Каверзнев нетерпеливо смотрел на Лешку, и взгляд полковника опять не понравился Ковалеву.
— Нет! — торопливо сказал Ковалев, когда понял, что ждут его ответа. — Президент исключается.
— А Галкин? — спросил полковник.
— Галкина считаем… Этот может.
— Кандидатура другого министра обороны обсуждалась однажды… — вздохнув, сказал Кириллов. — Но, к сожалению, сейчас, в такой обстановке, заменить его мы не можем… Это было бы равносильно поражению.
— Ладно. Оставим… — сказал полковник. — А другие?
Кириллов через стол передал полковнику список. Каверзнев начал читать, но его перебил телефон. Кириллов снял трубку.
— Кто?! — удивленно переспросил он. — А в чем дело? — несколько долгих мгновений он слушал, потом сказал, соглашаясь: — Ладно, давайте…
Он прижал трубку плотнее к уху.
Со своего места Лешка не слышал слов собеседника Кириллова, но вдруг в его сердце как будто воткнулась острая, злая заноза. Ему показалось, что он слышит плач сына, который взывает о помощи. Он напрягся, пытаясь уловить хоть обрывки речи в трубке, прижатой к уху Кириллова, но ничего не услышал.
— Ну и что? — сердито спросил Кириллов. — Что, нет никого постарше?!
Он выслушал ответ, и саркастическая улыбка исказила его тонкие брезгливые губы.
— Вы понимаете, что говорите? — Кириллов повысил голос.
— А что там? — небрежно поинтересовался Ковалев, стараясь не показывать зародившуюся тревогу.
— Секунду… — бросил Кириллов в трубку и, прижав ее к груди, закрывая микрофон, сказал: — Да тут говорят, что один из ваших охранников сошел с ума…
— Что-о-о?! — Каверзнев приподнялся в кресле.
— Он не выполняет приказов командира. Его обезоружили, и, хоть он сидит неподвижно и не буянит, командир решил поинтересоваться у вас, не вы ли всадили его подчиненному наркотик, ведь он вас сопровождал… — Кириллов попытался улыбнуться, но у него не получилось.
— Это командир на связи? — спросил Ковалев и попросил передать ему трубку. — Алло…
— Что вы с ним сделали?! — заорал офицер. — Черт бы вас всех побрал…
— Спокойно! — тоже повысил голос Лешка. — Вы подставить трубку к его уху можете?
— Могу…
— Так выполняйте!
— А кто вы такой? Где Сотый?
Ковалев протянул трубку Каверзневу.
— Скажите ему.
— Это Сотый, выполняйте распоряжение! — сказал полковник и вернул трубку Ковалеву.
— Слышишь меня, служивый? — спросил Ковалев. — Пока меня нет рядом, все идет, как обычно! Ты, как и прежде, подчиняешься своим начальникам. Но только пока меня нет! Все.
Он положил трубку на рычаг.
Кириллов с нескрываемой тревогой смотрел на Ковалева. А Лешка, удовлетворенный произведенным впечатлением, сел на свое место.
— Есть в вас что-то… — Кириллов на секунду замялся и выговорил: — Дьявольское…
— Это ваша власть была дьявольской! — сорвался Ковалев. — Вот потому я и здесь! Понятно?!
Каверзнев положил список на стол.
— С кем из перечисленных здесь мы можем поговорить в ближайшее время? — спросил он спокойно, как будто ничего не произошло.
— С Чухраем, — сказал Кириллов. — Он сейчас рядом, на нашем этаже. Он только что был у президента.
— Пригласить его сюда можете?
— Конечно.
Кириллов снял трубку телефона и нажал на кнопку:
— Все-таки девушку нужно убрать отсюда… — сказал он осторожно и приказал в трубку: — Чухрая попросите ко мне!
— Нет! — Ковалев встал и в несколько шагов пересек кабинет. — Она нам нужна для наглядной агитации. Так лучше будет… — Он склонился к лицу девушки. — Ты мне веришь? — спросил он.
— Да… — медсестра открыто улыбнулась.