— Браво, Питер! — сэр Персиваль непритворно поаплодировал сотруднику. — Блестящий анализ. А что самое важное, и в пассажирском, и в почтовом варианте, этот аэроплан будет крайне востребован. При скорости полёта, как здесь указано, около ста шестидесяти английских миль, он будет иметь невероятный коммерческий успех. Вот что, друг мой…
Питер Олдридж внутренне напрягся. Шеф прибегал к этому обращению в тех случаях, когда требовалось совершить нечто совершенно невозможное, буквально фантастическое. Но в случае успеха героя ждала бы столь же фантастическая награда.
— Нам нужны чертежи этого аэроплана. Максимально полные и подробные.
— Насколько я знаю, — подумав, ответил агент, — эти чертежи хранятся в служебном сейфе княжны, в её кабинете. Кабинет находится на территории тенишевского завода, за охраняемым периметром. И если двери кабинета можно открыть отмычкой, забор перепрыгнуть, охрану перестрелять, то вскрыть сейф за несколько минут не сможет самый опытный медвежатник. Ключи от сейфа княжна носит при себе в сумочке, и выкладывает их дома, идя на свидание со своим… — тут Питер позволил себе скривить лицо, показывая отношение к графу, — женишком.
— Тогда просто поручите эту задачу тому самому, как вы сказали, женишку. Пусть отрабатывает своё жалованье. Этими снимками, — сэр Персиваль похлопал по чёрному конверту, — он уже окупил все наши труды. Если засыплется, мы просто сконцентрируемся на основной задаче. А если справится, то получим и то, и другое. Действуйте, друг мой.
Глава 14
Тихо чмокнула, закрываясь, дверца «Бугатти». Варвара откинулась в чаше сиденья и вытянула уставшие за день ноги.
— Ох уж эта свадьба! — посетовала она. — Ты не представляешь, Алекс, как много всего нужно сделать, учесть, приготовить… А ещё эти примерки, будь они неладны! Подумай только, даже домой забежать не успела.
Варвара, вздохнув, опустила на колени сумочку. Новомодная застёжка-«молния» была закрыта лишь наполовину. Застегнуть её полностью мешала тяжелая связка ключей.
— Скажи, ты готов совершить подвиг?
Сказано было вроде бы и в шутку, но ответ предполагался серьёзным. По крайней мере, правдивым.
— Ради тебя — всё, что угодно, — подтвердил Езерский.
— Дело вот в чём: — принялась объяснять Варя, — я пропустила одну примерку платья к свадьбе. Времени осталось совсем немного, и мне нужно побывать в ателье, причём непременно сегодня. Ты не мог бы поскучать в холле за чашечкой кофе и пирожными, пока меня будут пытать портновскими булавками? А потом поедем в одно хорошее место — я о нём недавно узнала — и как следует поужинаем. Сочные стейки, изысканные салаты, канапэ с морскими гадами — всё, как ты любишь.
Граф сделал вид, что размышляет:
— Ждать девушку в ателье модистки — это, безусловно, подвиг, — изображая тягостные раздумья, произнёс он. — Правда, хорошо прожаренное мясо с подходящим соусом и бокалом «Божоле нуво»[1] звучит заманчиво. И гады, хотя бы и морские… Эх, на что не пойдёшь ради прекрасной дамы!
— Алекс, ты — золото!
Варя чмокнула кавалера в щёку.
— Поехали. Чем быстрей я покончу с примеркой, тем быстрей наступит время стейка и «Божоле».
Алекс бросил взгляд на связку ключей и тронул мобиль с места.
В ателье Варвару сразу же увели помощницы, а сумочка осталась лежать на низком диване рядом с графом. Еще одна помощница принесла кофе и пирожные, и его оставили в покое.
Это была несомненная удача. Вряд ли ему представится другая возможность выполнить задание британцев: слишком уж рискованно. А не выполнить — полная катастрофа.
Сумочка лежала совсем рядом, даже руку протягивать не требовалось. Но в груди поселился вдруг панический страх: вот сейчас кто-нибудь войдет, увидит, поднимет шум, а дальше… дальше будет эта самая катастрофа. Нет, нужно решиться, нужно сделать это сейчас!
Воровато оглядевшись по сторонам, Езерский сильней расстегнул «молнию» сумочки. Достал из кармана давно лежавшую там в ожидании подходящего случая мастику. Сердце его стучало кузнечным молотом, отдаваясь в висках ощутимой пульсацией крови. Руки дрожали. Он огляделся ещё раз, выдернул из сумочки ключи и быстро, но чётко оттиснул каждый из связки с двух сторон. Ключи положил обратно, оттиски убрал в коробочку, сунул в карман и вновь огляделся.
Никто не вошел, никто не кинулся к Езерскому с криками «хватай вора». Граф чуть выдохнул. И тут ему в голову пришла блестящая идея. В другом кармане лежала еще одна коробочка с мастикой, на всякий случай. А почему бы не сделать оттиски и для другой стороны? Свести их вместе на территории Тенишева, и пусть друг друга поубивают. А оставшихся в живых добьют охрана князя и жандармы.