился потому, что до сих пор не может понять, кто против кого воюет и на чьей стороне он сам… На той, которая за него, или… А впрочем, кто вообще за него?.. Один Костя да Вера… Да, пожалуй, еще Жук.
Медсестра успокоилась и уже только всхлипывала, и Лешка, поднявшись, помог встать ей. Каверзнев стоял у передней машины.
Автомобили были разбиты вдребезги. Все три… Подбежал, хромая, еще один солдат. Командир перевязывал раненого…
— Там у них крупнокалиберный! — сказал солдат задушенно. — Мы троих уложили. Но есть след, идет к лесу, у них раненый. И сильно!
— Преследовать не будем! — твердо сказал командир. — Все в автобус — и вперед!
Поскрипывая, подъехал старенький автобус.
Они погрузили раненых и сели сами. Два трупа своих и трех нападавших положили у заднего сиденья. Водитель «чайки» был ранен тяжело…
Каверзнев присел на сиденье рядом с Лешкой.
— Ну что, за нами охота? — тихо спросил он. — Как думаешь?
— А то!..
Ковалев краем глаза заметил, что девушка внимательно слушает. Каверзнев тоже заметил это.
— А ты кто такая? — небрежно спросил полковник.
Она растерянно хихикнула. По-видимому, истерика после пережитого кошмара еще не прошла.
— Ты, случаем, не с ними? — полковник кивнул в конец автобуса.
— Да вы что?! — девушка не на шутку испугалась.
— А то сейчас скажу ребятам, они из тебя живо все вытрясут! — угрюмо пообещал полковник.
Девушка на секунду повернула голову и, увидев, что их разговор слушает командир, затряслась от страха, даже не пытаясь скрыть ужас, метнувшийся в глазах.
— Заткнись! — сказал Ковалев. — Она ни при чем.
— Да?! А откуда она?
— Командир, присядь поближе! — не поворачивая головы, крикнул Ковалев.
Командир, потеснив Каверзнева, присел на сиденье напротив Ковалева.
— Ты знаешь, кто я? — спросил Лешка.
— Знаю… Дипломат. Правда, бывший или нет, не знаю. Приказ охранять от всех, невзирая на звания, — ответил командир, неприязненно глядя на Ковалева из-под насупленных бровей.
— И все? — спросил Лешка.
— Все! — твердо ответил командир.
— А они что знают? — Ковалев кивнул в сторону солдат.
— То, что необходимо. Да не суетись! — командир достал грязный носовой платок и громко высморкался. — Я за каждого несу ответственность.
— Это хорошо… Но мне твоя ответственность ни к чему. Я жить хочу! И узнать, откуда утечка про нас произошла!
— Узнавай у начальства. Все?
— Все…
— Начальник, ГАИ! Остановиться? — крикнул водитель автобуса.
Командир прошел вперед, и автобус медленно притормозил. Двери, зашипев, открылись. Каверзнев вместе с командиром вышли. Минут через пять они вернулись.
— Леша, поехали! — крикнул полковник. — У гаишников машинами разжились…
— Сапог, Хилый, с ними! — сказал командир. — А мы в больницу. Сапог старший, в подчинение полковнику.
Ковалев встал.
— А я?! — со страхом спросила медсестра. — Я куда?!
Ковалев замялся, но увидев ехидную усмешку Каверзнева, рассердился.
— Со мной! — он шагнул вперед и, глядя на полковника в упор, повторил: — Со мной! Я сказал…
Каверзнев, скрывая усмешку, посторонился.
У поста ГАИ стояли трое милиционеров. Рядом урчал бронетранспортер. Милиционеры молча смотрели, как в гаишную «волгу» влезли двое в штатском, пропустив вперед смазливую девицу в грязном белом халате, а на переднем сиденье устроился солдат в пятнистом комбинезоне. Другой пятнистый влез в открытый люк бронетранспортера. Взревел мотор, и бронетранспортер тронулся. Ковалев через заднее стекло видел, как в другую милицейскую машину солдаты бережно переносят раненых…
До Красной площади добрались без приключений.
— Слава Богу, целые… — выдохнул Кириллов, когда все трое ввалились в его кабинет. — А это кто? — он настороженно смотрел на девушку.
— Это со мной! — быстро ответил Ковалев. — Можете говорить свободно, она все забудет! Обещаю… Только ей пальто или платье какое-нибудь надо…
Кириллов недовольно покосился на медсестру, но возражать не решился.
— Итак, что случилось? — спросил он, когда все расселись, а он сам отдал по телефону короткое распоряжение.