Молодёжь уходила радостная, с видом победителей. И это было вполне заслужено: пусть и на основе прошлой модели, они сумели сделать нечто выдающееся. А то, что первый полёт прошёл без замечаний, и вовсе великолепный результат.
— Завидуете? — неожиданно спросил Тенишев.
Андрей, глядевший вслед своим подопечным, кивнул.
— Да, Владимир Анатольевич. И ведь они мне по большей части ровесники, но вот так идти вместе с ними, смеясь и дурачась, я уже, наверное, не смогу.
— Это плата за ответственность. И чем выше вы будете подниматься, тем меньше людей будет оставаться рядом из числа тех, кто находится на одном с вами уровне. И потому выбирайте себе супругу особенно тщательно, потому что в конце концов рядом останется лишь она. Перестаньте уже стесняться своего титула. Примите его как… как парадный костюм. Дома, наедине с семьёй, с друзьями, вы можете скинуть его и надеть удобный полосатый халат и разношенные ковровые туфли. Но стоит сделать шаг за порог, как он должен вновь оказаться на вас. Постепенно вы привыкнете, сживётесь с этой маской. Да так, что и дома не сразу сумеете отстраниться от своего титула. Но, поверьте, вас не поймут, если вы теперь, после императорского указа, попробуете вести себя как прежде.
— Но почему?
Это был буквально крик души.
— Я всю жизнь отовсюду получал свидетельства того, как неблагородно ведёт себя так называемое благородное сословие. А теперь сам вошел в этот круг.
— Эх Андрей Егорович, Андрей Егорович — вздохнул Тенишев. — Скажу банальность: не место красит человека, а человек место. Дворянское общество, так называемый свет, состоит из точно таких же людей, что и всё наше государство. И люди в этом обществе точно такие же. Есть плохие, есть хорошие. Добрые, злые, жадные, щедрые, подлые или истинно благородные. Вы будете сталкиваться со всякими, и со временем поймёте, что душевные качества совершенно не зависят от сословия. Разве что у дворян порою имеет место быть некоторый снобизм. Когда вы сами ходили в мещанах, у вас ведь было представление о том, как должен вести себя истинный дворянин? Вот так и поступайте. Будьте хорошим, правильным князем. Это всё, что от вас требуется. А нюансы и условности вам, вон, Верочка Соловьёва растолкует.
[1] Переворот на 360° вдоль продольной оси самолёта
Глава 16
Тенишев почти вбежал в комнаты «военного бюро». Отмахнувшись на ходу от торопливых приветствий, в три шага пересёк общую комнату и вошел в кабинет Андрея. Выглянул на секунду, лихо подмигнул озадаченным парням и вновь скрылся за дверью, не забыв закрыть защёлку.
— Наконец-то, Андрей Егорович, вояки сподобились, — бодро провозгласил он. — Сделали вам пулемёт и сегодня к полудню должны привезти. А полдень случится… — он взглянул на часы, — через три минуты. Так что милости прошу в сборочный цех. Ваши гаврики там ничем не помогут. Пусть сидят, проектируют курьер. А нам придётся присутствовать, положение обязывает. Пока мастера установят пулемёт на место, поговорим с оружейниками. Подумаем, не забыли ли чего. А как всё соберут, попробуем пострелять, и, может даже, куда-нибудь попадём.
Оружейники со своим грузом опоздали почти на час. Долго извинялись, сетовали на вечную неразбериху в канцеляриях военного ведомства. Правда, Андрей сообразил: мигнул мастерам, и они, не дожидаясь окончания словесных реверансов, шустро утащили крашеные в армейский защитный цвет ящики в цех. А там и Тенишев, едва только смог вставить слово, увёл дорогих гостей в комнату для дорогих гостей, где уже был накрыт стол, заварен чай, а для желающих имелось и что покрепче.
Потом оружейники долго рассказывали, как они мучились с этим заказом, как изворачивались, стараясь уложиться в обещанный вес, как изобретали металлические патронные ленты, как добивались безотказности работы автоматики, как придумывали хитрый механизм спуска через тросик. Рассказы чередовались с употреблением чая, кофе и чего покрепче вкупе с выпечкой и закусками.
Гости повторили свою историю дважды в различных вариантах и зашли, было, на третий круг, но тут явился начальник сборочного участка.
— Господа, — сообщил он, — у нас всё готово.