— Один раз…
— И как ты вывернулся?
— Заплатил…
— И дело прикрыли?
— Да. Мне отдали заявление свидетеля…
— А его как ты заставил замолчать?
— Он на машине разбился…
— С твоей помощью?
— Нет. Я в это время был в Москве… Я не сам…
— Ага! Нанял?!
— Да. Заплатил…
— И сколько?
— Двадцать тысяч…
— А исполнителя тоже убрал?
— Нет. Он еще пригодиться мог…
— Не пригодится. Будь уверен. Если Бог в свое время ошибку совершил, допустив тебя на этот свет с бездной талантов, я ее исправлю. Ты больше не будешь совершать нехорошие поступки. Никогда. Это уже точно… Я для этого и пришел!..
Неожиданно зазвонил телефон.
Лешка вздрогнул.
— Сними трубку, — сказал он.
Ветров взял трубку. С недоуменным лицом повернулся к Лешке.
— Тебя…
— Как? — Лешка изменился в лице. — Кто звонит?..
— Не знаю… Просят Ковалева Алексея…
Лешка вскочил, подбежал к окну, осторожно выглянул. На улице не было видно ни единой души. Как будто все замерло… Он подошел к креслу и взял трубку.
— Да…
— С вами говорит сотрудник Комитета государственной безопасности майор Каверзнев. Не бросайте трубку, Ковалев, и внимательно слушайте. Вы окружены, и мы вас ни в коем случае не выпустим. Всякое сопротивление бесполезно. Вы меня слышите?
— Слышу, — голос у Лешки сел. — И вы думаете, что это все? Ошибаетесь!
— Ковалев, не делайте глупостей! — в голосе майора послышалась тревога. — Мы знаем о ваших способностях и против них мы приняли меры… Вы не увидите ни одного человека, вас уничтожат на расстоянии. При малейшей попытке сопротивления вас разнесут на куски!
— Это не так-то просто. А я могу свести вас с ума! И всю оставшуюся жизнь вы будете маленьким мальчиком, который даже на горшок проситься не в состоянии… Вы это понимаете?
— Вы же умный человек, Ковалев! В любом случае вам не дадут продолжать свою деятельность. Вас обязаны обезвредить и это сделают, чего бы это ни стоило! Но если вы будете благоразумны, то у вас еще есть шанс, поймите вы это!.. Со своей стороны я уполномочен заявить, что к вашему делу отнесутся со всей возможной внимательностью…
Послышался сдавленный стон.
Лешка резко обернулся.
Вера сидела, закусив губу, и плакала…
Он бросил трубку и кинулся к Вере.
— Маленькая моя, ласковая, не бойся ничего, не надо бояться, не надо… Еще ничего не потеряно… Успокойся…
Лешка говорил, а сам гладил Веру по плечам, рукам, голове…
— Это все, да? Больше ничего не будет?..
Вера своими большими глазами заглядывала в самую душу Лешки…
Лешка отвел взгляд. Он сделал глоток, как будто ему не хватало воздуха, и снова поднял голову.
— Не нужно ни о чем думать, Вера. Не нужно! Ты сейчас поспи пока, тебе надо поспать… Ты отдохнешь и проснешься тогда, когда все будет кончено… Спи, Вера! Я рядом, и я все сделаю сам. Я самый сильный, а тебе будет во сне хорошо и спокойно… Спи!
Последнее слово Лешка сказал уже властным голосом.
У Веры медленно закрылись глаза, и она откинулась на спинку дивана.
Лешка встал с колен и повернулся.
Бледный, как сама смерть, Ветров сидел в кресле, и его тело сжалось, как стальная пружина. Если бы он мог встать и убежать, то бежал бы он долго… Глаза Толика смотрели на Лешку со страхом, но это уже был не просто страх — ужас…
— Что, боишься? — презрительно спросил Лешка. — Страшно? А когда грабил и других в тюрьму отправлял, не страшно было?!
Он подошел к Ветрову вплотную, наклонился…
— А ведь все на свете должно иметь свой конец! Сейчас я для тебя Бог и совесть, и просто так я твои грехи не отпущу! — За все приходит когда-то расплата… Кайся и моли своего Бога!..
Лешка говорил, медленно выдавливая слова.
В глазах Ветрова плескался звериный ужас. Губы его тряслись. Если бы он мог хоть встать!..
— Что, сказать что-то хочешь? Говори!
Толик с трудом разлепил губы.
— Ты же на свободе и жив… — голос Ветрова пресекался. — А денег тебе я хоть сколько могу дать… Уходить надо… У меня и хаты есть запасные, и даже хирург, который пластическую операцию сделать может… И ей тоже… — Толик глазами показал на Веру…
— Ах ты, гад!.. — Лешка покачнулся и ногой ударил Ветрова в лицо. — Ты и ее приплел!.. — и снова ударил…
Резко зазвонил телефон.
Лешка, тяжело дыша, несколько секунд смотрел на Ветрова, потом медленно повернулся и взял трубку.